Мой любимый граф (СИ)

Было вначале страшновато, когда проходили сквозь толпу под перекрёстным огнем. Мы пропустили момент встречи гостей на лестнице, потому что приехали раньше. Поэтому дождались, когда почти все соберутся в бальном зале, чтобы спуститься вниз, оставив Лиззи под присмотром Греты в детской комнате. Там были девочки примерно её возраста. Я боялась, что её могут обидеть, поэтому мы с ней предварительно поговорили о том, что и как следует делать и как себя вести. Я зашла к ней перед поездкой.
– Послушай, милая! Ты же знаешь, как ты мне дорога? Как сильно тебя любит отец?
– Да, мамочка, – Лиззи упорно называла меня мамой. Меня это смущало, но я старалась относиться к этому, как к должному.
– Главное, чтобы ты об этом помнила всегда. Дверь в свой дом закроем, весь мир остаётся снаружи, а мы в доме. Ты понимаешь, что я хочу донести до тебя?
– Мы семья, – гордо ответила девочка.
– Ты умничка. Запомни, как ты себя воспринимаешь, такой воспримут тебя и окружающие. Ты должна верить тому, что говорят тебе в семье. Ты самая умная, самая красивая и самая смелая девочка, в моих глазах точно. В папиных глазах просто сокровище. Ты в этом обществе занимаешь высокое положение и не должна ни перед кем склонять голову. Твоя хорошенькая умная голова должна быть высоко поднята. Почитай старших, относись с уважением к своим сверстникам, помогай малышам. Никогда не зазнавайся. С прислугой и обычными людьми веди себя корректно. То есть, не унижай их, но и не давай себя обманывать. Есть такое слово, как субординация. Это правила поведения. К тебе должны тоже относиться с почтением. У тебя должно быть своё мнение. Ты не должна идти на поводу чужих амбиций или желаний. Послушай, Лиззи, я понимаю, что ты мала для многих вещей, что я сейчас наговорила, но уверена, что со временем все поймёшь.
– Что-то случилось? – с тревогой посмотрела мне в глаза девочка. Я обняла её, крепко прижимая к себе. Не могла же я ей сказать, что сама тоже боюсь. Каждый раз до ужаса.
– Нет, моя хорошая. Просто я боюсь, что тебя могут обидеть.
– Не надо переживать. Я уже взрослая и могу за себя постоять, – храбро заявила мелкая.
– Ты молодец. Я даже не сомневаюсь в этом. Помни, что мы есть у тебя. Хорошо?
– Я люблю тебя, мама, – эти простые слова починили мне боль. Я всегда мечтала сказать это своей маме. Но, почему-то так и не сказала ей.
– Я тебя тоже, дорогая. Очень люблю, – поцеловала девочку в макушку.
Бал открыли виновники торжества после того, как объявили помолвку. Я уже не так остро реагировала на Пенелопу. Она была увлечена женихом. И слава Богу! Но меня она окатила презрением. Ну и на здоровье!
Одной проблемой меньше. Леди Сомерсет пыталась меня заарканить, чтобы, взяв в плен, допросить с пристрастием. Но меня спас мой герой. Генри утащил меня на танец. Когда не танцевала, сидела по другую руку от леди Алисии, подальше от Шерлока Холмса в юбке. Пришлось также приветствовать Артура с невестой. Эта девушка упорно напоминала мне дохлую рыбу. Или слишком высокомерна, или больна. Не может человек быть таким безэмоциональным. Мне стало искренне жаль Артура. А потом и вовсе всё равно. Сам не ангел. Его привязанность к компаньонке своей невесты была очевидна для внимательных глаз.
Несколько часов утомили меня безмерно. Часть гостей рассосалась по комнатам для отдыха. Музыка не умолкала и била по вискам. Вот чего мне не хватало, так это таблеток. С этим здесь был напряг. Сказав на ушко леди Грант, что поднимусь наверх, постаралась ретироваться так, чтобы меня не заметили.
Второй этаж тускло освещался единичными свечами.
Сюда с трудом доносился шум с первого этажа. Прежде, чем зайти в свою комнату, отправилась посмотреть, чем занимается Лиззи.
Заходить не стала. Девочки во что-то играли, и я не стала к ним лезть. Когда возвращалась, послышались шаги и тихий разговор. Кто-то поднимался на третий этаж.
Я бы не обратила внимания, если бы это не была невеста Артура с мужчиной. И это был точно не граф Карневан.
Даже тогда решила не лезть не в своё дело, но, когда я готова была покинуть лестничную площадку, услышала глухой удар и стон.
 
Мысль, что девушка пострадает, и что я просто не успеваю кого-нибудь позвать, заставила взбежать по лестнице. И мне жутко повезло, что ступеньки были покрыты толстым ковром и не скрипели, а обувь на ногах была мягкой.
Сначала я ничего не увидела. Я боялась подняться в полный рост и выдать себя. Белый цвет одежды очень хорошо виден даже в темноте. Поэтому слилась со стеной и осторожно выглянула из-за угла.
Холодная рыбина стояла на коленях и смачно отсасывала мужчине. Меня словно пыльным мешком по голове стукнули. Во рту стало кисло и голова разболелась сильнее.
– Хватит твоих слюней. Хочу трахнуть тебя, девочка, – тихо произнес сухой грубоватый голос.
– Я должна выйти замуж, – откашлялась девушка.
– Мне и не нужна твоя девственная печать. Мне достаточно, что я сорвал вторую, запретную, – хмыкнул мужчина. Он схватил девушку за руку и открыл ближайшую дверь.
Через несколько секунд раздался негромкий вскрик и глухое рычание.
Не знаю, что не давало мне уйти. Неприятно было слышать звуки пошлых шлепков и тонкий скулёж девушки. Меня мало волновало то, что она обманывает мужчину. Артур был не дурак. И не думаю, что он не следил за своей будущей женой. Только чего он выжидал? И почему сейчас её не ищет?
Я быстро прошла в глубь коридора и спряталась за статуей. Стоило выждать. Вряд ли их свидание продлится долго. Шестое чувство подсказывало – неспроста всё это.
Дверь открылась внезапно. Я только сейчас сообразила, что возня прекратилась минуту назад.
– Как я спущусь в таком виде? – капризно произнесла девушка, расправляя платье, хватаясь за волосы.
– Обычный вид. Затраханный, – глумливо хмыкнул партнёр. – Пойди в свою комнату. Скажешь, что голова разболелась. Позже спустишься. Скажи спасибо, что я не в тебя спустил. Если я упущу девицу, ты пожалеешь.
– Как её выведу отсюда? Мы с ней не дружны, она не пойдёт со мной.
– Они привезли дочь. Если скажешь, что девочка вышла в сад, она пойдёт с тобой. Если не выгорит, напросись к ним в гости. Послушай, милая. Я не играю с тобой. Она единственная, кто ещё остался из возможных наследников. Ты не в счёт. Если будешь делать так, как говорю, станешь королевой. Поняла?
– Да. Я сделаю всё, что в моих силах.
– Постарайся. Это тоже принадлежит мне, запомни. Этот хлыщ никогда не получит то, что я считаю своим.
Мужчина грубо схватил девушку за промежность. Резко отпустил и растворился. Леди Кент постояла немного изваянием себе самой, словно прислушиваясь, и спустилась вниз.
Пошла и я следом. Девица зашла в одну из комнат. Ещё раз убедилась, что Лиззи ничего не угрожает. Мадам Фаррелл была в комнате. Значит, леди Кент попробует блефовать. Посмотрим.
Глава 34. "Благородные" похитители
Маша
Мне пришлось зайти в комнату, выделенную нам. Отлично. Хоть умоюсь. Лицо горело. Я не стыдилась, что подсматривала и подслушивала. Что мне оставалось? Как бы я Генри ни любила, даже став графиней, не являюсь частью этого общества. И вряд ли, стану. У меня здесь больше врагов, чем друзей, что естественно. А любопытствующих соглядатаев ещё больше.
Трогать сами не будут. Но это и не нужно, если только умело заведут разговор о нравственных устоях и бедных предках, которым спокойно в гробу не спится из-за безответственных потомков, что не чтят свой род и наследие. Затем натравят более недалёких и злобных шавок, что как рыбки-прилипалы являются паразитами, кормящимися остатками со стола хитрых интриганов крупного масштаба.
 
Те и рады стараться, лишь бы кусок пожирнее словить. А заводилы изобразят маску святой невинности: «Как можно? Да разве так поступают? Бедное дитя! Вот что значит не соблюдать традиции. Ничего бы не случилось, квакай вы и дальше в нашем болоте. Мокро, грязно, воняет. Но, как говорится, своё дерьмо не пахнет»