Ветер в его сердце

— Если они узнают об этом, — продолжил Томас, — наверняка заставят меня идти в ученики к Морагу.
— И что тут плохого?
— Я хочу убраться из резервации. Не прямо сейчас, конечно. Но однажды, надеюсь, все-таки получится отсюда слинять. А если я свяжусь с Морагу, то прощай мечты.
Девушка кивнула.
— Да, я сама частенько задумываюсь о том, как оно там, в остальном мире…
Они въехали на стоянку перевалочного пункта каньона Расписное Облако. Томас остановился, развернулся кузовом к тропе и заглушил двигатель. Брат и сестра вышли из машины.
— Ты раньше здесь когда-нибудь бывал? — поинтересовалась Сантана.
Томас покачал головой.
— Рувим сказал, поднимайся, мол, в каньон. Там не пропустишь.
— Ха! Мы ведь уже не в резервации, верно?
— Да, это уже территория заповедника.
— А я думала, в заповеднике жить нельзя.
— Понятия не имею, как ему удалось здесь поселиться, — пожал плечами парень.
Девушка помогла Томасу установить рампу, и он, выехав на квадроцикле из кузова, уже на земле удостоверился, что здоровенный баллон с газом надежно закреплен. Затем повернулся к сестре:
— Ну как, поедешь или подождешь здесь?
— Ты шутишь, да?
— Тогда запрыгивай, — усмехнулся парень.
  
8. Сэди
 
Эгги обнаружилась на скамеечке возле мастерской. Кажется, дремала. С полдесятка собак, мирно почивавших у ног старухи, с приближением Сэди с Руби разом поднялись. Девушка застыла на месте, когда свора окружила ее и принялась обнюхивать, при этом весьма ощутимо пихаясь.
— Оставьте ее, — невозмутимо бросила Эгги. — Теперь она живет здесь.
Собаки немедленно потеряли всякий интерес к Сэди и вновь развалились на земле и крылечке, где сидела старуха.
— А я думала, вы рисуете, — заговорила девушка, устроившись подле нее.
— Я и рисую. Просто обдумываю цвета. Обычно я смешиваю их на палитре, но иногда люблю посидеть здесь, представляя, как оно выйдет.
Девушка кивнула, будто бы поняла.
Эгги обвела рукой раскинувшийся перед ними пейзаж.
— И потом, такой вид полезен для вдохновения. Не зря наши предки назвали эти места Расписными землями.
Сэди окинула взглядом предгорье. Где-то вдали, едва различимый в лучах закатного солнца, маячил расплывшейся кляксой Санто-дель-Вадо-Вьехо. Ничего «расписного». Только жухлый кустарник да пустыня.
— Я на природу нечасто выбиралась, — призналась она. — То есть в такие вот места.
— А я никогда в городе особо не задерживалась, — отозвалась Эгги. — Так что по-настоящему сравнивать не могу, но все равно точно знаю, где мне больше нравится.
Сэди тоже знала, равно как и то, что выбор старухи не совпадет с ее собственным. И ни секунды не сомневалась, что если ей удастся развести эту Лию Хардин, она точно не станет здесь задерживаться.
— Я выяснила, почему Стив прячется здесь, — сообщила девушка. — И знаю, кем он был прежде.
Эгги окинула ее внимательным взглядом, затем вернулась к созерцанию пейзажа.
— Вам не интересно, что я нашла? — удивилась Сэди.
Старуха покачала головой.
— Даже если знаешь о чьем-то прошлом, для его настоящего это роли не играет.
— И что это значит?
— Это значит, я знаю о Стиве все, что мне нужно.
Фигня какая-то! И Сэди подумала о том, как много всякого можно узнать, всего лишь пару раз кликнув мышкой.
— Люди так уже не живут, — заметила она.
— Я живу.
Сэди так и подмывало схохмить в ответ, благо Эгги не прибегала к тому особому тону, что был характерен для Реджи и подразумевал гарантированный подзатыльник, если не чего похуже, за малейшее неверное слово. Да вряд ли эта старуха вообще хоть раз в жизни отвешивала кому-нибудь подзатыльник! Однако категоричность ее высказывания ясно давала понять, что разговор окончен.
«Ну и пожалуйста, — мысленно огрызнулась Сэди. — Если я срублю бабок, с тобой делиться и не подумаю».
— Тебе нужно кое-что понять, — снова заговорила Эгги. — Ты несовершеннолетняя. И мы, строго говоря, не должны позволять тебе здесь оставаться. Нас ждут серьезные неприятности, если тебя тут отыщут твои родители.
 
— Ха, мои родители! Да мой папаша сам и вышвырнул меня на дорогу — помните?
Эгги кивнула.
— В общем… Стив оказал тебе услугу. И продолжает ее оказывать — устраивает тебя в школу и прочее. И платить ему копаясь в его прошлом — скверная идея. Если он захочет, чтобы ты узнала об этом, он сам все расскажет тебе.
— Ладно. Поняла, — отозвалась девушка.
Старуха встала.
— Пора кормить собак и готовить ужин. Поможешь?
— Никогда в жизни не стояла у плиты!
— Тогда я тебя научу.
Сэди снова удержалась от шуточки и растянула губы в улыбке. Кое в чем старуха все-таки была права. Она действительно обязана Эгги и Стиву за помощь. Ей хотя бы не нужно искать, где приклонить голову.
Девушка тоже поднялась на ноги.
— Буду только рада, — соврала она.
  
9. Томас
 
Тропа оказалась пригодной для езды на квадроцикле — широкой и довольно ровной. Сразу за перевалочным пунктом начался размашистый серпантин по пустыне, в устье каньона неожиданно ставший прямым, как стрела. Стены из красного песчаника по обеим сторонам дороги становились все выше и уже через несколько минут превратились в крутые обрывы. Сантана хлопнула Томаса по плечу и, ткнув пальцем, показала на цель их поездки. Парень кивнул, тоже заметив высоко на выступе скалы поблескивающий в лучах заходящего солнца большущий серебристый трейлер. Как, черт побери, удалось взгромоздить туда такую махину?
Томас заглушил двигатель, и брат с сестрой слезли с квадроцикла. Во внезапно установившейся тишине стало слышно звучание двух гитар. Одна вела монотонный ритм, напоминающий бой барабанов на церемониальном круговом танце, а вторая имитировала хор голосов, обычно сопровождающий барабаны.
Сантана просияла.
— Ух ты, круто!
Томас кивнул. Правда, сейчас его больше заботило, как пронести баллон по узенькой тропинке, поднимающейся к трейлеру. Рувим о такой засаде не предупреждал.
Парень повернулся к сестре:
— Давай-ка сначала выясним, знает ли кто наверху, как доставить заказ, не убившись по дороге.
— И посмотрим на музыкантов, — поддержала Сантана.
Однако поднявшись на карниз с трейлером, они обнаружили, что обе партии исполнял Стив — на одной гитаре. Он настолько погрузился в музицирование, что даже не заметил появления нежданных зрителей, и брат с сестрой стояли да слушали, пока Коул вдруг не ощутил их присутствие.
— Томас, — проговорил он с удивлением, вроде даже несколько ошеломленно. — Что ты здесь делаешь?
— Ойла. Да вот газ вам привез.
— И ты увидел… Хм, разумеется, ты увидел трейлер.
— Да его трудно не заметить.
Стив кивнул.
— Вот только большинство людей его не видят, потому что он, вероятно, существует только в волшебной стране.
Томас пожал плечами. Стива Коула парень едва знал — обычно его заказами занимался Рувим, — однако сейчас поведение отшельника показалось ему несколько странным. Да как ему в голову вообще пришло, что здоровенный «Эйрстрим» можно не заметить на выступе? И что еще за «волшебная страна» такая?
— Это моя сестра, Сантана, — представил Томас девушку.
Стив приветственно поднял руку.
— Ойла, — заговорила Сантана. — Мне очень понравилось, как вы исполняли музыку для кругового танца. Как будто играли две гитары, а не одна.
Коул пожал плечами.
— Это всего лишь открытый строй, — сказал он, словно находил такое объяснение исчерпывающим.
Томас огляделся. Хорошее место, а в придачу — великолепный вид на снижающийся каньон и пустыню за ним. Скала, нависающая над трейлером, несомненно, отлично защищала его от солнца, хотя жара не особенно ощущалась даже там, где стояли они с сестрой. За домиком виднелась пещера, вернее, если судить по пробивающемуся сквозь нее свету, арка. Таких тут полным полно.