Большой Песец. Дорогой Леонид Ильич
– Не, не подобреет, – Иоганн продолжал жалиться, разливая по чашкам ароматный кофе, – ему самому сверху не слабо прилетело.
– Так и что это за проблема такая?
– Да всё из-за этого свинячьего объединения! Раньше это был вопрос по линии СД. А теперь нам передали. Вроде бы как мы теперь одно и тоже. Только вот у нас никогда такого не было.
– Ни черта не понял. Ребусами изъясняешься.
– Да какие там ребусы. На Узедоме какой-то полигон. Это проект какой-то секретный, СС курирует. А безопасность соответственно там СДшники блюли. А, теперь, после объединения снабжение этого отдела СД на нас свалили. И вот первая заявка от них пришла. А там такое! У нас никогда такой номенклатуры не было. И никто не знает кто и где в Рейхе делает то, что они запрашивают. А сроки горят! Начальство лютует.
– Тоже мне проблема! У нас же здесь парней из СД немеряно. Пробовал с ними поговорить?
– Ага, поговоришь с ними… Там на бумагах такие грифы – SG 60!
– Да, у нас тут почти всё – совершено секретно.
– Не. Тут другое. Никогда раньше так не носились, как с этим Узедомом.
– Ладно. Пошли к Шлоссеру. Попробую помочь разрулить.
Пауль закинулся последними каплями ароматного напитка и полез в холодильник доставать копчёную рыбу. С рыбой на перевес майор Босс зашёл в кабинет к начальнику отдела. Доложился о возвращении из командировки. Вручил аппетитный гостинец и перешёл к проблеме стоящего у него за спиной оберлейтенанта.
– Что за проблема? Вся номенклатура есть в справочниках, – буркнул гауптманн.
– Так там этих справочников – десять томов. Я только три успел пролистать. А кое-где поставщики указаны без адреса, а только с кодовым номером. В общем у меня только по пятой части их заявки за четыре дня получилось найти поставщиков. Либо надо ещё кого-то сажать на этот вопрос, либо смириться с тем, что мне ещё недели три придётся с этим разбираться, – выпалил Иоганн.
– Вы совсем не в себе, оберлейтенант? Срок исполнения – до конца этой недели. По этому проекту Фюреру каждую неделю докладывают!
– Но эта секретность, герр гауптманн… Я же совсем не в курсе. Если бы мне дали кого-нибудь сотрудника кто этим раньше занимался…
– Нет уже этого сотрудника! Сгорел вместе с Герингом в Темпельхофе 61.
– Извините, герр гауптманн, – вклинился в разговор Пауль, – Можно с другой стороны к этому вопросу подойти.
– ?
– Через бухгалтерию или экономический отдел. Они ж это всё раньше как-то оплачивали…
Шлоссер на несколько секунд задумался.
– Вот что, герр майор, я сейчас согласую у руководства Вам допуск к этой теме, и можете идти к СДшникам в их финчасть разбираться. Будете с Иоганном вместе по этому полигону работать. И все заявки до конца недели должны быть исполнены.
– Есть, герр гауптманн.
Ещё до обеда Пауль получил допуск к работе с документами по ракетному полигону в Пёнемюнде. А в обед майор уже потчевал начальника финчасти и его зама слабосолёной форелью запиваемой полудюжиной бутылок биттера 62 который по просьбе Пауля оперативно достал хозяйственный начальник АХО.
– Да, не проблема, Пауль. У меня по этому полигону отдельная папка имеется. Ща допьём и выдам. Только, ииик, из здания не выносить! Сам понимаешь, секретность!
– Мне бы с ней пару деньков поработать-разобраться. А если ещё и сотрудника дашь, что в этой теме волочёт…
– То, с тебя ещё парочка таких рыбок, Пауль, и ящик вот этого эля.
– Совсем не проблема, Франц. Для хорошего человека ничего не жалко. А если этот человек ещё и зарплату выдаёт, то хоть целый рефрижератор этой рыбы приволоку. Мы тут на днях одного капитана прищучили, таскал беспошлинно рыбку через границу. А теперь будет пошлину натурой отдавать прямо в Абвер.
А через два дня советская разведка получила первые сведения по ракетному полигону Третьего Рейха в Пёнемюнде.
10—12 февраля 1943 год. г. Череповец.
Наконец-то добрался до своей бригады. Только она уже и не бригада. Дивизия. Механизированная. Нестандартного состава. Из трёх танковых и трёх мотострелковых батальонов бригады делаем два танковых полка и два мотострелковых. Ну и остальные подразделения по дивизионному штату. Почти со всей бронёй трофейно-немецкой придётся расстаться. Ресурсы вышли. У мотострелков кое-что из трофейных «ганомагов» останется, а остальное добавляют отечественной и ленд-лизовской техникой. У танкистов только один батальон на немецких танках остаётся. Остальные комплектуются Т-34-76 и КВ-1с.
Только начал вникать в дела, принимать доклады от подчинённых чего они в моё отсутствие успели наворотить, как новая вводная. С узла связи принесли-обрадовали. Те две мотострелковых бригады, что я просил у Василевского придать на время рейда, мне не придают, а подчиняют. Извольте формировать корпус, товарищ генерал-майор. Одна бригада завтра начинает выгружаться в Шексне, вторая через пару дней к нам в Череповец приедет.
Неожиданно. Ну, что ж начинаю передавать дивизию Хайретдинову и параллельно ломаю голову кого забрать с собой в штаб корпуса. Югова и Корнеева – однозначно забираю, за разведку-контрразведку можно будет быть спокойным. Потянут парни. Лисовскую тоже заберу, мне без неё теперь никак – соскучился, за медслужбу корпуса будет отвечать. И пофиг, что шептаться будут. Я теперь – вдовец. И никакого морального разложения мне уже не пришить. А будут надоедать – женюсь. Оппа! Чёй-то тебя, генерал, заносит. Жениться вздумал. А, чего? Не уж-то Татьяна против будет? Стоп-стоп. Про свадьбу-женитьбу попозжее. Сейчас про другое голова должна болеть. Да, но в гостинице тот номер, из которого меня прокурор выцарапал, нужно забронировать. А, то обещал женщине ночь и не доспал с ней до утра. Надо повторить-доспать, ну то есть переспать. Да, что ж это такое? Соберись Лёня! Так об чём это я? Вакансии в штабе корпуса. Остальные вакансии в штабе вроде бы должны из резерва Ставки заполнить. Надеюсь, толковые офицеры будут. Хотя вряд ли Василевский других пришлёт, дело-то серьёзное. Обгадиться никак нельзя.
И понеслось. Мотаюсь по частям корпуса-дивизии, звездюли-трендюли выписываю, ускоряющие пинки раздаю. Крутится-вертится процесс формирования нового мехкорпуса РККА.
Одиннадцатого числа в Шексну прибыли первые эшелоны мотострелковой бригады. Поехал встречать-знакомиться. Знакомиться не пришлось. Комбриг – полковник Вячеслав Андрианов, десантникам которого мы передали Тихорецк уходя в рейд к Ростову. И который смог организовать в Тихорецке кровавую баню немецким панцерваффе, попытавшимся отбить у него город. Ага. Из десантников в мотострелки… Отлично! Десантникам вообще во время нынешней войны «везёт» на смену рода деятельности. В начале войны были десантные корпуса, но за малым количеством транспортной авиации и в связи с отступлениями, их расформировали. Переформировывали корпуса в стрелковые дивизии, из остатков десантников опять формировали десантные бригады, бригады укрупняли до дивизий. Десантные дивизии превращались в мотопехоту. Даже я, обучаясь в будущем в Академии путался, когда и что с десантными войсками во время войны делали. Неизменным оставалось только одно – десантники – это надёжный резерв Ставки ГВК. Заткнуть дыру в линии фронта, усилить наступательный порыв линейных частей, стать основой для формирования более крупных ударных соединений, для всего этого в первую очередь и использовались Ставкой десантные подразделения и части.
Вот и полковник Андрианов со своими бойцами, отстоявшими Тихорецк будет формировать в Шексне новую гвардейскую мотострелковую бригаду. Не простую. Два батальона и часть подразделений боевого и тылового обеспечения Вячеслав привёз с собой. Остальное будет наращиваться-нарастать здесь. Бригада будет не трёх батальонная, а пяти. Четыре батальона – мотострелки, а пятый – танковый на лёгких Т-70 с двухместной башней.