Драконы ночной смены (ЛП)

Все казалось возможным. Но Белая Змея ничего этого не сделала. Она опустила голову, ее челюсть с острыми зубами легла на сложенные передние лапы со вздохом отвращения.
— Чего ты хочешь?
Я нахмурилась. Не такой реакции я ожидала. К счастью, папа все еще был у руля.
— Мы пришли освободить тебя, — Ён указал на открытую дверь за нами. — Иди. Я обещаю не преследовать тебя.
Белая Змея фыркнула, посылая облако бело-серого дыма к потолку.
— Я тебя не боюсь, — буркнула она. Но все еще не двигалась, и хмурое лицо отца стало растерянным.
— Почему ты не уходишь? — спросил он, когда стало ясно, что она не сдвинется.
— А зачем? — она отвернула большую голову. — Нет смысла.
— Есть, — с яростью сказал отец. — Мы были врагами с тех пор, как ты вылупилась, но мы все еще одной крови. Я не буду терпеть и позволять моей сестре быть развлечением для смертных!
Белая Змея презрительно посмотрела на него.
— Не указывай мне, что делать. Как ты сам напомнил, мы — не клан, — она сжалась плотнее, сунула голову под длинный хвост. — Уходи.
Отец потрясенно смотрел на нее. Я тоже. Наш план мог провалиться по-разному, но я даже не могла представить, что Белая Змея могла не захотеть уйти. И это было плохо, потому что, судя по таймеру, который Сибил оставила в уголке моего поля зрения, стражи вот-вот придут забрать ее на арену.
— Ты не хочешь уйти отсюда? — я решила попробовать другой подход. — Геймскипер хочет унизить тебя этой ночью, но если убежишь, тебя ничто не остановит. Ты сможешь вернуться к своим людям! Они точно переживают.
— Никто за меня не переживает.
Я открыла рот, чтобы сказать, что это было не правдой, когда она вдруг вскинула голову.
— Не понимаешь? — зарычала Белая Змея, прижалась носом к почерневшим прутьям. — Ты победил. Каким-то чудом переманил СЗД на свою сторону, и меня одолели на глазах у всего мира! Ты честно думаешь, что мои смертные останутся рядом после такого?
Мой отец мог так думать, но он всегда был особенным. Отношения Белой Змеи с ее людьми казались типичными. Дракон, напавший на нас у дома Питера, купил информацию у одного из людей Белой Змеи в обмен на билет на самолет, так что я подозревала, что она была права. Но, хоть я понимала ее проблему, отец выглядел уязвленно.
— И ты просто сдашься? — он оскалился. — Не помню, чтобы ты была такой слабой.
— Не говори так со мной, — она обнажила огромные зубы. — Ты сделал все, что мог, чтобы отгонять меня тысячу лет. Ты не знаешь, через что я прошла! Ты всегда был сильным, стал сильнее, когда съел огонь отца, но у меня ничего не было! Мне пришлось пресмыкаться и показывать живот драконам сильнее, чтобы выжить. То, что я не оказалась головой на стене клана врага, показывает, что я жизнеспособнее, чем ты можешь быть, сентиментальный идиот, который чуть не умер, отдав силы из-за смертной!
Мы с отцом вздрогнули.
— Но это кончилось, — голос Белой Змеи был раздавленным. — Я поставила все на этот план. Ослабив тебя твоей смертной, я собиралась съесть остатки твоего огня и показать твою отрубленную голову Миротворцу как доказательство! Он выгнал бы меня из СЗД, но весь мир знал бы, что я смогла одолеть Ёна из Кореи. Настоящего, а не печальную тень, какой ты стал. Таким был план, но мы уже не можем притворяться, да? Весь мир видел, как я упала, и они видели, как твой кровоточащий труп спасла СЗД. Мы оба были слабы на глазах у всех, значит, мы оба — добыча. Даже если я съем тебя тут, в тебе не хватит огня, чтобы сделать меня опасной для других.
Она кивнула на открытую дверь.
— Ты зовешь это побегом, но если я выйду туда, мне конец. Каждая жадная змея на планете будет охотиться на меня, чтобы съесть мой огонь в тот миг, как я появлюсь. Ты отлично это знаешь, потому что тоже прячешься. Тут не так много доходит новостей, но ты не выжил бы, чтобы прийти сюда, если бы не прятался. Но в безумии, которое ты хочешь устроить этой ночью, я участвовать не буду. Мы с Геймскипером договорились. Он позволит мне жить тут внизу, в безопасности, а мне нужно лишь биться на его арене.
 
Отец был возмущен сильнее обычного.
— Ты позволишь ему унижать тебя, чтобы прятаться в пещере?
— Да, — Белая Змея опустила голову на когти. — Потому что, в отличие от Великого Ёна, гордость я не могла себе позволить. Думаешь, дракону в изгнании просто жить? Я жива до сих пор, потому что готова делать все ради выживания. Это такое же. Мне нужно побыть тут век, пока все утихнет, а потом я подумаю о новой жизни. Будет неприятно, но я делала куда хуже, и я сделаю снова. Я сделаю все, что нужно, чтобы выжить. Это моя сила, брат. Это не много, но у меня есть только это.
— Это ложь! — взревел Ён, разбивая хрупкие прутья и шагая вперед, пока он не оказался почти на носу у сестры. — Это твоя победа? Жить в этой дыре, как червь? — он оскалился. — Я уважал тебя больше, когда ты пыталась меня убить и забрать мои земли! Тогда ты хотя бы жила так, как должен дракон.
— Думаешь, в этом все дело? — с отчаянием сказала она. — Я не хотела быть Драконом Кореи. Я просто хотела домой!
Отец смотрел на нее с отвращением, но я вмешалась.
— Постой, — я приблизилась к Белой Змее, насколько осмелилась. — Если это так, почему ты всегда пыталась убить его?
— Потому что он сказал, что я вернусь в Корею только «через его труп», — ответила Белая Змея, с презрением глядя на моего отца. — Я знала только такой дом, только там я в безопасности. Я хотела жить в покое на своей горе, но как только он пришел к власти, он выгнал меня! Заставил меня блуждать одну, без клана, легкую мишень для любого дракона, который хочет кого-то поймать в свои когти.
Я повернулась к папе.
— Это правда?
— Она попыталась ударить меня в спину, как только отец умер! — закричал он. — Кто примет такую гадюку в свой дом!
— Я напала, потому что знала, что ты собирался делать! — завопила Белая Змея. — Ты сказал мне в лицо, что выгонишь меня, как только получишь силы сделать это! Конечно, я билась. Что еще мне было делать? Ты никогда меня не слушал!
— Потому что ты всегда врала.
— Не насчет этого, — ее глаза умоляли. — Я тысячу лет умоляла тебя впустить меня домой. Давала тебе взятки, предлагала сделки, приносила сокровища, обещала вечную службу. Ты не слушал это, но ты не мог не знать, чего я хотела. Не после стольких раз. Ты знал, чего я хотела больше всего, но ясно дал понять, что, пока ты — дракон Кореи, она всегда будет закрыта для меня, — ее когти впились в камень. — Ты говоришь, мы были врагами с рождения, но мы оба знаем, что это не так. Ты сделал меня своим врагом. Я сделала бы все, что ты хотел, если бы ты впустил меня домой, но я никогда не была достаточно хорошей для тебя. Тебе нравилось смотреть, как я страдаю, пока ты сидел на троне, окруженный обожающими тебя людьми, потому что так ты ощущал себя сильным. Конечно, я напала в момент твоей слабости! Ты не дал мне других шансов!
Она кричала под конец, ее голос гремел, отражаясь от каменных стен. Это должно было пугать, но я уже не боялась. Мне было жаль Белую Змею, потому что ее описание моего отца было очень схожим на то, каким я его видела неделю назад. Наши отношения наладились, но я все еще склонялась к стороне Белой Змеи во всем этом. Папа ясно дал понять свое отношение к драконам — и Белой Змее, в частности — и хоть я не помнила, была ли хоть на одном из ее визитов, я знала, что она приходила несколько раз в его крепость в Корее с подарками. При виде отвращения на лице папы, я легко верила, что он был жестоким с ним. Я не считала ее святой, но их ссора мешала нам. Наш план зависел на том, что мы уберем Белую Змею из уравнения. Пока что все выглядело так, словно она сразится с Ником, только чтобы позлить моего папу.
— Хватит, — Ён скрестил руки на груди. — Что нужно, чтобы ты ушла?
— Больше, чем у тебя есть, — она опустила голову на камень, прижалась упрямо огромным телом к земле. — Ты уже не Дракон Кореи. Мы оба бездомные, так что забери своего смертного щенка и оставь меня.