Не бесите ведьму! (СИ)
Вот только меня сейчас они совершенно не интересовали.
Мне нужно к моим родным!
Срочно!
У дверей в зал, где мы сейчас были стояла моя метла. Ее я взяла проходя мимо и вышла из залы.
И прямым ходом на выход из терема князя.
На крыльце я крикнула
— Дар, Яр — в Соколки! — и рукой указала в сторону своего села — Лаки — к Серафиме.
Затем слетела с крыльца и ударила метлой оземь открывая тропу заповедную прямо к селу, где живут мои родители.
Меня сейчас мало волновало, что обо мне подумают окружающие.
Ведьма я и это все знают!
Так что сейчас меня окружающие вообще не интересовали. Ну сплетней больше, сплетней меньше…
Вступила на тропу заповедную и почти побежала в сторону села своего родного. Краем глаза заметила, что все наше собрание тесной группой за мною движется. Когда и как успели, но оружие они с собой прихватили.
Вот так и выскочили мы на окраине села нашего…
Села!
От села остались одни обгорелые остатки домов.
Я кинулась в сторону родного дома, но там было только пепелище.
Я металась по селу, мужчины рассредоточились и тоже все дворы осматривали. Неприятеля видно не было, но и односельчан — раз, два и обчелся.
Родителей я не находила и не чувствовала… Опять метнулась к месту дома родного.
Я упала на колени около места, где когда то был дом мой родной и душа моя ныла раной открытой и кровоточащей.
Из глаз слезы текли ручьями.
Сердце опять остановилось.
Погибли мои родители!
Погибли на пожаре этом.
Нет их больше и помочь я тут ничем не могу…
Сон!
Сон, который я видела в первую ночь в доме ведуньи Серафимы!
Он оказался вещим…
А я тогда решила, что это просто кошмар.
А вот бабушке я еще могу помочь. Ей тоже сейчас очень плохо. И мне к ней нужно.
Трофим опять был рядом и пытался поднять меня с земли.
С другой стороны Яромир подошел. Он тоже начал помогать поднимать меня с земли.
— Степняки налетели на село — начал рассказывать он, что узнал — Успели поджечь несколько дворов. Ветер пожарище перекидывал на соседние дома. Степняки не позволяли людям дома тушить разгоняя их саблями и конями топча… А потом вдруг гром грянул, земля задрожала и начала разверзаться и степняков проглатывать. Все они так под землей и оказались, ни один выбраться не смог. Тогда селяне и начали выскакивать и тушить-спасать, что еще спасти можно было. Сама видишь не многие в живых остались.
Я в ответ только кивнуть сейчас ему и смогла. Но мне сейчас к Серафиме надо, а потом вернусь сюда и помогу сельчанам. Они дождутся меня. С ним не так плохи дела
А вот Серафима…
Тяжело поднялась с помощью Трофима и Яромира
— Дар, Яр, здесь будьте — тихо сказала я.
Знаю они все равно меня услышали. Такова наша связь.
Я их тоже даже слабый всхлип услышу, как бы далеко они от меня не были.
А потом повернулась к Яромиру и сказала
— Мне с Серафиме надо
Он в ответ кивнул и сказал
— Я с тобой — потом поднял глаза на Трофима и уже ему — Трофим оставайся здесь. Проследи за всем, помоги кому надо. В общем сам знаешь, что и как делать.
Тот недовольно глянул, но перечить не стал.
А я опять оземь посохом стукнула и в метлу его обернула. Вернее морок сняла и верхом села. Яромир сзади пристроился молча.
Отвод глаз кинула вокруг и в воздух взвилась.
10
Напрямки по воздуху до домика лесного мы мигом домчались.
Яромир меня сзади крепко обнимал и молчал всю дорогу. Это он правильно. Мне сейчас его вопросы, недовольства или соболезнования совсем не нужны были.
Опустилась моя метла перед крыльцом для посетителей.
И я сразу поняла, что ушла моя Серафима в лес. Как когда то и обещала…
И не увижу я ее больше никогда!
Ведьма умирать в лес уходит.
Лес ведьму принимает своей хранительницей, лес же ее и провожает в последний путь.
Упала я перед крыльцом и выть мне захотелось по-бабьи. Обняла я столбик крылечка и опять слезы в два ручья по щекам побежали.
Домик через этот столбик мне сейчас рассказывал, как и он скорбит по хозяйке своей старой. Еще он же мне поведал, как почувствовала Серафима, что степняки на село мое родное напали.
Вышла она на улицу и все оставшиеся силы вложила в колдовство свое последнее, чтобы защитить односельчан моих. А после обессиленная вернулась в дом и на лавку села.
Отдышалась чуть, метлу свою взяла и во двор вышла.
Земно дому поклонилась, поблагодарила его за все, попросила мне передать, что я теперь тут полная хозяйка.
Затем к лесу повернулась и ушла…
Навсегда ушла Серафима от нас с домом!
Я плакала, дом плакал поскрипывая каждой досочкой.
Так мы с ним и горевали.
Потом меня подняли с земли и посадили на крыльцо.
Яромир.
Я уже и забыла, что он со мной пришел.
А он сел рядом на крыльцо, погладил перила и сказал
— Прими, дом, мои самые искренние соболезнования! Ушла твоя старая хозяйка, но ты же не одинок. У тебя молодая хозяйка осталась, так что и жизнь продолжается. Крепись! Не оставишь же ты Марфу без своей защиты и уюта? Это не по мужски!
И услышал его дом! Вздохнул скорбно, заскрипел, а потом в дом нас позвал. Встала я с крылечка, слезы рукавом вытерла и подала руку Яромиру
— Пошли, дом нас приглашает войти.
Он подал мне руку и мы пошли.
Вошли мы в гостевую сторону. Тут ничего не поменялось. Все так же. На столе только веточка лежала. Я сразу поняла, что это для Яромира.
— Возьми — сказала Яромиру и кивнула головой я на веточку — Это тебе дом дает.
— И что это? — взял в руки веточку Яромир
Я только плечами пожала.
Сама не поверила.
Сейчас все своими глазами и увижу.
А Яромир веточку в руках повертел, да комнатенку-кухонку еще раз глазами обвел. И увидел дверь в хозяйскую часть.
— Что это? Ее раньше здесь не было — растерянно указал он на дверь эту
— Дом принял тебя и ключ сам тебе вручил — ответила я за дом — Не потеряй его только. А дверь эта всегда здесь была. Только не видит ее никто кроме хозяев дома. Ну что же, пошли познакомлю тебя с домом. Он принял тебя.
Сказать, что Яромир все понял из моего объяснения — это ничего не сказать.
Его вид очень красноречиво говорил, что мужчина сейчас в полном недоумении, непонятках и вопросов у него миллион, но они еще все в стадии созревания. Глядя на него я даже улыбнулась, а дом тоже довольно выпрямился, что ли…
Ну в общем он тоже менялся. Пока не поняла как, но менялся.
И пошли мы с Яромиром в хозяйскую часть.
Наша светлая и уютная гостиная-столовая не изменилась.
Яромир в нее вошел и глаза его еще больше круглыми стали. Он оглядывался с восхищением. Ему тут нравилось. Это чувствовалось.
Потом мы поднялись на второй этаж, там где спальни.
И тут я поняла, что изменилось. Не было больше спальни Серафимы. Даже двери больше не было там, где она раньше была.
А вот другая новая дверь появилась и это теперь новая спальня.
Мужская.
То есть теперь тут появилась спальня Яромира? Так получается?
Я и сама еще в шоке от всего, но объяснить Яромиру никто, кроме меня, ничего не может.
Вот и пришлось объяснять
— То, внизу, наша гостиная и столовая была, а вот тут твоя спальня — подвела его к двери и толкнула ее.
Входить первая не стала, а пустила вперед хозяина комнаты.
Он вошел, огляделся и опять на меня удивленно уставился.
— Можно? — спросила я прежде чем переступить порог его комнаты
— Конечно! — он ответил немного смутившись, что ли
— Не нравится что? — спросила я уже тоже оглядев комнату.
Большая кровать под темным зеленым покрывалом.
Сама комната в серо зеленых тонах, но очень спокойная и уютная. Хотя как-то сразу угадывается, что мужская. Удивительно!
И стол тут есть такой рабочий и кресло около него удобное. На окнах занавеси серебристо серые шнурком серо-зеленым подвязаны.