В огнях Нью-Йорка (СИ)

– Какой кошмар!
Алекс усмехнулся.
– Тебя что-то смущает?
Меня всё-то смущало, а ещё напрягало, пугало и отталкивало. По интернету это выглядело не так мерзко, как воочию.
– Можно я уйду?
Алекс пожал плечами.
– В любой момент. Я не собираюсь призывать тебя входить в Тему, если у тебя нет потребности. Но вот бояться ты не должна.
Он подошёл к стеклянному шкафу и вытащил трость с куском кожи на конце. Я запаниковала. Дверь позади меня оставалась широко открытой, но мои ноги просто приросли к полу. Я заворожённо смотрела в стальные глаза мужчины.
– Это стек. Дай руку. Протяни ладонью вперёд.
Проглотив ком в горле в очередной раз, я подчинилась. Лёгкий шлепок. Потом ещё один и ещё. Стек пополз вниз, очерчивая контуры фигуры, пока не достиг голеней, прикрытых тонкими чулками. Опять удар.
– Больно?
– Нет. Но и возбуждения, описанного в интернете, я не чувствую.
Алекс ухмыльнулся и поменял орудие.
– Значит, в интернете, говоришь? Вот видишь, ты уже проявила интерес, и твоё появление здесь неслучайно. А, что касается возбуждения, ты не почувствуешь его, пока не перестанешь бояться.
Он обошёл меня и хлестнул мягкой плетью по спине. Моё тело выгнулось, но не от боли.
– Флоггер, многохостка. Больно?
– Нет.
– Хорошая девочка. А так?
Он неожиданно ударил рукоятью по пятой точке.
– Терпимо.
Моё сердце просто выпрыгивало из груди.
– Вот видишь, всё не так страшно. Не скрою, что удары наносятся с разной силой, но мастера сначала разогревают тела своих нижних, готовят… У новичков боль чередуется с сексуальной стимуляцией. Поверь, это захватывающее приключение в мир острых ощущений. ― Алекс ходил вокруг меня кругами, как хищник. ― Со временем ты перестанешь стесняться, разрушишь все барьеры и научишься получать удовольствие, которое просто не сможешь передать словами.
– Но зачем всё это?
Мужчина отошёл к шкафу и скрестил руки на груди.
– Всё просто. Если ты любишь острое, то со временем перестаёшь замечать в блюдах вкус перца. Однажды тебе захочется получить приправу ещё и ещё острее. Так и в сексе. За миллионы лет существования человеческие рецепторы адаптировались к обычной стимуляции. Многие стали искать новые ощущения на грани возможностей. Поверь, внутри тела есть сотня уголков наслаждения. Но пробраться к ним можно только через боль.
Новые ощущения! У меня и старых-то не было. Я не занималась нормальным сексом, не билась в экстазе, не испытывала того, о чём писали в книгах… А тут сразу, на тебе, плёткой по заднице!
– Я пойду?
Алекс протянул мне флоггер.
– Возьми. Это подарок. Завтра у нас будет шоу и открытый показ для членов клуба. Буду рад, если ты придёшь.
– Открытый показ?
– Да. Иногда именно тут ломаются стереотипы, которые мешают по жизни.
– Не поняла.
– Приходи завтра. Всё увидишь сама.
Машинально взяв плеть, я попятилась к двери.
– Ты ничего не забыла?
Я удивлённо вскинула голову.
– Обычно мастера или господина принято благодарить.
Я снова покраснела.
– Спасибо, мастер.
Осознание пришло немедленно. Алекс не строил этот клуб своими руками. Этими самыми руками он делал другие вещи и, видимо, лучше других.
Мы посидели в кафе ещё около часа, болтая на отвлечённые темы. Алан перезнакомил меня со всеми присутствующими. Я была просто в шоке. Обычные люди, совершенно не помешанные на боли и сексе. Уезжала я с большой неохотой.
– Ты придёшь завтра на шоу? Я могу заехать за тобой.
– Ещё не решила. Да и не знаю, какие планы будут на меня у Сагерта.
Алан усмехнулся.
– Ну-ну, если что ― звони.
Крадучись, я пробралась в квартиру, старательно пряча флоггер от посторонних глаз. Завтра у меня выходной. Тихонько раздевшись, я легла в кровать, когда услышала громкую трель..
– Привет, Джил! Не разбудила?
Я взглянула на часы. Четыре утра.
– Конечно, нет, Анна, кому же придёт в голову спать в такое время?
Начальница проигнорировала сарказм.
– Выручай! Мне дочь везти с утра на анализы. Только что звонил наш лечащий врач. Это срочно. Подменишь до обеда?
– Нет проблем. А что с ребёнком?
Она вздохнула
– Диагноз ещё не поставили. Обследуемся.
– Ни о чём не волнуйся.
Дав отбой, я задумалась. Ложиться спать не имело смысла. Через пару часов придётся уже вставать. Накинув халат, я побрела на кухню. Нужно убрать посуду. Идеальный порядок в царстве общепита меня немного смутил. Наверное, Люк всё сделал сам. Мысленно поблагодарив аккуратного официанта, я достала из холодильника бутылку минералки и уселась за стол. Тишина не была звенящей. Сделав пару глотков, я услышала женские стоны, доносившиеся со второго этажа. Половина пятого. Сколько можно заниматься сексом? Я хотела вернуться к себе, как вдруг стоны перешли в какой-то вой, потом в свист. Приоткрытое окно в столовой хлопнуло от странного порыва ветра, и, наконец, всё стихло. Что-то сжало меня внутри. Ревность? Нет. Её я сумела обуздать. Страх. Как могло столь хрупкое создание издавать столь неприятные звуки? Я заставила себя выкинуть это из головы, напомнив, что живу тут на птичьих правах и не должна ни во что вмешиваться.
  
Глава 14
 
Утром я сервировала стол на двоих, когда в кухне появился Рим. Он был слаб и рассеян и совершенно не походил на удовлетворённого мужчину, который провёл ночь в объятьях любимой девушки.
– Привет! А где Анна?
Я пожала плечами.
– У неё дочь приболела. Будет позже.
Рим тряхнул головой, прогоняя остатки сна.
– Передай ей, чтоб с ужином не заморачивалась. Мы с Николь решили сходить в ресторан.
Он вонзил кинжал в моё сердце и безжалостно прокрутил.
– Если я Вам больше не нужна, могу ли я вернуться к себе в комнату?
Сагерт поднял брови.
– Не можешь. Садись, будем завтракать.
– Что? А мисс Николь?
Рим зевнул.
– Мисс Николь уехала два часа назад. Да, не забудь поменять простыни, пока я буду в бассейне.
Я уже хотела кинуться выполнять приказание, но хозяин схватил меня за руку.
– Сначала поешь.
Мне в горло ничего не лезло. Одолев пару ложек салата, я подняла глаза и столкнулась с тяжёлым взглядом своего работодателя.
– Мне доложили, что ты вернулась только под утро. Где ты была?
Надо же! Ему уже доложили!
– Это имеет значение?
Я высоко вскинула подбородок, поражаясь тому, как у Сагерта язык повернулся требовать от меня отчёт, когда сам…
– Имеет. Я привёз тебя сюда, девочка, и я отвечаю за тебя. Понятно, что рано или поздно в твоей жизни появится мужчина, но я бы хотел видеть рядом с тобой нормального парня. Понимаешь, о чём я?
– Нет.
Сагерт тяжело вздохнул.
– Алан хороший стилист, и салон у него хороший. Но вот в остальном… Мне бы не хотелось, чтобы он втянул тебя во что-то гм… странное, непристойное.
Кажется, я разозлилась.
– Я уже не маленькая девочка и могу решать, куда мне втягиваться, а куда нет. Командуй своей Николь. А меня оставь в покое.
Я вылетела из-за стола и помчалась на второй этаж. Влетев в спальню Рима, плотно закрыла дверь, прислонилась к стене и тихонько завыла. Мобильный, оставленный на вибрации, ожил в кармане платья.
– Джил, детка, привет!
– Привет, Алан!
– Что ты решила? Мне заезжать за тобой?
– Да. Я поеду на шоу.
– Тогда целую. До вечера.
Я подошла к кровати и с ненавистью сорвала красные простыни со следами ночных утех. Долго ли я ещё выдержу в этом доме? Мне хотелось вернуться назад в Дублин и забыть, как страшный сон, и моего принца, и манящие огни Нью-Йорка, и свою несостоявшуюся любовь.
Молясь, чтобы не столкнуться с хозяином дома, я прокралась к себе и повернула ключ в двери.
Вечером моё настроение значительно ухудшилось. Хотя, куда хуже! Рим уехал два часа назад. Казалось, он был не в себе. Покачиваясь от слабости, он шёл к дверям, но даже не думал отменять мероприятие. Анна заметила плачевное состояние хозяина.