Эффект зеркала (СИ)
Дарья Сойфер
ЭФФЕКТ ЗЕРКАЛА
1. Падали старушки
С благодарностью А. Генералову, доблестному саспенс-тестеру, и консультанту, знакомому с расследованием громких преступлений не понаслышке, а потому решившему остаться неназванным.
Все совпадения случайны.
– Жертва номер три, Михеева Клавдия Ивановна тридцать пятого года рождения, – Савчук предупредительно протянул майору бахилы. – Начнем со свежей, Олег Васильевич?
Олег поморщился и промолчал. Из открытой квартиры потянулся сладковатый запах старости, и он раздражал сильнее, чем вчерашнее созерцание трупа. Майор пригнулся, шагнул в узкую прихожую и едва заметно хмыкнул, выталкивая носом спертый воздух. И отчего люди сквозняков боятся сильнее, чем задохнуться?
– Зря вы поехали, тут и искать нечего. Я бы все сам расписал… – не унимался новенький опер.
– Выводы оставь себе, Савчук. Открой окно и займись кухней, – и Олег прошел в единственную, к счастью, комнату, пока болтуна не пробило на новую тираду.
Пускай, вон, его лучше понятые слушают.
Не та квартира, в которой может храниться что-то ценное. Впрочем, со стариками вечно так: нет-нет, да и окажется, что гробовых накоплено столько, что и живой бы не отказался. Но деньги Олег искать не планировал. Убийство с целью наживы? Не сходится.
– Олег Василич, а если черные риэлторы? – крикнул из кухни Савчук и тут же материализовался в дверном проеме.
Его широкое обветренное лицо с белесыми бровями снова и снова наталкивало Олега на вопросы: что этот чудик забыл в органах, и где его матросская бескозырка? Парень просто хотел сыграть Холмса перед понятыми. Оно и немудрено: две девицы из соседней квартиры…
– Как ты себе это представляешь, лейтенант? – Олег отвернулся, задумчиво перебирая кипу старых журналов и газет на серванте. – Они же не идиоты, чтобы кокать кирпичом по бабульке раз в неделю прямо на улице и надеяться, что никто ничего не заподозрит?
– Да, но ведь у всех троих нет родственников, и квартира напрямую…
– Кухня, Савчук.
– Понял.
Майор Олег Горовой был уверен: серийник – идейный товарищ. Действовал по какому-то только ему известному механизму. Раз в неделю, в шесть утра во дворе за поликлиникой он убивал старушек одним ударом по затылку. Жаль, не было возможности работать по горячим раньше: дело передали в управление по особо важным только на третьем трупе. Первый попытались списать на несчастный случай, второй – на совпадение… А на третьем районные умыли руки, и презент достался Олегу. И презент, надо сказать, любопытный. Маньяк – но без садистского ритуала. И жертвы не красивые девушки, похожие все, как одна, на неразделенную школьную любовь, а ничем не примечательные старушки. Невысокие, полные, небогатые, но самое главное: без родственников. А это значит, выбор был неслучайным. Убийца знал их, выслеживал. Или приводил каким-то образом в назначенное место… И Олег хотел понять принцип. Причину.
Он уже собрался отойти от серванта, как на глаза ему попалась толстая тетрадь. Не в общей стопке – ниже, на тумбочке у кровати. Рядом с красным городским телефоном с круговым циферблатом.
Олег нагнулся, приоткрыл. Старая толстая тетрадь в клетку, исписанная мелкими буковками с апострофом вместо твердого знака. Кто-то еще ведет дневник, и не лень ведь! Не блог, не селфи, а тетрадь из глухого советского детства… Поднял, пролистал до последних дат и вчитался:
14 января
Нину из второго под’езда нашли за поликлиникой. Насмерть.
Звонила жилищникам по поводу расчистки дорожки: жалоба №13211.
Уксус перед едой – день 7. Улучшений колена нет. Просрочен?
Заговор на артрит от Любаши:
– повязать белой шерстяной ниткой в три оборота,
– дождаться растущей луны, встать до рассвета,
– в левую руку свечу, встать лицом на восток.
Слова: Святые небеса, черная земля, Матерь Божия Пресвятая Дева Мария, отцы наши и святой Петр! Как нитка вилась, так моя хворь за нее взялась! Жила за жилу, сустав за сустав, а чтобы раба Божия (имярек) здравой с колен поднялась.
Перекреститься, нитку сжечь, прах развеять.
15 января
Сбор денег на похороны Нине.
Не сдали: 53, 70, 136, 142 и 151.
Распечатать у Любаши список, вывесить на каждом под’езде.!
Жалоба в Минздрав на физиотерапевта (Алиев М.С.): заявление №2306. Говорит, я сломала аппарат! Прием у главврача – 25 января, 13:15
Светланы Васильевны на процедурах не было. Померла?..
17 января
Дорожки посыпали химией вместо соли. Жалоба в МФЦ №13296.
Светлана Васильевна была на поминках: жива. Сама ходит.
Посоветовала: Целительница Амалия: +7 902004871
20 января
Целительница подтвердила диагноз.
7 флаконов + прием – 3000 рублей.
3 раза в день за полчаса до еды по чайной ложке на стакан.
Колено лучше.
21 января
Нашли Светлану Васильевну. Травма черепа. Убийство!
Заявление в прокуратуру №231-В на нашего участкового – Василенко И.И.
Сообщила в комсомолку: редактор Ширяев Н.П.
Позвонить в Минздрав насчет физиотерапевта – не отвечают.
Перенесла запись к главврачу на 25 января 08.15, т.к. на 08.00 записалась на кровь.
Прийти раньше!
Колено гнется.
23 января
Статья в комсомолке: «В Москве орудует новый Раскольников».
Письмо на имя главного редактора. Жаловаться в суд или в министерство связи? Спросить Любашу.
Передача «Говорить открыто»: ул. Академика Королева, …
На похороны Светлане Васильевне не сдали: 26, 31, 70, 98, 136, 137, 142 и 151. Вывесить об’явление..
На этом фиолетовая вязь чернил обрывалась.
Что ж, находка отправится в управление и приобщится к делу. Старшая по подъезду – помощь следствию, даже если ее нет в живых.
– Есть что? – Олег двинулся на кухню по узкому и тесному, особенно для его роста, коридору.
– Вроде нет… – развел руками Савчук. – Одни банки, травы…
И все же Олег предпочел взглянуть сам. Что писала Михеева про склянки от целительницы Амалии?.. «Дала на неделю». Где-то должны быть… Вот!
– Дай пакет, – Олег поднял коробку с небольшими флаконами. – Изымаем под протокол.
– А остальное? – Савчук обвел глазами богатое хозяйство покойницы: чайный гриб, алоэ в ведерке из-под квашеной капусты, пыльные пучки трав, иконы, лунный календарь, алюминиевые кастрюли с черными подпалинами…
Кому ты понадобилась, Михеева Клавдия Ивановна тридцать пятого года рождения?
– Черт с ним, – махнул рукой Олег. – Флаконы и тетрадь. Обойди соседок, расспроси про родственников...
– Как по мне, тут ловить нечего, – Савчук пожал плечами. – У нее даже фотографий нет детей, внуков. Участковый сказал, никто не…
– Вот когда вам с участковым поручат дело, будете делать, как по тебе. А пока я велел опросить соседей, и чтобы вечером у меня на столе были все данные. По дороге наберешь в Минздрав и спросишь, что там с жалобой жертвы на местного физиотерапевта.
– Да, Олег Васильевич.
– Вот и ладненько, – Горовой положил дипломат на стол и сел заполнять бумаги, игнорируя обиженную физиономию Савчука и любопытных понятых.
Раскольников… Остроумно. Но ведь и старушки, кажется, не были одуванчиками. По крайней мере, мотив проклевывался.
К тому времени, как Олег смог покончить с формальностями и сесть за руль, сумерки сдали вахту зимней темени. На приборной панели внедорожника загорелись часы: пять. Слишком рано, чтобы ехать домой, слишком поздно для управления. Пока достоит в пробках до конторы, можно будет собираться обратно. К тому же, сегодня собирались отмечать юбилей полковника Калинина, а подобные мероприятия Олег не переваривал. Поликлиника или целительница? Для собственного лечения он не выбрал бы ни то, ни другое, но для следствия целительница представляла больший интерес. Во-первых, физиотерапевт, наверняка, уже ушел, жертвы посещали утренние сеансы. Во-вторых, слишком уж красивая вырисовывалась картинка: вторая жертва прямо перед смертью посоветовала третьей навестить некую Амалию – и вуаля. Еще один труп.