Франт 3 (СИ)
Итак, полагаю, что реципиентами для Игроков-конкурентов могут выступать только что умершие, причем вполне незаметно, так как без членовредительства и явных повреждений, при этом находящиеся в состоянии конфликта со мной, на разных его этапах и степени интенсивности, так сказать, а значит внезапного удара в спину от лояльного персонажа из близкого окружениия можно не опасаться. Отрадно.
Но это, как я погляжу, особенность именно конкурирующей Системы, так как я попадая в данжи основной целью имею уничтожение его босса, а не тамошнего Игрока, пусть и наличествующего лишь в случае дажей III–I классов. Но всё равно, это стоит учитывать и принять к сведению.
Что ж, подведем итоги. По результатам только что состоявшейся схватки, из трофеев у меня только две горячие двойняшки, с которыми еще предстоит повозиться, и увы никакого имущества с Игрока, ну кроме того, что изначально было на девчатах. Причем, всё это заражено пыльцой: и одежда, и снаряжение, да даже детали моего велика — всё это требует очистки.
Есть, конечно, еще и рассмотренное, всё это время активным Взором, палочковое заклинание Оргасмус(рука-лицо), к которому еще предстоит подобрать нужные эмоции, чтобы штатно повторить и понять его возможности. Ну или воспроизвести само плетение, образующееся на кончике палочки, но уже своими руками. Точнее, «усиками» из них. А еще точнее, подвижными щупами энергоканалов, выходящими за пределы физического тела, с оперированием которыми, я последнее время активно тренируюсь и уже имею некоторые успехи в формировании плетений без лишних телодвижений, а лишь одной энергетикой.
Ну и стоит упомянуть зачисление приятного количества очков опыта, причем с занятными комментариями Системы, которая расценила курьезные смерти моих противников, как убийство с творческим походом, и применила коэффициент 3. Дурдом.
Итак, по 3 кОО за двойняшек, из которых по 1 кОО сняли сразу после их возвращения к жизни, ну и 30 кОО за Игрока. Неплохо.
Теперь бы еще выявить наблюдателей, чтобы прежде чем пустить в народ выгодную мне дезу, хотя бы знать с кем имею дело. Хотя чего тут гадать-то, когда и так ясно же, что уши Дарской королевы тут торчат отовсюду.
Эх, неужто еще и к ней теперь нужно планировать визит?
****
Некоторое время спустя, где-то Северо-Западнее.
— Ну, и чего мы добились, Ковиль? Я потеряла лучших своих девочек! — возбужденно ходила по лесной поляне невысокая, но удивительно спортивная и гибкая, еще не утратившая красоты пожилая женщина со стянутыми в тугой пучок повыше затылка выкрашенными в черное, как и у воспитанниц, волосами.
— Именно, Фолен! Ты видела как он двигался? Феноменально! Я никогда еще не видела такого уровня владения телом и оружием. А это о многом говорит, — воодушевленно отвечала ей особа в такой же как и у собеседницы удобной неприметной одежде без каких бы то ни было признаков принадлежности к каким-либо силам.
— Слишком большую цену пришлось заплатить за это твое «многое», — с горечью выдала первая, остановившись перед собеседницей, присевшей на ствол поваленного дерева передохнуть после столь стремительного марш-броска по пересеченной местности в сторону границы. — Он ведь так и не призвал дракона. Ну целитель — и что? При дворе ее величества сейчас два отираются. Толку нам еще от одного? Да и не выйдет его теперь сманить. Он же не дурак и легко поймет: подданными какого государства были посланные за ним убийцы. Я уж не говорю о типичном отношении к врагу, что по-любому сложится у него в ходе этой войны. Я решительно не понимаю смысла наших действий.
— Именно поэтому в нашей операции главная — Я, ма шери, — поерзав на неровном стволе, чтобы занять положение поудобнее, а затем добавив покровительственных ноток в интонацию, с превосходством и легким снисхождением, как неразумному детю пояснила обладательница ярко голубых волос, убранных сейчас под особым образом повязанную невнятного цвета косынку, прежде чем достав флягу, отпить из нее.
— Ну так и поясни: почему мы не ударили массированно, когда могли, и это гарантировано дало бы результат? Он ведь был уязвим в ряде моментов схватки и уже тогда было очевидно, что он пересилит моих девочек. А одновременный удар нас — двух командоров, и девочек — сильных рыцарей, имел бы предсказуемый итог. Так почему он всё еще жив? — с нарастающим раздражением и приблизив лицо к восседающей перед ней собеседнице, выдала гибкая особа, а выхватив из рук той протянутую флягу и порывисто сделав пару больших глотков, вернула ее и продолжила давить, как взглядом, так и интонацией на даже бровью не поведшую на подобное голубоволоску. — А если нашей целью всё же была не ликвидация столь сильного фехтовальщика-целителя, что теперь мне всё более становится очевидно, то зачем тогда всё это было, Ковиль Тугогротская? Что еще он нам может показать? Дракона? Ты готова еще кого-то отдать ему на заклание ради того, чтобы он явил этого своего дракона? Неужели это знание стоит так много? И разве нельзя было спровоцировать его как-то иначе?
— Тебе не понять, — вкрадчивым голосом, не дрогнув под напором собеседницы и будто бы пропустив мимо ушей едва ли не обличительные речи той, расплывшись в хищной улыбке и с интонациями удава продолжила пояснять ситуацию аристократка-оперативница, убравшая флягу обратно на пояс и все с той же царственностью восседающая на бревне. — Ты мыслишь слишком прямо. Тут политика, Фолен. А тебя я ценю, мон ами, как раз за твою категорическую ее неприязнь и верность делу, невзирая ни на что. Именно поэтому я настояла на твоем участии в операции, смысл которой весьма и весьма секретен.
— Ты заставляешь меня думать, Ковиль, что сейчас мы преследуем интересы вовсе не Дарского королевства, а ты знаешь, что превыше Родины для меня нет и я любого… Ч-что… Чем ты меня опоила? Я… Тебя… Г-гадина… — изменившись в лице начала было высказывать свои умозаключения гибкая особа, но ощутив слабость в теле и приступ дурноты, упала на подкосившиеся колени и не в силах теперь даже и руки поднять, прежде чем окончательно повалиться без чувств успела прохрипеть угрозы.
— Поспи, ма бьен-ами. Поспи. А у меня еще много дел, — вздохнув, напутствовала отходящую в лучший из миров старую подругу, очевидно ещё и агент неких иных сил, прежде чем встав со своего далеко не трона, но всё с той же удивительной осанкой, приняться оттаскивать остывающее тело в кусты.
— Помочь? — вдруг раздался откуда-то сзади явно участливый, но незнакомый голос определенно жителя языковой среды присущей Ардской империи.
— Постой! Я могу предложить тебе… — резко обернувшись и подняв руки в останавливающем и демонстрирующем свою безоружность жесте, попыталась было договориться изменившаяся в лице, на котором впервые проступил страх, дамочка, но не договорив опала после обработки парализатором.
— Ага-ага. Можешь. Только сначала я тебя сделаю посговорчивее… ма шер, — пробурчал себе под нос, убирающий обратно в инвентарь свое оружие, юноша со стариковскими глазами, в которых напрочь отсутствует чинопочитание и раболепие, что так бесит сильных мира сего и заставляет трепетать сердца истосковавшихся по заложенной природой роли дам.
Глава 18
— Так ты говоришь: Орден Бороды? — с задумчивым видом переспросил я лишенную сейчас всякого оружия и всей одежды, еще вполне аппетитную в своем возрасте допрашиваемую военнопленную, даже из голубых кудрей которой пришлось вынимать отравленные спицы-заколки, я уж не говорю про нож из… пугающего своей неприспособленностью для подобного места, и о наличии чего «кричал» мой не раз уже пригодившийся Охранитель.
— Да, мой ласковый Господин, именно они являются наипервейшими врагами Синдиката, и именно против них была направлена данная акция, — облизнув чуть припухшие от нервного покусывания вполне аппетитные губы, несвойственной ситуации интонацией бодро, но как-то томно доложила пленница. После чего, вся призывно изогнувшись и вперившись в меня своими огромными омутами фиалковых глаз, буквально простонала просьбу. — Можно мне еще разочек испытать ЭТО, мой нежнейший Господин?