Агент высшей сущности (СИ)

Вот ведь повезло то как! Ещё не успел отучиться даже неделю, а уже нарвался на озлобленного Ромэо. Я посмотрел на своих друзей — они тоже ждали моего ответа. Похоже, дело серьёзно, раз они притихли. Ох уж эти игры в рыцарей…
— А что, если я откажусь?
— Даже думать не смей! — вдруг подлетел Друцкий и схватил меня за плечи. — Это же позор на всю жизнь! Тебя исключат из школы!
Александр в этот момент тоже сурово посмотрел на меня. Мда, взвешенные решения здесь принимать, похоже, не принято.
— Он прав, Михаил. Во-первых, мы оба ратники, поэтому априори никто из нас не имеет права отказаться от дуэли. Во-вторых, я очень постараюсь, чтобы Мария узнала о твоей трусости, и тогда у тебя не будет вообще никаких шансов, чтобы хотя бы пройти по одной дороге рядом с ней. Сама же и прибьёт, хе-хе, — противно засмеялся он. — А потом уже вся наша школа и все аристократические дома Петербурга будут только и делать, что обсуждать слабовольного и трусливого Михаила Юсупова, который зассал пойти на дуэль ради своей дамы, и нарушил правила школы, а потом с позором был исключён из неё.
Я мысленно проматерился, еле сдержавшись, чтоб не выругаться вслух. Не хотелось показывать Одоевскому свою мимолётную слабость. В этой ситуации плохо было всё. Я чётко осознавал, что меня разводят, как лоха, но ничего не мог с этим поделать. Мне ничего не было известно об этом парне. Оставались вопросы, какую стихию он использует, опытный ли боец и прочее и прочее. Плюс я всё ещё был ратником с натяжкой, и, если честно признаться, лишь с помощью друзей прошёл вступительное испытание в школу. Но если соглашусь сразиться с этим парнем, то на их поддержку рассчитывать не смогу — это бой только для двоих. С другой стороны, может я зря сгущаю краски? Как говорится в моём мире, за тем сила, кто прав. Хотелось верить, что прав был именно я.
— Ну, долго ещё будешь сопли на кулак наматывать? — ухмыльнулся Одоевский. — Мужик ты или кто?
Ой, вот не надо ля-ля… На понт меня взять решил, сосунок!
— Хорошо, я согласен. Давно не упражнялся в Силе. А ты, Марк Виталич, как нельзя кстати подходишь на роль мальчика для отработки ударов.
— Какие дерзкие слова! — вдруг возликовал этот странный тип. — Чем выше нос ты задерёшь, тем больнее упадёшь! В любом случае, дуэль покажет, из какого теста ты слеплен.
— То же касается и тебя.
— Остался последний вопрос — готов ли ты прямо сейчас сразиться со мной на площадке ангара? Я как раз заранее забронировал для нас время на ближайшие полтора часа.
Педантичный гад, всё предусмотрел…
Я снова посмотрел на свою команду поддержки, которая и в этот раз оказалась бесполезна — Сергей и Саша просто пожали плечами. Сейчас эту проблему я должен был решать в одиночку. В любом случае я не желал откладывать избиение этого упыря на потом. Лучше сразу разобраться с проблемой, чем ждать, когда она достигнет огромных масштабов и потопит тебя. Всегда руководствовался этим правилом, и в этот раз останусь верен себе.
— Я весь к твоим услугам. Пошли.
— Вот и отлично! Следуйте за мной! Сегодня у нас будет особый день!
В этом я нисколечки не сомневался. Ещё десять минут назад я не мог даже представить, что так легко поведусь на эти детские уловки. А теперь иду следом за хитрым шакалом, который всю эту засаду и подстроил только ради меня одного. Не много ли чести? Да, Машка! Мне всё-таки придётся за тебя побороться!
Наконец мы добрались до ангара и вошли внутрь. Нас встретил подоспевший солдат, судя по шевронам — медик. Он коротко поклонился, после чего указал на свободную площадку где-то в дальнем углу ангара. Другие арены были заняты учениками, которые уже активно выясняли, кто из них сильнее, заливая пространство громоподобными звуками техник Силы. Пока мы шли, Сергей с Александром о чем-то увлечённо перешёптывались, что меня очень бесило. Неделю назад они терпеть друг друга не могли, а теперь превратились в закадычных подружек-сплетниц. Я несколько отстал от Одоевского, и шикнул на своих товарищей:
— Чего вы тут шушукаетесь?! Лучше расскажите мне что-нибудь полезное перед дуэлью.
 
— Про этого наглеца? — спросил Друцкий — Мутный тип. И вообще, зачем ты увёл его девушку?
— Она вовсе не его, — с нажимом поправил я.
— Не кипятись, Миша, Сергей просто завидует тебе, герой-любовник ты наш, — засмеялся Александр, из-за чего получил от друга знатную головомойку.
Их легкомысленное настроение передалось и мне. И в самом деле, что может случиться? Мне всё равно предстояло участвовать в дуэлях — на этом принципе и строилось обучение в Царской школе. Лекари здесь есть, и в случае чего, быстро подлатают меня. А терпеть боль я худо-бедно научился. Вроде…
— Здравствуйте, ученики! Зовите меня Олегом. Я буду вашим арбитром. Вот ваши комплекты защиты — можете переодеться в кабинках, — сказал мужчина, указав нам на запакованные в полиэтилен шлема и нагрудные щитки, лежащие на скамейке рядом с двумя кабинками для переодевания.
Мы все учтиво поклонились, после чего я забрал защиту и зашёл в кабинку. Специально для подобных случаев я носил в портфеле спортивную форму, которая наконец-то мне и пригодилась. Помнится, служанка сильно ворчала, когда отстирывала от крови мою белую рубашку, которую я надевал на Испытание. В этот раз я сберегу ей нервы. Выйдя из кабинки, я сразу же увидел своего противника, который теперь был слишком молчалив для того, кто совсем недавно во всю рассыпал едкими остротами. Наоборот Сергей с Александром подшучивали над ним, но тот в итоге не проронил ни слова в ответ. Эта бесконечная смена ритмов его настроения немного настораживала. Странный тип.
— Готовы? — спросил арбитр, когда мы надели защиту. — Тогда милости прошу на арену!
По площади она представляла собой аналог баскетбольного поля и поднималась над полом где-то на полметра, благодаря чему проигравший боец мог красиво вылететь с неё на потеху публике. Иного объяснения этому архитектурному решению я найти не мог. Поднявшись по ступенькам, я оказался в отдалении от Марка Одоевского, который стоял на другом конце площадки. В центре же находился арбитр, который стал посвящать нас в правила дуэли:
— Итак, дуэль будет состоять их трёх раундов по три минуты каждый. Подпитывающие кристаллы использовать нельзя. Побеждает тот, кто наберёт больше очков. Они, в свою очередь, начисляются за ранения соперника. После каждого раунда лекарь будет восстанавливать вас, — указал он на того самого солдата, что сидел на стуле возле площадки. — И ещё одно — добивать ни в коем случае нельзя. Если я увижу, что боец без сознания, то сразу останавливаю бой. Смертоубийства нам не нужны. К тому же у нас есть только лекари, а не некроманты из сказок. Всё понятно?
Мы оба кивнули, и арбитр ретировался с площадки. Со шлемом на голове было не очень удобно — как никак минус обзор, плюс мнимая защита головы. Грудной щиток сковывал в движениях, тоже скорее ослабляя меня, чем защищая. Но что поделать, таковы были правила. Неожиданно вся арена начала закрываться защитным полем, образующим непроницаемый для магии купол. Теперь можно ни в чём себе не отказывать и биться в полную силу.
— И помните, никто не будет вас ругать, если вы запачкаете кровью пол, — жёстко пошутил арбитр на той стороне, после чего засвистел в свисток, огласив начало боя.
— Миша, вперёд! — во всё горло заорал Друцкий. — Покажи этому выскочке, где раки зимуют!
— Ура! — захлопал в ладоши Александр.
Затем началось самое интересное. Я открыл врата и стал прогонять Силу, чувствуя себя в безопасности, ведь я и Одоевский стояли друг от друга относительно далеко. Но тут он внезапно соскочил с места и побежал навстречу, да ещё так быстро, словно грёбаный гепард, что просто ошеломил меня. Ни о какой успешной концентрации не могло быть и речи! Я успел только настроиться на половину, когда Одоевский очутился ко мне практически вплотную. Мне даже показалось, что он хочет ударить меня рукой, но в итоге он использовал лишь технику воздушного толчка. Весьма сильную, ибо меня словно поездом снесло, и отправился я в короткий полёт, закончившийся приземлением на спину. Из моей груди разом выбило воздух, а спина превратилась в один сплошной сгусток боли.