Эффект зеркала (СИ)
Олег стиснул зубы. Легко обвинять всех подряд! Он, что ли, придумал уголовно-процессуальный кодекс? Наснимают дерьма про крутых детективов, которые вышибают дверь с ноги и забирают все, что нужно. А то, что люди потом сравнивают реальных следователей с картинкой и обвиняют в лени и бюрократизме, никого не волнует. Да у него, может, бумажной работы больше, чем у бухгалтера!
– Я не понимаю, что за драма, – вмешалась Айя Михайловна. – Доказательства, показания… Это все можно оформить позже. Главное – найти убийцу, разве нет? Разве не для этого ведется расследование?
– И как вы себе это представляете? – Олег стремительно терял терпение: он ненавидел, когда кто-то вмешивался в его работу с указаниями. – Растрясти всех дворников? Никто не признается, а тот, кто нам нужен, сбежит. Нет, так рисковать…
– Вы как дитя малое, честное слово! – профессорша хмыкнула. – Кто пойдет к ним в открытую в обвинениями? Или у вас так принято: спрашивать всех, кто ненароком оказался поблизости к месту преступления, не он ли совершил убийство?
При всей своей внешней чопорности, Крюкова-старшая все сильнее напоминала Олегу ее внучку, и это сходство не вызывало ничего, кроме сильнейшего раздражения.
– А может, придем к ним как комиссия из этого… ЖЭКа или кто там ими управляет? – предложила Айя. – Типа внеплановая проверка. Потычем носом, что дорога завалена, пускай вываливаются с лопатами. И попробуем найти убийцу. По крайней мере, никого не спугнем.
– Хотя бы так, – пожала плечами Айя Михайловна. – Не размахивать же служебным удостоверением направо-налево.
Олег и хотел бы возразить, но план был неплох. И уж если начистоту, Горовой и сам мечтал скорее разобраться с этим проклятым делом. Но то, с каким пониманием Крюковы переглянулись, ему категорически не понравилось. Этот взгляд «чего еще ждать от мужиков»… Кажется, женская дружба всегда начинается против кого-то.
– А что делать с Алиевым? – тихо спросила Айя, когда они двинулись к обиталищу дворников следом за решительной профессоршой.
– В смысле?
– Неужели ты его отпустишь? – в ее голосе звучала такая надежда, что майор замялся, не находя слов. – Ладно. По фигу.
– Да ты пойми, я не могу держать людей только потому, что мне так хочется. Мы найдем его жену, поговорим…
– А если она в Дагестане? Будешь рыть носом землю?
Олегу не хотелось врать, поэтому он молчал.
– Я сделаю, что смогу.
– Ну ясно… Это ведь только работа для тебя, да?
Она нарывалась на ссору, но Олег в эти игры не играл, и вопрос просто проигнорировал, тем более, Айя Михайловна уже подошла к подвалу. Поступью английской королевы она спустилась по обледенелым ступенькам и звонко постучала в железную дверь.
– Проверка! – крикнула она. – Откройте!
– Что такое, эй? – высунулась спустя мгновение небритая физиономия.
– Проверка, – холодно отозвалась профессорша. – Кто ответственный за смену?
– Так собирались только через неделю…
– Районная управа. Кто будет отчитываться за работу?
– Позову сейчас. Ахмед!
На улицу поползли сонные и взъерошенные таджики, щурясь от яркого света и на ходу надевая шапки. Каким-то чудом Айя Михайловна умудрилась выстроить их в ряд и теперь отчитывала их почем зря. Кучке мужиков с лопатами и в голову не пришло спросить ее удостоверение. Чем же вы промышляете в свободное от науки время, профессор Крюкова?..
Между тем, Айя внимательно оглядывала шеренгу служителей чистоты. Она и не думала приближаться к ним, заглядывать в глаза или вытаскивать зажигалку. Наоборот: смотрела на них издалека, как любуется своей работой скульптор.
– Нет, – уверенно сказала она, насмотревшись всласть и вернувшись к Олегу. – Точно нет.
– Что «нет»? – удивился он. – Вы же сами сказали: дворник.
– Дворник-то дворник, но не из этих.
– Почему?! – Олег уже не знал, во что верить.
– Эти все мелкие. И ледащие.
– То есть?
– Ну не жрут ничего! Ты посмотри только! Удивительно, как они вообще таскают свои телогрейки! Нет, в том видении дворник был… – Айя показала руками плечи вдвое шире своих собственных и рост под метр восемьдесят. Ниже Олега, но существенно выше всех тех, кто сейчас печально стоял, оперевшись на ломик или лопату для снега.
– У вас есть еще работники? – сурово осведомилась у дворников профессорша.
– Нет, – сказал тот, у кого борода была сизой от седины.
Надежда на скорый исход дела разбилась вдребезги, и Олегу даже померещилось, что он слышит звон осколков. А, нет, всего лишь какой-то алкаш промахнулся мимо урны!
– Что вы себе позволяете?! – возмутилась Айя Михайловна. – Штраф!..
Крюкова-младшая закатила глаза и потащила Олега за собой в сторону.
– Что думаешь делать дальше? – панибратски поинтересовалась она. – Может, все-таки сходим к шизику? Или вызовем твоих оперов?
Опять за старое? Нет, не выйдет ссоры. Олег дернул плечом и резко сменил тему разговора.
– Ты уже решила, что делать со своим врачом-насильником? – ткнул он пальцем в небо. – Твоя бабушка ведь в курсе, что если он сам не признается, в чем я сильно сомневаюсь, то мы не сможем ничего доказать: прошло слишком много времени, чтобы проводить экспертизу, и мы понятия не имеем, кто жертва. Или ты все-таки передумала и решила никуда не ездить?
– Хочешь мне зубы заговорить, чтобы ничего не делать? – Айя поджала губы, благополучно проглотив наживку. – Нет, я поеду. Бабу… Короче, эта докторша считает, что это нужно. И вряд ли слезет с меня, пока я не покажу ей этого мужика. А там уж… Как будет. Откуда я знаю, что еще она умеет? Она ж психолог. Загипнотизирует, и он тебе накатает чистосердечное.
Тем временем, Айя Михайловна, разогнав работников по снежной плантации, стремительно шагала к Олегу.
– Ну? – требовательно начала она, так и не сменив командного тона. – С меня на сегодня достаточно? Полагаю, мы можем вернуться к работе над даром?
– А что было сейчас? – нехотя спросил Горовой.
– Это была работа над вашим делом, – отрезала та. – Я повторяю: пока она не увидит, как человек, совершивший преступление из ее видений, получает по заслугам, она не поверит в себя до конца. Она должна знать свое предназначение. Верить, что восстанавливает справедливость.
– Бред какой… – тихо фыркнула Айя, но все же развернулась и пошла к машине.
– Вы же понимаете, что я не могу вот так взять и посадить его? – на всякий случай уточнил Олег.
– Разумеется, понимаю, – Крюкова-старшая внимательно посмотрела на него и подняла бровь, и этот взгляд Олегу не понравился.
Пообещав себе не спускать глаз с мстительной старушонки, он снова взялся за руль и двинул на Госпитальную площадь, туда, куда и велела Айя. Подумать только! Одни выходные – и он превратился из старследа в шофера, из майора в таксиста. Вот свозит к травматологу и сразу поставит на место.
С трудом найдя свободное место для парковки, – на территорию больницы не стали пускать даже по ксиве, – Олег последовал за Айей в приемное отделение. Поравнявшись с будкой охранника, она почему-то спряталась в капюшон, и Горовой догадался: явно успела отметиться и здесь. Стоит как-нибудь прогуляться с ней по Москве, сразу всплывут места ее боевой славы…
У широкого крыльца с пандусом Айя остановилась.
– Ну что?.. – спросила она, пряча руки в карманы и пуская облака пара в морозный воздух.
– Как что? – удивилась Крюкова-старшая. – Веди дальше!
– И вы знаете, что будем делать дальше? Вряд ли он обрадуется, когда увидит меня… Я ж говорю: расстались не очень…
– Ты в этой куртке была? – Айя Михайловна презрительно оглядела канареечный наряд внучки. – Снимай. Товарищ майор, будьте любезны вашу… Отлично. И капюшоном прикройся… А травма будет у меня.
Мастерски прихрамывая, профессорша поднялась по лестнице и двинулась к стеклянным дверям. Но не успела она взяться за ручку, как оттуда вышел мужчина. Айя замерла, беспомощно вцепившись в пальцы майора, и Олег сразу понял, кто перед ним. Тот самый Валера… Врач, видимо, не узнав ее под Олеговой курткой-палаткой, отошел на пару шагов в сторону, вытащил из внутреннего кармана пачку сигарет и закурил. Ежился от холода: дубленка была наброшена поверх голубого врачебного костюма, и задувало, похоже, нехило. Крюкова-старшая встала, как вкопанная, увидев его, и Горовой только утвердился в своей догадке. Похоже, профессорша тоже опознала насильника.