Медленный яд (СИ)

Наша встреча, как в дурацком кино, когда герои действуют точно дебилы. Только в фильме они обязательно заканчивают сцену в постели, а не на коврике возле двери. А если и остаются в одиночестве, то с сигаретой и бутылкой вина.
- Только алкоголя мне ещё не хватало, - я все-таки поднимаюсь, иду на кухню и наливаю себе стакан холодной воды, осушая его в три глотка. В животе совсем пусто, - не худо бы поесть, пока не обострился гастрит, но аппетита никакого.
Когда я собиралась встретится с Ильёй, наш разговор представлялся мне совсем другим. 
Теперь надо думать о том, что я пообещала Поддубному: найти парня, который написал заявление, и уговорить его забрать. Как его звали? Алексей? Александр?
В упор не помню. И хороша я буду, когда заявлюсь после случившегося с подобной просьбой. В лучшем случае, меня пошлют далеко и надолго, а потом худшее я и говорить не хочу. 
- Что делать, что делать,  – я прячу лицо в ладонях и нервно смеюсь, - что ещё остаётся? 
Достаю телефон и пишу Илье в «телеграмме»: «Мне нужны его данные».
Догадается, не дурак же. 
Ответ прилетает следом :
«Влади, давай сама».
- Ну ты и скотина, - возмущаюсь, быстро тарабаня дальше:
«Намеренно удлиняешь время нашей совместной работы?»
Илья строчит ответ, я кусаю губы, а потом хмыкаю, когда он тут же присылает нужные данные, включая номер телефона. 
«Смальков Александр Сергеевич», - читаю в сообщении. Понятия не имею, о чем мы будем с ним говорить, но звоню ему.
- Александр? – обхожусь без отчества и сразу перехожу к делу, - я звоню Вам по поводу заявления на Илью Поддубного.
- И что хотите сказать? – ехидно интересуется Смальков.
- У меня к Вам предложение, но это не телефонный разговор.
- Взятку пытается мне пропихнуть?
- Не понимаю, о чем речь, - стараюсь говорить холодно, - когда Вам удобно встретится?
- В суде, - хмыкает мой тезка. 
Черт его бы побрал! 
- Давайте попробуем по-другому, - главное стоять на своем, - ты приставал ко мне в клубе, а потом появился Илья. 
- Что значит – приставал? – возмущается Смальков, - я знакомился с девушкой!
- Против ее воли. Мне удобно через час, или хочешь в суде?
- Давай, говори, куда подъехать. 
Наученная горьким опытом, я выбираю людное место, а ещё решаюсь заручится поддержкой и идти на встречу не одной. 
Митя отвечает сразу, едва раздаются гудки:
- Привет, Саня.
- Здравствуй, Мить. Очень занят?
- Для тебя – всегда свободен, - смеётся он, - а что нужно?
Просить его о мужской помощи как-то неловко, но в конце концов, мы не просто друзья, но в какой-то мере и родственники. И только благодаря этому мы продолжаем общаться, -  остальным мужчинам с появлением Кирилла места не нашлось.
А теперь я пытаюсь разрулить проблемы Поддубного, чтобы он помог мне найти любовницу мужа, привлекая к делу его сына. 
Может, другие люди живут проще, и только я себе выдумываю проблемы там, где их нет?
Не знаю. 
По дороге к центру я подбираю Самойлова – младшего, расплывчато объясняя ему цель нашей встречи:
- Меня ждёт один не очень приятный тип, и если он вдруг начнет распускать руки или странно вести себя, засними это на видео. 
- Саня, - пугается Митька, - ты чего задумала? Кто это?
- Не переживай, ничего страшного. Просто знакомый, и я опасаюсь, что он может себя вести не совсем адекватно. 
- А я буду адекватным, если вместо того, чтобы тебя защищать, начну снимать на видео?
- А вот этим и поможешь, - перебиваю, показывая, что тема себя исчерпала. 
Мы встречаемся с Александром на площади возле поющих фонтанов. В этот час здесь многолюдно, дети носятся, ошалелые после дневной, изнуряющей жары, а все свободные скамейки уже заняты. Митя растворяется в толпе, чтобы не привлекать лишнего внимания, а я  устраиваюсь прямо на траве, разглядывая, как играет подсветка с водой в такт музыке. Сизые летние сумерки густеют, и только разноцветные лучи над площадью создают ощущение веселья.
Минут через пять рядом останавливается забавный щенок лабрадора, кувыркающийся то и дело в бок.
 
Он принюхивается, ровняясь со мной, а я протягиваю ладонь вперёд, чтобы малыш мог ее обнюхать. Но пёс неожиданно лижет меня, и я хохочу, пока хозяин не оттаскивает за поводок собаку. 
- Весело проводишь время, - рядом опускается Смальков, а я с трудом опознают в нем парня из клуба. Во-первых, выпитое и атмосфера меняют людей до неузнаваемости, а, во-вторых, на его лице красуются синяки и лейкопластыри. 
- Не хило он тебя отделал, - такое не стоит говорить избитым мужчинам, и я вижу это по недовольному выражению лица Александра.
- А ты в жизни ещё симпатичнее, чем мне запомнилось.
- Я вижу, у тебя есть ещё неразукрашенные участки на фасаде, могу добавить, - хоть и не хочется ему хамить, а вынуждает.
- Начинается. Пожалуй, говорит нам не о чем, я пошел, - Смальков и вправду поднимается, а я чертыхаюсь, вскакивая следом:
- Ладно, давай временное перемирие, - он молчит, но не уходит, поэтому я продолжаю, - я хочу, чтобы ты забрал заявление на Поддубного.
- С какого перепугу?
- Во-первых, ты начал приставать ко мне первый…
- Стоп! – он вскидывает руки, отступая на шаг, когда между нами с криком пробегает компания детишек, - я ни сделал ровным счётом ничего такого, за что можно избить человека.
Я складываю руки на груди, терпеливо сдерживаясь, чтобы не ответить ему.
- Решим вопрос миром.
- А ты ему кто? Он твой парень?
- У меня нет парня! – выходит немного резче, чем планировалось, и это раздражает. Смальков поправляет рукава короткой рубашки, не глядя в мою сторону, трет переносицу, на которой красуется пластырь. – Пятьдесят тысяч устроит, чтобы забыть о своих увечьях?
Молчит.
- Семьдесят? 
Касается синяка под глазом, болезненно морщась. 
- Сто или я пошла домой, а тебя его адвокаты сами привлекут у ответственности, а я подтвержу, что ты провокатор и первый ко мне лез.
Мужчина встречается, наконец, со мной глазами, набирает полные лёгкие воздуха, но не говорит того, что собирался. Я вижу, как сдувается грудь, поникают плечи, - не хватило храбрости послать меня с деньгами на хрен. Больше я не предлагаю, сумма вполне неплохая. Надеялся, что слупит с Поддубного больше? Держи карман шире.
- Ненавижу таких людей, у которых все вопросы решаются бабками, - выпаливает, - но я согласен на ваши условия. 
- Вот и отлично, - говорю ему, - как только уладишь вопрос, я переведу тебе деньги. 
- Так не пойдет, - тут же вскидывается он, а я злюсь:
- Так, ладно, завтра вместе идём с тобой в прокуратур, следственный – где ты там писал его? – и при мне забираешь. Как выходим, переведу тебе бабки на карту. Идёт?
- Идёт. Созвонился с утра, я скажу, откуда меня забрать.
Киваю и ухожу, не прощаясь. Ищу глазами Митю, ощущая осадок после разговора, но он ещё не закончился.
- Эй, - кричит Смальков, - а парню своему скажи, что он урод. И в следующий раз я набью ему рожу.
- Он не мой парень! – отвечаю раздражённо, но Смальков уже не слышит. 
  
Глава 25. Александра
 
— Саня, что у вас с ним общего? — Митя достает вопросами, то и дело оборачиваясь.
— Он не пойдет за нами следом, успокойся, — говорю устало. Хочется набрать полную ванну воды и залезть в нее, причем с головой. Я беру Самойлова под руку, чтобы перестал дергаться, и мы идем к автостоянке.
Накатывают воспоминания: так обычно я ходила с его отцом. Вытаскивала его при любой возможности хотя бы прогуляться — мне казалось это правильным.
Если задуматься, я переняла у мамы ту самую черту, которая меня больше всего бесила. Только в отличии от нее, я создавала идеальный мир не в чужих глазах, а в своих собственных.
 
— О чем задумалась?
— Папу вспомнила.
Мы оба вздыхаем, и я очень надеюсь, что Митя заткнется, но нет.