Саймон говорит (СИ)
— Я как бусы эти увидела, так меня словно молнией ударило. Сама бы Василиса их вряд ли вернула. Когда её нашли — при ней ничего не было. Я тогда об этом не думала, себя винила, что дочь в лес пошла, а не дома сидела. А тут прям мысль в голове бьётся — откуда он их взял? А потом Маришку Бориславову вспомнила, и Любочку… Достала, что первое в корзинке попалось, и ткнула ему в грудь. А потом еще и еще… Как домой дошла — не помню уже. Пришла в себя от того, что меня Трофушка за плечи трясёт и всё повторяет: «Что случилось? Что случилось?». А рядом сын с невесткой стоят, смотрят. А у меня руки все в крови, в одной ножницы сжимаю, а другой — бусы эти проклятые. Я им всё и рассказала. А он меня на сына оставил, а сам убежал куда-то. А утром я уже узнала, что он мерзавца этого варежками своими покромсал.
На этот раз молчание затянулось надолго. И в этот раз нарушил его Ярослав Александрович.
— Скажи мне, брат, только одну вещь — почему сразу ко мне не пришёл? Мы же с тобой не чужие люди! Зачем всё это нагородил? Зачем киба под убийство подставил? Мы же с тобой из одной тарелки ели! Я же Василису на коленке качал!
— Прости, Ярик, — опустив глаза, ответил Митрофан. — Я как Тасю услышал, так меня всего переклинило. Самому хотелось сучонка прибить. Пока бежал, надеялся, что он жив еще… А потом оно уже само как-то получилось…
Староста помолчал, хмуро глядя на брата.
— Ладно, собирайтесь. Придется вам в Погребе посидеть немного, пока народ своё слово не скажет. Бежать не будете, надеюсь?
— А куда нам бежать-то? Чай не в плену, — криво усмехнулся Митрофан. — Вы только подождите минут десять — сыну наказ оставлю.
Мужик встал и медленно направился к дверям.
— У меня вопрос маленький, — бросил ему в спину мут. — Скажите, вы почему розу не забрали?
— Почему? — задумался Митрофан, задержавшись у выхода. — Забыл. Она ведь рядом с Васькой лежала. Я тогда еще подумал — нельзя на чудо божье кровью брызгать. Поднял и положил на поленницу. И забыл.
***
Впервые на памяти жителей Перловки, «ТРАКТИРЪ» был закрыт. В городских заведениях в таких случаях обычно вешали вывеску: «Закрыто на спецобслуживание». В деревне же все знали — деревенское руководство решило в кои-то веки злоупотребить служебным положением и нажраться в гордом одиночестве. Правда, сам Ярослав Александрович этого делать не собирался. Просто после того, как невиновные были отпущены с извинениями, а на их место, под недоумевающие взгляды охранников, были посажены Митрофан и Анастасия, он в сопровождении сыщиков, зашёл в корчму. Стоило Мирославе увидеть его лицо и выслушать краткий отчёт о событиях от Огра, как она живо повыгоняла всех посетителей, а также дочерей, Катерину и Павла. Затем быстро накрыла на стол, выставив по случаю бутылку чего-то жутко раритетного, и тихонько присела рядом. Вскоре к ним присоединился Святополк.
Сейчас все дружно сидели за столом, каждый думая о чём-то своем. Бутылочка раритетного (как оказалось — настойка всё той же Алевтины десятилетней выдержки) практически закончилась. Саймон разлил остатки по стопкам и, покрутив головой, поставил опустевшую посуду на соседний столик.
— А я вот чего думаю, — вдруг заявил Петрович. — Это ж получается, что мы убийство всего за два дня раскрыли? Да еще без всяких там отпечатков пальцев, анализов хитроумных и прочей хренотени?
— Какое убийство, такое и расследование, — хмыкнул мут.
— В каком смысле?
— В смысле, что нужно головой думать, а не задницей, — ответил за Саймона староста. — Нужно было не пороть горячку и не бежать вешать ближайших чужаков, а просто сесть и подумать. Но тут, конечно, Митрофан всё предусмотрел — кто будет разбираться, когда есть такие удобные подозреваемые с когтями?
— Почему же ближайших? — чуть усмехнулась Мирослава. — Ближайший вон на втором этаже сидел, бумагу переводил почём зря.
— Ну спасибо! — мут отсалютовал женщине наполненной стопкой.
— Обращайся! — хозяйка отсалютовала в ответ и под этот необычный тост настойка была окончательно приговорена.
— А я всё равно считаю, что это святой Никодим нам помог, — вдруг подал голос Святополк. — Это ведь знак был, когда Митрофан розу на поленнице забыл. Если бы он её сразу забрал, еще неизвестно, как быстро бы вы нашли настоящего убийцу.
— Нашли бы! — отрезал мут. — Просто времени заняло бы побольше. К тому же я не все козыри еще из рукава достал. Ты лучше скажи, что же это святой Никодим вам десять лет назад знаков не подал, что вы маньяка у себя в деревне проглядели?
— А может и подал! — твердо ответил пухленький повар. — Просто их никто тогда не разглядел.
«Хреново подал» — чуть было не брякнул Саймон, но сдержался.
— Знаки знаками, но что теперь-то делать? — вмешался староста. — Ненаш, выходит, форменный душегуб. Наверняка ведь еще кого-то сгубил.
— Не факт. В конце концов, конкретных улик против него нет. Может Василиса всё-таки отдала ему бусы, и её действительно растерзали волки. Другая девушка и вправду утонула, а третья — сбежала. Но если он действительно маньяк, то надо в Энергетик сообщить. У них наверняка найдутся нераскрытые убийства молодых женщин определенного типажа. После этого может проясниться, кого же Ненаш возле сарая поджидал.
Ярослав Александрович посмотрел на Огра с каким-то странным выражением лица. Словно хотел что-то сказать, но не решался. Вместо него заговорила Мирослава.
— А ты не догадываешься? — с грустью поинтересовалась она. — Катюшу он поджидал, которую ты из леса приволок. Она же один в один — Смеяна в молодости. Особенно, когда платок снимет и волосы в косы соберет. Такая же маленькая и чернявенькая.
--
1ПУР — Перловский Уголовный Розыск.
Саймон говорит: дом под холмом
Что самое главное в общении с псиоником? Правильно, терпение, терпение и еще раз терпение. Потому что даже «пиро-», «теле-» и прочие «кинетики» обычно относятся к существам без пси-способностей в лучшем случае… снисходительно. Хотя при этом с ними еще можно вести нормальный диалог. Нужно только учитывать тот факт, что собеседник может подпалить на тебе одежду, заморозить содержимое черепной коробки или просто швырнуть в стенку по простому щелчку пальцев.
Гораздо хуже вести разговор с телепатом или ясновидцем. Возможность читать чужие мысли или видеть будущее всегда накладывает отпечаток на психику. Иногда — более чем существенный. Поэтому прежде, чем вступать в диалог с читающим мысли или предвидящим события существом, лучше всего сначала познать вселенную или открыть в себе дзен. Можно провести лет пять в одном из монастырей друидов или ските Белгарда — тоже неплохой вариант, который позволит вам если не понимать собеседника-псионика, то, как минимум, успешно подавлять в себе агрессию и желанию прибить его наиболее болезненным способом…
— То есть, вы прекрасно знали, что вас попытаются повесить, но всё равно пришли в деревню? — поинтересовался Саймон, внимательно глядя на Захара Львовича.
— Ну, что именно повесить — даже не представлял. — Седая морда шамана определённо прятала в себе улыбку.
— Хорошо, перефразируем вопрос. Почему вы пришли в деревню, зная, что вас попытаются убить, а не повернули в обратную сторону? — терпеливо спросил мут, стараясь задавить нарастающую волну раздражения.
— Больше на допрос похоже, — хмыкнул Захар Львович, покусывая мундштук трубки. — Но ты прав и не прав одновременно. Я знал, что случиться что-то плохое и знал, что нас попытаются убить. Но я так же знал, что нам непременно нужно попасть в деревню, поэтому предпринял некоторые меры предосторожности.
— Что-то я не заметил никаких мер.
— Потому что мыслишь, как солдат. Для тебя безопасность это, в первую очередь, оружие под рукой. Еще вдосталь боеприпасов, надёжное укрытие и наличие безопасного пути для отхода.
— Возможно. А для вас?
— Для шамана это умение выстроить события таким образом, чтобы не пришлось хвататься за оружие без крайней на то необходимости.