Лия (ЛП)
Она должна была поправляться.
Прошло очень долгое время.
Пока она не начала жаловаться на таблетки.
«Я больше не хочу их, Рон, — умоляла она папу. — Пожалуйста, я больше не хочу. Они затуманивают меня и делают уставшей. Я не могу нормально думать или сосредоточиться. Я просто хочу быть в состоянии петь с Картером, не забывая слова, потому что не могу мыслить. Пожалуйста. Пожалуйста».
Это слово стало нормой в нашей семье.
Пожалуйста.
Пожалуйста.
Пожалуйста.
Я просто хотел сдаться и сделать ее счастливой. Моя грудь чувствовала себя напряженной каждый раз, когда она умоляла, и я умолял папу просто дать ей то, что она хотела. Я был слабым, потому что мама стала моим миром, и я просто хотел видеть ее счастливой.
Это сломало папу, потому что он отказывал ей. Он ненавидел, что причинял ей боль, потому что она отстранилась от него.
Она рассердилась и начала беспокоиться. Она ударила себя и закричала во сне. Она часами сидела в кресле и смотрела в окно, ее глаза были тусклыми, лицо было пустым.
«Я больше не хочу жить», — сказала она однажды.
Она была разбита, и ничто из того, что мы когда-либо делали, не исправило ее.
Глава 13
Лия
Я крепко спала. Его руки были как подушки, а я была словно на небесах, настолько комфортно я себя чувствовала.
Когда... Что-то услышала.
Я сначала подумала, что мне это снится.
Я имею в виду, по какой еще причине слышу голоса? Но по мере того, как просыпалась, отчетливо осознавала, что голоса не были плодом моего воображения.
Я действительно их слышала.
Дезориентированная, я открыла глаза. Я была в руках Картера, и он все еще спал, его грудь двигалась равномерно под моей головой. Мне потребовалось некоторое время, чтобы оставлять глаза открытыми больше пяти секунд. Медленно поднявшись, я потерла лицо и осмотрела комнату, пытаясь понять происходящее.
Откуда я могла слышать голоса?
Телевизор выключен, в комнате не было радио и мой телефон тоже выключен.
Я не могла расслышать слова, но это был звук волнения, когда я повернулась к окнам. Мое сердце сразу замерло, когда я увидела движущиеся тени с другой стороны. В просветах между жалюзи я видела головы, даже несколько, и удивленно ахнула.
— Картер! — панически закричала я.
Он пошевелился, его рука двинулась к моей.
— Привет, детка.
— Картер, проснись! За дверью какие-то люди!
Его глаза распахнулись, и он быстро сел.
— Какие?
Я указала на окно, и он повернулся. Когда он увидел тени и услышал голоса, то все его тело напряглось. Резкий наплыв гнева изменил его черты лица, это выглядело пугающим.
— Спрячься, — выдохнул он.
Я выскользнула из постели, обернув вокруг себя простыню, и поспешила в ванную, хватая по дороге одежду. Я почувствовала запах. Как долго они там были? Когда я зашла внутрь, то бросила рубашку и шорты. Одежда плохо пахла, и все еще была влажной. Чувствовала себя отвратительно, а выглядела еще хуже, чем ожидала. Мои волосы торчали во все стороны, под глазами залегли темные круги, и лицо было бледным. Я споласкивала лицо водой, когда дверь ванной открылась, и зашел Картер, закрывая ее за собой.
— Черт, не могу поверить в это дерьмо, — прорычал он, втискиваясь в джинсы. Я поняла, что он пошел голым в ванную, и я боялась подумать, сколько его глаза успели увидеть.
— Ты посмотрел? — спросила его.
— Да, — ответил он, скрестив руки на груди, и прислонился спиной к раковине. — Люди повсюду. В основном папарацци и фанаты. Пара дюжин.
— Парочка дюжин? Иисус Христос, Картер! — Я провела руками по волосам не в силах обработать все это. — Что будет дальше? Они ведь не сломают дверь или что-нибудь еще?
— Нет, но нам нужна машина, которая нас заберет. Мы больше не можем быть здесь, иначе толпа станет больше, и тогда кто знает, что произойдет?
— Мой телефон умер.
— Ничего. У меня есть. — Он заметил выражение на моем лице и положил руку мне на плечо, успокаивая меня. — Эй, детка, все в порядке. Обещаю. Скоро все закончится.
Я не была в этом уверена.
Во всяком случае, это только начало.
Он вытащил телефон из кармана и набрал номер. Я знала, что он звонит Риму. Он прислонил телефон к уху и сказал:
— Эй, это я.
Я села на крышку туалета, обмотав руки вокруг живота, пока Картер объяснял ситуацию. Я плохо себя чувствовала. Боже мой, мысль о камерах, снимающих меня, приводила в ужас.
Это был мир Картера, и теперь он столкнулся с моим. Я надеялась, что они не будут меня преследовать. Мне не нужна была жизнь, разорванная на куски кучей гребаных пожирателей, желающих заработать деньги за их преследование.
Моя жизнь должна оставаться частной. Я должна была незаметно прожить свою жалкую жизнь.
Что я наделала?
Я зашла слишком далеко.
Боже, надо быть осторожней, находясь здесь с Картером.
О чем, черт возьми, я думала? Я должна была сказать ему оставить меня еще в магазине. Тогда ничего не случилось бы. Я повела себя, как дура, полагаясь на эмоции.
— Не начинай, — пробормотал он в телефон. — Не самое подходящее время, чтобы рассказать мне, что я должен был сделать, Рим. Просто вытащи нас отсюда. — Он содрогнулся от указаний до Рима и убрал телефон. — Хорошо, он уже в пути.
— Он злится? — ошеломленно спросила я.
— Кому до этого есть дело? — Он опустился на колени передо мной, и я посмотрела на его встревоженное лицо, увидев его тело и все следы, которые я оставила на нем прошлой ночью. На нем были небольшие царапины, которые я оставила ногтями, пока седлала его. Удивительно, Лия. Разве они так хорошо смотрятся?
— Эй, — тихо сказал он, хватая меня за руку. — Все будет хорошо. Мы справимся. Не беспокойся. Мы пройдем мимо них, сядем в машину, и все закончится.
— Закончится? — возмутилась я с недоверием. — Нет, Картер! Как долго мы будем в каком-то глупом блошином блоге?
— Это не имеет значения.
— Это важно для меня! — подчеркнула я, чувствуя панику. — У меня здесь жизнь! Я не могу все перевернуть с ног на голову из-за тебя. Как я собираюсь работать в Уни, если все в городе узнают меня как твою интрижку?
Его глаза сразу же потемнели.
— Что ты только что сказала?
Я не ответила.
Он подошел ближе ко мне, его гнев вырывался из него, когда он ухмыльнулся:
— Ты называла себя интрижкой, Лия?
— Это то, как меня назовут, Картер.
— Мне наплевать, как назовут другие! Это то, что они делают, помнишь? Они лгут. Они лгут обо всем! Если они хотят назвать тебя интрижкой, пусть так. Мы знаем правду, и чем дольше ты будешь рядом со мной, тем быстрее они поймут, что между нами.
Я моргнула на него недоверчиво. Что он только что сказал? Я отдернула руку от него.
— Чем дольше я буду где, Картер? Я не собираюсь быть рядом, потому что я здесь, а ты там...
— У нас что-то есть, — резко отрезал он. — Между нами есть что-то, что может развиться дальше.
— Ты не знаешь, что говоришь.
— Конечно, знаю. Я дал тебе слово, Лия.
— И ты думаешь, что твое слово означает что-то для меня после того, через что мы прошли? — Я кипела, полностью потеряв самообладание. — Ты разбил мне сердце, Картер. Ты заставил меня верить тебе, когда мы были вместе, верить в то, что между нами было что-то, а потом ты уничтожил меня! Ты не можешь сидеть здесь и говорить мне, что мы сможем со всем справиться, когда у меня список причин сомневаться в тебе.
— Посмотри на меня, — тихо сказал он. Взяв мое лицо обеими руками, он развернул меня к себе. — Лия, я хочу тебя. Только тебя. Только ты. Не загоняйся прямо сейчас. Не думай о себе как об интрижке. Ты не такая. Ты единственная реальность в моей жизни, и я не могу поверить, что ты уходишь. Я больше не тот парень. Ты слышишь? Я больше не тот парень, Лия.