Агент высшей сущности (СИ)

Молодёжь охнула, но директор только рассмеялся одной лишь себе понятной шутке.
— Правила были просты: найти четыре кольца и не потерять их в течение отведённого времени. Те, кто не справится с этим заданием, Испытание провалили…
Сергей, стоявший рядом со мной, раздосадованно ругнулся, бросив на мгновение испепеляющий взгляд на Бельского.
— Но! — директор поднял палец и замолчал, наблюдая реакцию слушателей. — Не каждая боевая операция заканчивается успехом, молодые люди. Жизнь непредсказуема. И самое главное, что я уяснил на той войне — потери нужно сокращать, даже ценой проваленного задания. Да, были, есть и будут битвы, в которых нужно стоять до конца, до смерти по колено в крови… Но! В остальных случаях я выбираю жизнь своих солдат, которых воспитал, поднял на ноги и отправил защищать родину. Так что, я убираю правило четырёх колец!
Все разом ахнули. Учителя удовлетворённо закивали и зааплодировали.
— Мы уже успели оценить каждого абитуриента по его поступкам, умению работать в команде, и в последнюю очередь по его боевым навыкам и Силе…
Восторг сменился недоумением. Директор филигранно прокатывал молодых людей на эмоциональных качелях, то даруя им облегчение, то наоборот отнимая его.
— Почему? А потому, что после того, как вы закончите нашу школу, Силы в вас всё равно будет немеренно, — усмехнулся мужчина. — Итак, хоть теперь количество колец у команды не имеет решающего значения, но будет учитываться в присвоении дополнительных баллов. Всё то время, что вы проходили Испытание, наши учителя и работники школы занимались подсчётом ваших баллов, в режиме реального времени наблюдая за вашими успехами и поражениями. Кстати, в этом тренировочном комплексе у нас везде есть уши и глаза. И даже под землёй, — хитро улыбнулся он, заставив нас троих округлить глаза от удивления.
— В общем, — директор развёл руками. — Увы, человек априори пристрастен, и вы можете только довериться нашему видению. Или нет. В любом случае результаты уже висят на стендах возле ворот школы. Кто прошёл, тот прошёл, а кто нет — каждый год у вас есть шанс проверить свои силы на нашем Испытании…
Люди начали оглядываться в сторону леса, за которым находились ворота школы. Многих так и подмывало не дожидаться окончания официальной части и помчаться узнавать свои результаты.
— Так чего же вы ждёте? — улыбнулся директор, и указал всем в сторону ворот.
Не только с криками и радостными воплями, но и с гневными проклятиями людской поток лавиной тронулся с места. Кто-то называл организаторов Испытания шулерами, кто-то этих людей одёргивал, чтобы те не накликали на себя беду клеветой. А мы просто шли в стороне, не желая вливаться в этот хаос. Шли молча, каждый в своих думах. Одно было точно — директор дал нам надежду, и уже совсем скоро мы узнаем итог.
— Думаешь, мы прошли? — с надеждой спросил меня Александр.
— Предатели точно выбыли, — ответил за меня Сергей, смерив его насмешливым взглядом. — Даже не сомневайся, Бельский.
В этот раз Александр не выдержал и бросился с кулаками на Друцкого, из-за чего мне пришлось срочно их разнимать. Через каждые двадцать-тридцать метров стояли солдаты, которые могли просто вышвырнуть нас троих за территорию школы из-за неподобающего поведения.
— Да как ты смеешь обвинять меня?! Ты чуть не ранил мою сестру! — рычал парень, схватившись с Сергеем.
— А ты тянул время до последнего, иуда! Мог помочь команде, но выбрал бабу!
— Парни, ну хватит уже!
— Была бы у тебя сестра, — выпалил Бельский, пытаясь сделать ему подножку, — то я посмотрел бы, как ты повёл себя, когда какой-то хмырь поднял бы на неё руку!
Друцкого будто ледяной водой окатили — он прекратил эту неуклюжую драку и отступил, опустив взгляд. После чего молча двинулся вперёд.
— Что это с ним?
— Не знаю, — пожал я плечами. — Давай уже посмотрим результаты и дело с концом! Я хочу поскорее вернуться домой, принять душ и уснуть мертвецким сном!
Вскоре мы снова все вместе собрались у стенда, возле которого бурлила толпа. Сергей стоял, сложа руки на груди и с недовольством смотрел на всё это, а потом просто ушёл за ворота. Мы с огорчением подумали, что он всё-таки не прошёл Испытание, но каково же было наше удивление, когда Друцкий вернулся с биноклем в руке.
 
— На, Михаил, — дал он мне его. — Посмотри наши результаты, пожалуйста.
От такого я чуть не выронил увесистый оптический прибор на землю. С ума сойти! Я сейчас услышал от Друцкого слово «пожалуйста»? Наверное, земля перевернётся! Александр показал мне большой палец и закивал в сторону стенда. Значит, будем посмотреть… Пока я настраивал бинокль, многие несостоявшиеся ученики с натуральными матюками уходили за периметр школы. И я очень не хотел оказаться на их месте. Хотя было много и тех, кто всё-таки прошёл экзамен за какие-то свои великолепные заслуги. Список делился на две колонки: зелёная — поступил, красная — нет. Фамилии стояли в алфавитном порядке, поэтому я тут же проверил нас троих и, о чудо, не нашёл в правом списке…
— Ну что там? — в нетерпении проговорил Сергей. — Не томи, а? Прошли?
— Михаил, давай!
Я опустил бинокль и молча посмотрел на них печальным взглядом, тем самым заставив парней крепко выругаться и начать размахивать руками. А потом я широко улыбнулся и просто сказал:
— Шутка! Теперь мы трое — ученики Царской школы! Поздравляю!
Вместо ответной позитивной реакции, Александр и Сергей вместе набросились на меня и повалили на землю. Я смеялся в голос, как и они, довольные и счастливые дети, сдавшие совсем не детский экзамен. Наконец-то этот адский день закончился. Несмотря на свои разногласия, Александр и Сергей на прощание пожали друг другу руки. Мы расстались, пообещав встретиться уже на линейке, которая должна была пройти третьего сентября, дня, любимого многими в моей стране, кто ещё переворачивает календарь на стене, а не на смартфоне.
На улице меня встретили счастливые сёстры Катя и Лиза. Обе девушки крепко обняли меня, после чего буквально зацеловали, заставив моё лицо сделаться пунцового цвета. Белов стоял неподалёку и, когда наши взгляды встретились, с улыбкой кивнул, показав большой палец. Мы сделали это! Вместе! Спасибо дворецкому, у машины он встретил меня с чаем из термоса, бутылкой воды и пирогами для перекуса. После трёх часов на пределе возможности и без воды, я был просто счастлив от его заботы. Домой ехали, не переставая горланить в салоне машины.
— Ты был такой крутой! — восклицала Катя, размахивая руками.
— Да ладно!
— Она права, — улыбнулась Лиза, с которой мы с недавнего момента достигли гармонии в семейных отношениях. — Когда эти болваны погнались за вами в пятиэтажке, я подумала, что всё — задавят числом. Но вы сработали на отлично и смогли отбиться. А использовать подземный ход — это вообще была классная идея!
— Нам просто повезло, — ответил я, посмотрев на Белова. — Я вообще удивляюсь, как вам удалось меня там различить с трибун.
— Я принёс бинокли, — ответил Дворецкий. — Плюс там были установлены смотровые бинокли. Вот за них тоже шла нешуточная борьба, уж поверь, — улыбнулся он.
— Да уж. Хорошо, что никто не погиб сегодня и вернулся на своих двоих, — выдохнул я, вспоминая те реально опасные моменты, которые происходили с нами.
— Ты про падение с высоты? — спросила Лиза. — Наверное ты не заметил смотровые щели в стенах домов. Как я поняла, в этих комнатах прятались работники школы. Для подстраховки.
— Правильно, — кивнул Илья Андреевич. — Возле каждого потенциально опасного участка находился один или несколько силавиров-врачей, которые в случае чего спасли бы вас от тяжёлых ранений и смерти.
 
— Ничего себе! — удивился я. — А заранее предупредить не судьба?
— Как видишь, правила менялись на ходу. Я не понаслышке знаю директора школы. Это очень проницательный и прогрессивный человек. Вас погрузили в условия настоящего боя, и любая лишняя информация могла только расслабить вас и навредить.