Замуж за ревизора (СИ)

Ближе к полудню в губернаторский дом пришла Карла.
Она не часто навещала Мэри, но все же между ними были если не дружеские, то весьма неплохие отношения.
— Господин Хендрикс отправил меня забрать у вас бутылки вина, что он присылал, — сообщила она.
— Неужели Сэдрик снова вне милости? — усмехнулась Мэри.
— Нет, но Хендрикс наконец осознал, что наш губернатор не пьет, и потому решил не дать добру пропасть. — улыбнулась Карла, — Тем более, что все это может пригодиться во время праздника.
— Какого праздника? — удивилась Мэри.
— Зимнего солнцестояния, конечно же.
— Я думала в Бройте никогда не празднуют этот день?!
Карла, приготовившись немного посплетничать, уселась за стол.
— Предложение праздника было выдвинуто сегодня утром, — рассказала она, — сейчас в городе царит такая оживленная атмосфера, что было бы глупо ее не поддержать. Хотя праздник и намечен за три дня до настоящего солнцестояния, чтобы не мешать традициям.
Мэри, разливавшая чай, приостановилась.
— Карла, — вкрадчиво спросила она, — а почему в Бройте все столь боятся зимнего солнцестояния?
— Суеверия, привычки, старинные легенды, — пожала плечами Карла, — много чего.
— Легенды? Да, в эти дни принято рассказывать разные сказки, — вздохнула Мэри, вспоминая свой недавний разговор с Ароном.
Между тем мальчик и сам показался на кухне. Вежливо поздоровавшись с Карлой, он по своему обыкновению набрал еды и снова направился на улицу, где его ждали друзья из местных мальчишек.
Карла проводила мальчика задумчивым и немного грустным взглядом.
— Дети так быстро растут, — вздохнула она, — но, между тем, они самая большая радость в жизни. Тебе стоит подумать об этом.
— О детях? — удивилась Мэри.
— Да, пока твой муж ещё здесь. Я бы на твоём месте позаботилась о том, чтобы обзавестись ребенком.
Над столом повисла тишина.
— Пока мой муж ещё здесь…? — повторила ее слова Мэри.
Карла посмотрела на нее очень серьезно, а затем расхохоталась. Смех ее оказался раскатистым, глубоким, а ещё чем-то очень знакомым.
— О Вальтер, — утирая слезинку, наконец сказала Карла, — бедняжка, что же ты подумала? — затем, уже более серьезным тоном, добавила, — Поверь мне, мужчины не постоянны. Они вечно гонятся за чем-то, а нам остаётся лишь ждать: внимания, ласки, любви. Я знаю все это слишком хорошо, сама ждала слишком долго, пока наконец… Впрочем, это совсем иная история. Однако в этой истории у меня был сын, прекрасный мальчик. И от того ожидание не было столь горьким.
Мэри внимательно посмотрела на свою собеседницу: говоря о сыне та выглядела на десяток лет старше и на сотню лет более усталой.
— Что случилось с твоим сыном? — спросила она.
— Он умер, — смахнула слезу Карла, — упал с дерева и сломал себе спину.
Мэри встала со своего места и приобняла женщину за плечи, но та уже совладала с собой.
— Все это в прошлом, — вздохнула она, — А тебе мой совет: заведи ребёночка, пока твой ревизор не уехал в новый город к новой фиктивной жене.
Слова острым клинком прорезали сердце Мэри. Новый город, новая жена…
Карла тем временем встала с места, и, распрощавшись с Мэри, покинула дом весьма довольная собой.
  
Глава 49
 
Решение устроить праздник за три дня до зимнего солнцестояния, действительно, пришло совсем спонтанно. Оно было предложено Сэдриком на собрании, проходящем в доме Хендрикса, и поддержано самой неожиданной персоной — господином Лантеном. Сэдрик, внимательно наблюдавший за ним все время после землетрясения, вынужден был отметить, что в трезвом состоянии господин Лантен был весьма приятным человеком. Не глупый, предприимчивый, деятельный, он, благодаря своей огромной силе, активно помогал сначала на расчистке завалов после землетрясения, а затем — на стройке новых домов. Сэдрик, порой устающий так, что он засыпал за своим рабочим столом, просто не представлял, откуда в Лантене столько энергии. По правде говоря, этот здоровяк с его задорным глухим смехом даже начинал нравится ему. Что ни на шаг не приближало к разгадке гибели предыдущих губернаторов, а так же к тому, кто пытался убить их с Ароном, вызвав землетрясение в Бройте. Что ж, до дня зимнего солнцестояния оставалось совсем немного. По расчетам Сэдрика убийца мог проявить себя именно в этот день, и от того все, что оставалось делать — это ждать.
 
А пока: общим собранием было решено в пользу праздника. Хендрикс в честь такого события даже предложил выставить горожанам несколько бочек вина из своих запасов, чем не мало удивил Сэдрика. А доктор Вик пригрозился, что если все они говорят серьезно, то он точно соберёт местный оркестр. Они, конечно, не играли лет пять, но мастерство не пропьешь.
Организация праздника, вместе с инновацией Бройте, закрутили Сэдрика в своем круговороте ещё сильнее. К тому же губернатор не оставлял надежд раскрыть тайн башни, и все свободное время, что имелось у него, проводил на четвертом этаже Бройте, там, где был расположен письменный стол с картой города и окрестностей. Исходя из карты, а так же записей, найденных Сэдриком, предыдущий хозяин башни предполагал наличие в окрестностях Бройте ещё нескольких видов полезных ископаемых. Такая информация могла бы пригодиться жителям Бройте. Интересно, почему лорд Вертон в свое время выбрал разработку старой каменоломни, вместо того, чтобы попытать счастье в одном из тех мест, на которые было указано в карте?
Записи, как предполагал Сэдрик, были сделаны младшим лордом. Тем, что затем поссорился с братом и уехал из родного города. Возможно старший лорд просто не хотел использовать разработки младшего, и распечатал старую каменоломню наперекор ему? Отношения между братьями были сложной штукой, Сэдрик понимал это хорошо, как никто.
После их с Сильвером ссоры, разбив руку об стену, Сэдрик отправился в город искать брата. Они снова поговорили, уже много менее эмоционально, после чего расстались. Глубоко внутри Сэдрик понимал опасения брата, но Сильвер не понимал, что то были его жизнь и его выбор. Впрочем, в одном брат был прав: его отношения с Мэри следовало прекратить. Поэтому Сэдрик углублялся в исследование башни, благоустройство Бройте, устроение праздника… Все, чтобы быть дальше от своей прекрасной молодой жены, к которой его так тянуло.
Губернатор Гордон писал, что когда он пытался устроить в Бройте праздник, посвященный дню зимнего солнцестояния, жители восприняли эту идею крайне сухо. Большинство не пришло, а те кто и был, просто постояли на главной площади с самым постным видом и вскоре разошлись. Однако сейчас все было иначе. Подхваченные волной надежды на что-то лучшее, жители Бройте активно участвовали в подготовке к мероприятию. Улицы украшали фонариками и цветными флажками. На окнах домов рисовали традиционные зимние узоры, ставили свечи. Но больше всего преобразилась главная площадь. Местные умельцы разобрали старый помост для выступлений и соорудили вместительную деревянную площадку со сценой, предназначенной для игры музыкантов. По кругу, между опорными столбами, так же натянули гирлянды флажков, фонариков и других традиционных для зимнего солнцестояния украшений. С левого борта устроили небольшой бар, где каждый мог угоститься горячим вином со специями и местной медовухой. А в самой середине установили статую красивого деревянного дракона, символизирующего Вальтера. Мэри, которой эта работа по дереву очень понравилась, спросила кто мастер, и с удивлением обнаружила, что резьба по дереву — увлечение преподобного Амира. Удивительно, учитывая то, какое другое увлечение она заметила за этим человеком в первые дни в Бройте. Впрочем, гордая Кати хвасталась всем своим обручальным кольцом и Мэри предполагала, что если ей в скором времени и придется менять служанку, то Бройте может подождать со сменой священника.
В день назначенного праздника площадь гудела народом: кто-то танцевал, кто-то участвовал в традиционных для дня зимнего солнцестояния конкурсах: таких как припрыгать в мешках или выловить из бочки яблоко. Оркестр, сколоченный доктором, играл если не идеально, то самозабвенно и очень весело. По кругу помоста расставили небольшие лотки, где продавались яблоки в карамели, жареные орехи и пряники. Арон, выпросив у Сэдрика «на карманные расходы любимому сыну», тотчас исчез в разношёрстной толпе. Сэдрик некоторое время прогуливался под руку с Мэри, переговариваясь о пустяках то с одним, то с другим жителем Бройте, но очень скоро господин Хавьен, которого, кстати, доктор Вик выбрал себе в основные помощники в будущую клинику, подошёл к ним и попросил Сэдрика разрешения украсть его супругу на танец. Сэдрик вежливо согласился. Оставшись один, он снова оглядел площадь. Кто-то из этих славных, улыбающихся людей убил двух губернаторов, и, возможно, был причастен и к смерти лорда Вертона. А через три дня Сэдрик на себе сможет проверить — правда ли легенды Бройте.