Волшебный котел

— Ступай по воду. Опять запамятовала, что мне еда впрок не пойдёт, коли я её ключевой водой не запью.
— Как же я пойду! — говорит служанка.— На дворе-то темень, никак тропку к роднику не сыскать.
— Возьми лунный фонарик, что как месяц светит и семь королевств освещает,— заорал сердито великан.
Сняла служанка со стенки фонарик, засиял он точно месяц, и пошла по воду. А на дворе как днём светло стало.
Опорожнил великан ушат до краёв и говорит жене:
— Оседлаю-ка я моего златогривого коня и поскачу гостей звать. А ты пока что отведи мальчишек к себе в горницу, а не то, неровен час, ещё забудешь про них.
С тем и ушёл.
Услышал Сёльве весь этот разговор, перепугался насмерть и молит меньшого брата:
— Придумай средство, спаси нам жизнь!
А Сванте ему:
— Не печалься! Я и тебя и себя вызволю!
Не прошло и часу, приходит за ними великанша. Прикинулась она доброй да ласковой и чего-чего только братьям не посулила. А потом и говорит:
— Ступайте, милые детки, в мою горницу. Нынче вы там ночуете.
Пошли за ней братья, только старшего с перепугу всё в дрожь кидало, и он больше за спиной у брата держался. Уложила их великанша спать, а сама в звериную шкуру завернулась, легла и храпит вовсю. Ну а мальчикам не до сна. Сванте всё полночи дожидался, всё думал, как бы старшего брата и себя спасти. А Сёльве всё о себе думал, как бы одному отсюда выбраться.
Ещё раньше, когда служанка фонарик зажигала, приметил он в стенке дверцу. Вот и подумал: «Может, выведет меня та дверца отсюда». Подкрался Сёльве потихоньку к дверце, отворил её, вышел и прямо в лестницу упёрся. Привела его та лестница в башню. А в окошко там месяц светит. И хоть месяц не солнце, всё же светло в башне, будто днём. Видит Сёльве — посреди башни золотая клетка стоит, а в клетке девица сидит. И такая она была красавица, что застыл мальчик на месте, как околдованный.
— Кто ты, красавица? спрашивает Сёльве.
— Я — дочь могущественного короля, а теперь у великана в неволе томлюсь.
Смекнул Сёльве: не худо бы на волю с принцессой вместе выбраться да и жениться на ней. Вот он и спрашивает:
— Как тебя отсюда вызволить? Научи!
— Нет отсюда пути,— молвила она,— и клетка эта волшебная, никому её не отворить. Только моему наречённому жениху. А кто он, я и сама не ведаю.
Стал тут Сёльве клетку трясти, запоры сбивать; только всё напрасно. Не отворяется клетка. Прокрался он тогда потихоньку в горницу, снова улёгся и заснул спокойно, знал он: брат про него не забудет. А Сванте и не заметил, что брат выходил: всё про своё думал.
Как настала полночь, поднялся он тихонько с постели, достал огниво и подложил его великанше под голову. Знал Сванте такое поверье: ничего нет страшнее огнива для великанов, троллей и прочих нелюдей. Положишь им огниво в головах, когда спят, нипочём им не проснуться, покуда ясный день не наступит.
Спит великанша непробудным сном. Спит и Сёльве. Растолкал его Сванте, выбрались мальчики из пещеры и побежали прочь.
Поначалу хотел было Сёльве про принцессу в золотой клетке сказать, да знал он нрав меньшого брата и одумался. Своя-то шкура ему дороже была. «Сванте ни за что принцессу у великана не бросит. А как ту волшебную клетку отворить! Попадём ещё с этой красавицей в беду. Нет, уж лучше я промолчу!»
Бегут братья по дороге, озираются: не гонится ли кто за ними. Но никто за ними не гнался. Только чуть светать стало, набрели мальчики на большую крестьянскую усадьбу. Постучались в ворота и попросили пристанища. А старик хозяин и спрашивает:
— Откуда вы и отчего так поздно ночлега ищете?
 
— От великана мы,— отвечают братья.— Хоть и тяжко нам пришлось, однако посчастливилось под конец бежать.
Поведали братья хозяину про все свои злоключения. Обошёлся старик крестьянин с ними ласково, накормил пшеничной кашей, напоил молоком, одел, обул и говорит:
— Повезло вам! Мало кому удаётся живым от великана вырваться. Берегитесь только, как бы он снова вас к себе лестью да посулами не заманил. Только нет у него власти над вами, покуда вы вон тот глубокий ров не перейдёте. А ров этот наши поля разделяет.
— Спасибо за добрый совет,— сказали мальчики.— Мы рва не переступим.
Только солнце встало, а великан уж верхом мчится. Подскакал он ко рву и осадил своего златогривого коня. А скакун у него — загляденье, да и только. Весь золотом сверкает. Завидел великан мальчиков и орёт:
— Вы чего от меня удрали?
А потом прикинулся ласковым и давай братьев сладкими речами улещивать.
— Вернитесь ко мне, милые детки! Подарю я одному из вас златогривого коня, а другому, как вырастет, отдам в жёны красавицу королевскую дочку. Она у меня в неволе томится.
Только Сёльве и Сванте слушать не стали и поскорее убежали от него.
Распрощались сироты с добрым крестьянином и опять стали в своём приходе побираться. Бродили они по округе, бродили, покуда не пришли на большой королевский двор. Захотелось им к королю на службу пойти. А королю сразу же приглянулся проворством и сметливостью младший брат. Вот и взял он Сванте в оруженосцы. А Сёльве пришлось бы снова в приходе побираться, да пообещал ему меньшой брат помочь.
Немало времени прошло, а король и придворные на нового оруженосца не нарадуются, всем он полюбился. Прослышал Сёльве, в какой милости младший брат, и стал от зависти сохнуть, хоть Сванте всем, что у него было, с ним делился.
— Не будь я Сёльве, коли и меня ко двору не возьмут! — поклялся он.
Подбил Сёльве брата, и стал тот за него короля просить. Но не взяли Сёльве в замок, а взяли его на конюшню за лошадьми ходить. Про Сванте никто худого слова при дворе не скажет, а конюшего все невзлюбили за лживость, гневливость и лукавый нрав. Затаил тогда Сёльве в сердце злобу и всё думал, как бы ему родного брата извести и к себе милость короля склонить.
Приходит однажды король на своих лошадей взглянуть. А их на конюшне целых три сотни! Оглядел он их всех — и чалых, и сивых, и пегих,— подошёл к своему коню, потрепал его по холке и говорит своей свите:
— Хоть весь мир обойди, а такого коня не сыщешь!
Придворные, понятное дело, поддакивают. Но тут повёл речь конюший:
— Ваше величество! Слов нет, хорош конь, да есть на свете куда лучше скакун!
Спрашивает его тогда король:
— Где найти того коня и кто мне его раздобудет?
А конюший в ответ:
— Мой брат знает, как коня раздобыть.
Стал Сёльве златогривого коня расписывать. Захотелось королю завладеть тем конём. И приказывает он Сванте:
— Езжай и приведи златогривого коня на конюшню!
Облачился Сванте в ратные доспехи, оседлал коня и пустился в путь. А конюший радуется: не уйти брату живым от великана.
Прискакал Сванте в крестьянскую усадьбу, к своему прежнему знакомцу, спешился, поздоровался учтиво и просит:
— Научи, как королевский приказ исполнить!
Признал в нём старик крестьянин мальчонку, что от великана удрал, обошёлся с ним ласково и обещает:
— Помогу тебе!
Сговорились они обо всём, и вот что дальше было.
Вечером, лишь солнце за лесом село, взял Сванте толстую верёвку, привязал к ней палку и прокрался к горной пещере. Закинул он палку сквозь оконце в конюшню, вскарабкался по верёвке вверх, перекинул верёвку в стойло и спустился вниз. Так и попал Сванте в конюшню. Оседлал он златогривого коня, отворил дверь и поскакал прочь.
Заря ещё на востоке не занялась, а Сванте уже в ворота крестьянской усадьбы стучится. И не один — а верхом на коне златогривом. Ну и обрадовался старик хозяин, что всё так удачно сошло. Приглашает он Сванте погостить у него подольше. Но не стал оруженосец мешкать, снарядился тотчас в дорогу и помчался на королевский двор. Прискакал он в замок, сбежались все придворные, дивным конём любуются. Пришёл и сам король и тоже залюбовался: до чего красив конь — весь золотом сверкает.