Маска (СИ)

Позвонил в дверь. Никто не открыл. Второй, третий. Тишина. Я спустился к консьержке.
— Здравствуйте. У Вас должны быть ключи от всех квартир. Помогите открыть 98.
— Здравствуйте. А на каком основании Вы хотите туда попасть.
— Вызывайте участкового. Так, наверное, будет правильно.
— Вы можете объяснить, что случилось?
— Аида Львовна Взяла больничный, я приехал её проведать, а она дверь не открывает. Возможно ей плохо.
— Что станет с вашей Аидой Львовной? Такие как она бессмертны!
— Тем не менее, дверь надо открыть.
— Ну раз вы так беспокоитесь, то сейчас.
Она взяла ключи, и по дороге к квартире, позвонила кому-то:
— Алик, ты не мог бы выйти на лестничную площадку?….Да ничего не случилось. Ты представитель власти. Не хочу участкового дёргать. Аида дверь не открывает, а тут её водитель переживает. Надо бы открыть.
Когда мы поднялись, этот Алик в домашнем трико, но с удостоверением, ждал нас у дверей.
— Здравствуйте. Кем вы приходитесь Аиде? — спросил он.
— Официально, я её водитель. А так, просто, неравнодушный человек. — ответил я, а этот Алик в ответ ухмыльнулся хитро прищурив глаза.
Когда мы открыли дверь, в квартире был спёртый воздух. Пройдясь по комнатам, я нашёл Аиду. У неё был жар, сопровождаемый лихорадкой. Пока соседка вызывала скорую, я открыл фортку и собрал грязную посуду. Видно она пила чай, что-то кушала и сил убрать не было.
Скорая сделали укол, поставили капельницу, и я их проводил. Проследить за капельницей я смогу сам, а в больницу ехать отказались. Аида без сознания, врач не отказывался её госпитализировать, но не рекомендовал. Придёт в себя, и потом решать будем. У неё была гнойная ангина, по предварительному диагнозу.
Все разошлись, и я позвонил Галине.
— Добрый вечер, Галочка.
— Дим, что случилось?
— Аиде совсем плохо. Я отказался от госпитализации, теперь переживаю.
— Ты всё правильно сделал. Она терпеть не может больницы. Я сейчас позвоню её врачу, и он приедет.
— Подожди, я не знал, что у неё личный врач. Дай мне его телефон. Я проконсультируюсь, возможно он сейчас не нужен.
Она скинула мне номер. Я, созвонился и перечислил, что ей кололи и капают, договорился на его визит утром.
— Если будет ночью хуже, звоните не дожидаясь утра. — рекомендовал мне доктор.
Температура через пол часа стала снижаться.
— Ало, мам. Вы сегодня меня не ждите. Я буду ночевать у своей начальницы.
— Что-то случилось? — за переживала мама.
— Да. Её нельзя сейчас одну оставлять. Гнойная ангина.
— Сынок, я утром пораньше встану и сварю ей бульон. Заедь забери. Кушать она сейчас не сможет, а силы нужны.
— Спасибо, мам.
Я устроился в её кабинете на диване. Квартира была одинокой, занятой женщины. Уютной была только кухня и её спальня. Всё остальное напоминало офис. Минимум мебели, ничего лишнего. Одна комната напоминала архив. Стеллажи с бумагами и не нужными вещами. Складывалось впечатление, что она тут только ночует, и иногда кушает.
Поздно ночью я проснулся от непонятного шороха. Быстро надел брюки и вышел в коридор.
— Ты кто? Что тут делаешь? — испугалась Аида.
Она, опираясь на стенку, пыталась дойти до туалета.
— Это я Дмитрий. Вам было очень плохо. Утром придё1 т Ваш врач. — говоря это я взял её на руки и понёс в сторону туалета.
— Отпустите меня. — возмутилась она, слабым голосом, но сопротивления не было.
— Поправитесь и можете меня уволить. А пока придётся потерпеть. — я поставил её как можно ближе к нужной сантехнике. — Закончите позовите. Вам нужно силы поберечь, чтобы быстрее восстановиться.
Через минут пять я услышал грохот и бесцеремонно вошёл. Аида упала на корзину, предназначенную для белья. И только сейчас я заметил, что она в трусах и мужской боксёрке. Причём всё это мокрое от пота.
— Отвернитесь. — смущаясь, хриплым от болезни голосом попросила она.
Я опешил от её вида, а ещё эта просящая интонация. Человек, которая только приказывала, просила.
— Аида Львовна, у Вас такая обалденная фигура, что не вижу повода для смущения. Давайте я лучше Вам помогу переодеться.
 
Я достал из шкафа пижамную футболку и чистые трусы. Она была красная как рак, толи от смущения, толи от болезни. Мы справились с задачей. Я старался видеть в ней ту самую стерву, начальницу. Но это плохо получалось. Я живой мужчина, а она, как оказалось, очень привлекательна, не смотря на болезнь. Конечно я очень был рад, что успел надеть брюки. Подняв её на руки, я отнёс и посадил на пуфик у зеркала в спальне. Поменял постельное бельё и только потом помог ей лечь.
— Если Вам что-то понадобится, то я в Вашем кабинете. — оповестил я и удалился.
Конечно, я не подросток, и прекрасно понимал, что сейчас не до всяких глупостей, но картинки из немецких фильмов всплывали в воображении. Мне в моей налаженной жизни, только этого не хватало.
Утром я нашёл её ключи, и пока она спала помчался домой, по дороге звоня Галочке.
— Доброе утро. У меня есть какие-нибудь неотложные распоряжения на сегодня?
— Доброе утро. После обеда тебе с Аидой на встречу, по новому договору с базой по доставки лакокрасочного материала.
— Спасибо Галин. Я у Аиды буду, ты мне скинь на вацап нужную инфу. Я справлюсь сам. Она не сможет физически.
— Как она там?
— Живая. Придёт врач, узнаем подробнее.
— Держи меня в курсе. Я тоже переживаю.
— Хорошо.
Доехав домой, я переоделся, и взял с собой домашнее трико и футболку. Тяжело в брюках и рубашке по хозяйству.
— Мамуль, поехали со мной. Врач должен прийти. А она всю ночь потела. Помоги пожалуйста ей принять душ.
— Дим, конечно поеду. Тебе эта женщина действительно дорога, или это забота о начальнице?
— Мам, не начинай. Эта женщина, неисправимая, но красивая стерва. Просто у неё нет родных, и она в крайне беспомощном состоянии.
— Поняла. Ты ещё сам не понял.
— Мам!!!
— Димка! Тебе не благотворительностью надо заниматься, а личной жизнью. Андрюшке мать нужна.
— Мам, закрываем эту тему.
Аида немного сопротивлялась. Её неловкость от данной ситуации бросалась в глаза.
— Здравствуйте. Я Лидия Витальевна. Вы можете говорить сейчас что угодно, но я уйду только тогда, когда выполню просьбу сына.
— Я прекрасно справлюсь сама.
— Вставайте. Мне, достаточно в конце процедуры, будет «спасибо». И если Вы думаете, что я буду Вас купать, то ошибаетесь. Я помогу Вам и не больше.
— Спасибо. — продолжала неуверенно сопротивляться Аида.
Когда я маму проводил на такси домой, и вернулся в квартиру, то напоил её чаем с мёдом. Мама настаивала.
Мы были готовы, когда пришёл врач. Он осмотрел Аиду, выписал ещё куче лекарств и внутримышечные уколы.
— Вам прислать медсестру или у вас есть кто будет колоть? — он обращался ко мне.
— Я умею колоть. Справимся. — сказал я, глядя как у Аиды глаза полезли на лоб.
— Тогда хорошо. Я хорошо знаю Аиду Львовну, поэтому, прошу Вас. Не позволяйте ей вставать. Дня через два, принесите ей в постель ноутбук и пусть работает так.
— Хорошо.
Моя начальница выглядела ужасно, но даже сейчас она вызывала во мне не детские эмоции.
— Аида Львовна, я вынужден уехать на встречу, а Вы пожалуйста постарайтесь поспать. — войдя к ней, после того как проводил врача, сказал я.
— Дмитрий, я смотрела договор, там Всё в порядке. Вы извинитесь перед ними, возьмите бумаги и предложите им, если это их устроит, то мы скинем подписанные на почту.
— Хорошо. Не переживайте.
  
Глава 10(Аида)
 
Проснувшись утром, я была в растерянности. Мне в бреду снился мужчина, который меня переодевал. Он был в одних брюках и очень привлекательный. Толи от слабости, толи от дефицита отношений, но я чувствовала острое возбуждение. Я маньячка? Тело принизывала слабость, а я думала о мужике. Вдруг в коридоре послышался тихий разговор. Когда в комнату вошёл мой водитель с незнакомой я немного оторопела. Женщина, как я после узнала, мама Дмитрия помогла мне привести себя в порядок, принять душ. Я не знала, как вести себя в такой ситуации? Обо мне в этой жизни, заботился только покойный муж. Когда, после визита доктора, Дмитрий уехал, и я осталась наедине со своими мыслями, мне стало неловко. Значит, мне всё не приснилось. Дмитрий меня на руках носил в туалет и помогал переодеться ночью. Неловкость и стыд заполняли меня изнутри. Закончится эта неделя, водитель вернётся на своё рабочее место, и я больше его не увижу. Жизнь придёт в нужное, спокойное русло. С этими мыслями я уснула.