Тонкая грань (СИ)

— Первый блокпост, доложите обстановку! Прием!
В утренней тишине искаженный помехами голос прозвучал как гром. Элогир замер как вкопанный с топором в руке. Пистолет он отдал Фраю. Тот тоже застыл на месте, слегка оттянув руку с ножом назад. Толи метнуть его собирался, толи резко рвануть вперед.
Оператор дрона зажал кнопку на рации, чуть склонил голову к плечу и ответил:
— Все чисто. Повторяю. Все чисто. Следим за периметром. Прием.
Шлем он так и не снял. Спящий в каморке что-то промычал. Почесал ногу об ногу и снова вытянулся на стуле. Снайпера вообще не было видно теперь, так как его фигура скрылась за деревянными бортиками вышки.
Вновь воцарилась тишина. Фрай подал знак головой и Эл на цыпочках продолжил красться к спящему бойцу. Сейчас главное не издать ни единого звука. Коморка была настолько маленькой, что двоим там было не развернуться. Искатель медленно перешагнул через вытянутые ноги и занес топор. Он должен ударить первым. Услышав это, Фрай добьет оператора ножом. Как разбираться со снайпером парни так и не придумали, решив действовать исходя из ситуации.
Убивать человека топором по голове Элогиру уже приходилось. Еще тогда на Острове, когда он отправил на перерождение охотницу из дозора. Перехватив рукоять поудобнее и прицелившись прямо в темечко Эл с силой опустил оружие. Заостренный в виде наконечника копья обух легко вошел на всю глубину, с треском проломив череп. Спящий боец даже пикнуть не успел. Снаружи послышался удар, и оператор с тихим стоном завалился набок.
Эл выскочил наружу. Огромный нож торчал у парня прямо из груди, пронзив в самое сердце. Фрай уже целился на вышку.
— Что там у вас, Технарь? — послышался голос сверху. — Гони птичку назад, и подмените меня. Я уже устал торчать здесь.
В ответ тишина. Тогда над бортиком показалась голова снайпера. «Фугас» не имел глушителя, лишь небольшое усовершенствование, что сделал Алим, и потому выстрел порвал тишину громким хлопком.
Голова дернулась, а затем туманник грузно завалился на брусчатый пол вышки.
— Вернись за рюкзаком! — скомандовал Фрай. — Я обыщу этих и догоню тебя на той стороне дороги.
Вскоре парни неслись сквозь чащобу леса, перепрыгивая через торчащие корни и мелкий кустарник.
— Как мы их?! А?! — глаза солдата светились от счастья. — Жаль только, глушителя у тебя нет! Можно было вообще все тихо сделать.
— Ты псих! — прокомментировал Элогир, жадно хватая ртом воздух.
— Может и так, зато глянь, какую я пушку забрал у болвана на вышке! Это же «гаусс»! Стоит немеряно!
— Зря радуешься. Она наверняка привязана к хозяину. Скоро исчезнет прямо у тебя из рук.
— В том-то и дело, что нет! — хохотнул Фрай. Видимо бег не доставлял ему никакого неудобства. Даже не запыхался в отличие от искателя. — Ее нельзя привязать, так в описании сказано! Прикинь, Эл! Да он лопнет от злости, когда воскреснет! Аха-ха-ха!
— Лучше бы шлем забрал. Смогли бы дрона увести.
— Не выйдет. Так синхронизатор стоит, кроме хозяина никто не сможет управлять «птичкой». Я его просто разбил. Хотя толку от этого мало. Птичкой можно и с другого шлема управлять, главное чтобы хозяин был тот же.
Помимо оружия, Фрай успел прихватить и рацию. Благодаря ей они узнали, что выстрел не остался незамеченным. Почти сразу кто-то стал запрашивать первый блокпост. Солдат попробовал ответить, что все тихо, но на другом конце быстро поняли, что голос чужой. После этого рация смолкла, но парни догадались покрутить рычажок каналов, так же как когда-то проделал Элогир с Граем, после побега. На одном из них послышался разъяренный голос:
— Как это произошло?! — надрывался неизвестный. — Поднимайте тревогу! Людей к блокпосту! Найдите мне их!
Фрай сверкнул глазами.
— Знаешь кто это, Эл?
— Понятия не имею.
— Это его святейшество Рогоз! Здесь он самый главный вплоть до Северного оплота! Надо делать ноги как можно быстрее. Этот человек очень опасен! У него есть бригада личной охраны, которую он называет гвардией. Поверь, нам будет лучше не встречаться с ними. Это не те олухи, что стояли на посту.
 
Куда уж быстрее, подумалось Элогиру. И без того легкие готов выплюнуть. Но спорить нельзя, быстрее, значит быстрее.
Фрай уводил их все дальше в лес тайными тропами, известными лишь «Детям Тиадоры». Местами они бежали вдоль ручьев, огибали мелкие пруды, карабкались по холмам и пробирались сквозь густые заросли. Почти без передышек и остановок. Для Элогира это стало не просто испытанием на прочность, а самым настоящим преодолением себя. Порой ему хотелось упасть и лежать. Пусть люди Рогоза найдут его, пусть сделают с ним все, что пожелают, лишь бы немного отдохнуть. Тогда он гнал от себя предательские мысли. Ноги путались в корнях, скользили на камнях, спотыкались и больно проваливались в ямы. Все, что он замечал, это лишь вспотевшую спину напарника, который все время держался впереди.
Вечером, когда парни перебрались через глубокий овраг, Фрай обернулся.
— Теперь можно сделать привал, — сказал он, скидывая рюкзак.
Он забрал его у искателя еще днем, чтобы хоть немного облегчить новичку дорогу.
Эл молча бухнулся на землю. Руки дрожали. Ноги гудели, и казалось, что они распухли в ставших ненавистными ботинках. Развязав шнурки, он стащил с себя обувь и простонал от боли. Кровавые мозоли разбухли как гнойные нарывы.
— Полей водой. Станет легче, — посоветовал напарник. — Я схожу за свежей. Тут недалеко есть источник.
Элогир открутил крышку с фляги и обильно полил ступни. Прохладная вода подействовала как обезболивающее.
За день небо заволокло тучами. В воздухе повис запах скорого дождя. С дерева спрыгнул амико и осторожно приблизился к хозяину. Он ловко обнюхал рюкзак. Жалобно посмотрел на искателя, мол, будем есть сегодня или как?
— Вот и ты пожаловал, — улыбнулся Эл. — Иди сюда.
Зверек послушно подошел и ткнулся в протянутую ладонь. Круглые глаза-бусинки не моргая таращились на человека.
— Что? Проголодался? — Элогир погладил питомца по спине и бокам.
С того момента, как они устроили заплыв по озеру, искатель больше не видел амико, хотя и чувствовал, что он все время держался рядом. Выносливый малый.
Из сумрака вынырнул Фрай. Бросил наполненную фляжку и уселся рядом.
— Теперь, кажись, оторвались, — улыбнулся он. — Я следы заметать умею.
— Уверен, что не догонят?
— Куда им против меня, — блеснули его зубы. — А ты молодец. Я думал, что на себе тебя тащить придется. Я однажды уже встречал искателя. Она тогда рассказала мне, что «сила» и «выносливость» не самые нужные для вас характеристики.
Элогир удивленно уставился на напарника.
— Ты встречал искателя? — переспросил он.
— Ну, да. Давно, правда. Около года назад, когда еще совсем серый был и торчал на Острове. Там с девицей познакомился, так вот у нее класс как у тебя был. Мы с ней хорошо подружились. Много общались.
— Знаешь, ты первый, кого я встретил и кто знаком с моим классом. Остальные обычно удивлялись тому, кто я. Спрашивали что умею.
— Чего тут удивляться? На Тиадоре кого только не увидишь. Ты вот знал, что существуют феи? Нет? А они есть. Это проститутки. Представляешь, Артемида присвоила им такой класс. И никто из них не жалуется. По крайней мере, те, кого встречал я, не жаловались. Наоборот, довольные были, что делают общественно полезное дело. Стресс колонистам снимают. Вот так бывает.
Что же, этим Элогира не удивить. Он даже мародёра недавно видел.
— Я гляжу, и этот бесенок от нас не отстал, — кивнул Фрай на амико. — И чего он так к тебе привязался. Неужели полюбил галеты? Кстати, можем развести небольшой костер и поесть. Желудок урчит как хищный зверь. Что у нас осталось?
 
Эл полез в рюкзак и вытащил последние три пачки пищевых брикетов.
— Это все, — сказал он.
— Не густо, — расстроился солдат. — Но что есть, тому и рады.
Вскоре небольшой костерок трещал, пожирая ветки. Элогир разделил еду на двоих. Из своей доли отломил часть амико. Зверек с приятным урчанием набросился на брикет.