Пророчество души (ЛП)
— О, не переживай из-за них, mia cara, — сказал мягкий голос с акцентом. — И из-за Гоггинса.
Я оглянулась, Вивиана сидела в кресле-качалке под оливой у своей квартиры. Мои щеки пылали, я пробормотала:
— Вы его слышали? Отсюда?
Вивиана приподняла подведенную бровь.
— С Гоггинсом сложно не слышать. Он всегда кричит, — сказала она, отмахнувшись. — Не думаю, что он рад, если его голос не повышен до хотя бы сотни децибелов, — она вздохнула, хмурясь, из-за чего морщины на лбу стали глубже. — Но мы должны помнить, что главный Защитник несет на плечах тяжелое бремя, — она похлопала по стулу рядом с собой. — Подойди, mia cara, посиди со мной в тени.
Я села рядом с ней. Нефертити без колебаний устроилась на моих коленях.
— Мы очень переживали за тебя, — призналась Вивиана.
— Да? — спросила я, взглянув на Сантьяго и других, их лица не просияли. — Другие злятся, я не радуются.
— О, мужчины! — она фыркнула. — Да, некоторые из нас не рады, что ты рисковала своим Светом, но теперь мы рады, что ты цела. Это правда, — она улыбнулась мне с любовью и заботой бабушки.
— Я не хотела всех тревожить, — настаивала я, вина сдавила желудок. — Но я должна была спасти своего Защитника. Только Феникс может уберечь мою душу.
— Да, да. Понимаю, mia cara, — сказала она, нежно похлопала меня по колену. — Ты поступила похвально… но немного глупо. Если бы мой Гоггинс был в беде, я хотела бы его спасти. Но что может сделать старушка восьмидесяти лет с артритом? — она пожала плечами.
Я удивленно моргнула.
— Гоггинс — ваш Защитник? — было сложно представить пару хуже.
— Да, за мои грехи! — она рассмеялась. — Я жила мирно в маленьком шале высоко в Итальянских Альпах, пока он не пришел! — она надула раздраженно щеки. — Но я не знала, что стая Охотников медленно приближалась. Одним утром я проснулась, и моя villetta была окружена. Я думала, мне конец, — Вивиана покачала головой, вспоминая, потом уголки ее рта приподнялись в улыбке. — Но, как бык в магазине фарфора, появился Гоггинс, и если моя старая villetta не была разрушена раньше, потом она уже была разбита!
Она горько рассмеялась.
— Что? Он разрушил ваш дом? — поразилась я.
— Гоггинс не действует аккуратно. Он — молот, а не скальпель! — она утомленно закатила глаза. — Но, хоть я жалуюсь, я бы не желала другого Защитника для своей души. Он много раз спасал меня, жертвовал за наши жизни так много раз, что я могу простить его грубость. Я напоминала себе, что он хотел как лучше. Он действует для нашего блага.
Поняв, что у меня схожие чувства к Фениксу, я хотела согласиться с Вивианой, когда русые волосы появились у моего стула.
— Дженна, ты вернулась! — закричала Таша. Она крепко обняла мои колени, сбивая Нефертити, которая спрыгнула с недовольным мяу.
— Да, я вернулась, Таша, — я обняла девочку в ответ, радуясь, что не только моя кошка тепло меня встретила.
— Я слышала, тебя укусила змея! — выдохнула она, ее голубые глаза были огромными от ужаса и восторга. — Что случилось? Как ты выжила?
— Не переживай, я теперь в порядке, — заверила я ее и описала встречу с Эмпоте и его исцеляющие силы. Но я не упоминала видение и то, что оно раскрыло обо мне и Пророчестве.
Когда Таша стала сыпать вопросами о спасении Феникса, Вивиана нежно перебила:
— Таша, mia bambina, Дженна очень устала и явно голодна. Будь хорошей девочкой, попроси Фабиана приготовить ей поесть.
Послушно кивнув, Таша убежала по заданию. Но успела мне шепнуть на ухо:
— Что бы они ни говорили, ты очень смелая!
Я смотрела, как русоволосый комок энергии несется по саду, и сказала Вивиане:
— Она — яркая душа.
— Точно… — сказала Вивиана, ее морщинистое лицо источало тепло к девочке. — Поразительно, ведь у не было тяжелое начало жизни.
Я повернулась к Вивиане.
— О чем вы?
Покачиваясь в кресле, Вивиана сцепила пальцы и приготовилась объяснять.
— Бедняжка Пробудилась рано, — сказала она, — и была в опасности из-за Воплощенных раньше, чем была готова.
— Разве хоть кто-то из нас готов? — я подумала о своем Пробуждении на выставке родителей Мэй в музее и первой жуткой встрече с Дамиеном.
— Пожалуй, нет! — согласилась Вивиана, невесело смеясь. — Но Таше едва исполнилось восемь, когда черноглазый агент ФСБ пришел к ее семье без предупреждения.
Мой рот раскрылся шоке. Я не могла представить, как справилась бы в таком возрасте.
— Бедная Таша! Как она выжила? — спросила я.
— Чудом, — признала Вивиана. — Она мало мне поведала, но ей пришлось убежать из дома на холодные улицы Москвы. Она нашла убежище у Братвы, русской мафии, на время. Но они оказались не менее опасными, чем Воплощённые, и потом она была в бегах от Охотника из ФСБ и Братвы.
— Она делала это одна? — поразилась я. — Ей было восемь! Где был ее Защитник?
— Отчаянно искал ее, — Вивиана прищурилась. — Как и Охотник из ФСБ — и он нашел Ташу первой.
— Как Таша выжила? — спросила я.
Вивиана тряхнула головой, словно сама не знала.
— Она как-то смогла сбежать к замерзшей Москва-реке. Но лед треснул под ее ногами, и она провалилась в ледяную воду. Это могло бы стать концом для крошки Таши, но Охотник вытащил ее…
— Он спас ее?
Вивиана помрачнела.
— Да, но только для гадкого ритуала Танаса, — а потом уголок рта Вивианы приподнялся. — Но Защитник Таши был близко, догнал их у реки. Бой был ужасным. Защитник Таши был сильно ранен, но смог сбить Охотника из ФСБ в воду, где он утонул!
— Это было спасением в последний миг, — отметила я. — Как хорошо. Кто Защитник Таши?
— Клара, — сказала Вивиана. — Ты могла ее видеть. У нее шрам на щеке — остался от той встречи.
Я кивнула, вспомнив женщину на тренировке, которую я видела, прибыв в Хейвен.
— Что ж, хоть Пробуждение Таши было грубым, у нее крепкая Защитница!
— Нам всем повезло с Защитниками, — согласилась Вивиана, — и у нас свои истории, — она кивнула в сторону Сантьяго и других. — Сантьяго — блюститель традиций, — она криво улыбнулась. — Он все еще не смирился с тем, что его от Воплощенного спасла пятнадцатилетняя девочка с Глок-17!
Я вспомнила тир и спросила:
— У нее рыжие волосы?
Вивиана кивнула.
— Да. Лена, из Польши.
— А Мик?
— Он трагично потерял Защитника из-за Танаса в прошлой жизни. Теперь он полагается на Воина. Так и у Табисы с ее сыном Кагисо. Тарек — Воин Табисы. Но связь между Предком и Воином не так сильна, как с Защитником. Потому я понимаю, почему тебе нужно было спасти Феникса.
— Спасибо, — ответила я, смутившись. Таша прибежала по газону и протянула мне миску свежей пасты. — Спасибо, — сказала я ей на русском, язык давался легко. Я взялась за еду, а другие Первые Предки пришли проверить меня. Фабиан прибыл с кухни, Сун-Хи и ее дети принесли свежий лимонад в кувшине, Табиса и ее сын подарили букет цветов из сада, даже Сантьяго и другие вскоре подошли. Мое поведение простили, ведь я вернулась целой.
Мы болтали и смеялись, и я снова ощутила единство, уверенность. Тут было ощущение семьи, но в этот миг я ощутила тоску по родителям и дому в Клэпхеме, и я задумалась, как Мэй и Приша справлялись с моим исчезновением. Я скучала по подругам и возможности открыто говорить с ними о том, что я переживала. Я знала Вивиану и других Первых Предков в прошлых жизнях, и мы делили близкую связь через Свет, который несли, но не было ничего лучше близкого друга, с которым можно было все обсудить. Может, потому я так хотела спасти Феникса. Он был не только моим Защитником, но и верным другом и спутником в этой и прошлых жизнях.
Когда я доела, усталость наполнила меня, и я решила уйти к себе, но сначала повернулась к Вивиане.
— Вы слышали о Пророчестве Души? — тихо спросила я у нее.
Она с интересом посмотрела на меня.
— Конечно. А что?
— Эмпоте упоминал это, — ответила я, стараясь звучать ровно, — но я не слышала о нем раньше… не в этой жизни точно.