Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 1 (СИ)

Не-а, батя, не угадал. Может, синяки на моём лице – «заслуга» Юкино, но вот зелёный я по совсем другой причине. Это процесс принятия новой силы заставляет меня… выглядеть неважно.
Впрочем, «отца» не волновало то, что его слова так и сквозили какой-то шаблонностью. Он словно хотел, чтобы девушка почувствовала себя виноватой. Но вот зачем ему это…
– В общем, так, – заговорил он, вновь всем видом показывая, как он суров и беспощаден. – До тех пор, пока мы не разберёмся со всем произошедшим… А это может занять какое-то время… Тебе нельзя выходить из своей комнаты.
– Но…
– Тебе нельзя выходить из своей комнаты, Юкино Мори!! – рявкнул Михаил. – И лучше тебе молиться, чтобы мы не нашли ничего серьёзного, иначе…
Серьёзно?! Серьёзно, вашу мать?
Детский сад. Я с недоумением глядел на Михаила, гадая, не ослышался ли я.
Домашний арест? За попытку убить его сына? Полный бред, если только не предположить, что… вся эта гневная тирада – лишь повод загнать буйную Юкино в комнату и заставить сидеть тихо.
Вот только на девушку, кажется, это произвело обратный эффект.
– Ещё чего, – фыркнула она. – Так я здесь в гостях или в плену, господин Распутин?
Вежливое обращение в её устах прозвучало издёвкой.
– Ещё одно слово, – отец будто стал выше, нависая над девушкой, – и простое условие не выходить из комнаты покажется тебе раем, Юкино Мори. Ты даже не представляешь…
Я поймал на себе отчаянный взгляд Юкино. Кажется, ей не помешала бы помощь.
Ну… нужно признать. Она ведь действительно, даже защищая себя, ни словом не обмолвилась о том, что я далеко не такой молчаливый овощ, каким меня считают. И даже не упомянула о том способе, которым я обрёл немного силы.
Меня шатало; живот крутило. Состояние паршивое. Но даже в таком состоянии я ясно понимал, что от Юкино, сидящей под замком, толку не будет. Да и вообще… всё это слишком затянулось.
Мне нужен свой человек в поместье и вне его. Тот, кто сможет проводить, провести, довезти, доставить послание… и так далее. И Юкино отличный кандидат на эту роль.
А чтобы папаша сейчас не обломал все эти перспективы – нужно помешать ему посадить Юкино под арест. Ну, и… обосновать, почему мы будем везде ходить вместе.
Ладно.
– Отец, – выдохнул я, изо всех сил стараясь погасить рвотные позывы. – Мы встречаемся.
Возможно, батя будет рад узнать, что его сын так быстро реабилитируется и становится нормальным половозрелым восемнадцатилетним юношей.
Ведь так?..
Пауза.
– Отец?
Его остекленевшие глаза меня немного напрягали.
Наверное, он просто не ожидал, что я так внезапно и осмысленно заговорю. Я не говорил с ним ни разу с момента моего выхода в окно.
– Это я отвел ее в подвал, – пояснил я, пока Михаил таращился на меня, – Мы просто решили спрятаться в подвале, чтобы… ну… чтобы слуги там не спалили нас, понимаешь? – я выразительно подвигал бровями.
Меня очень сильно мутило, поэтому со стороны это явно выглядело не очень. Ну, если судить по реакции Юкино. Девушка смотрела на меня с очевидно смешанными чувствами.
– Ты… что… ты же только один день здесь… с Юкино? С этой Юкино?
Да он как будто сам позеленел от такого известия. И, кажется, его больше удивило не то, что его сын, которого все считают отсталым, проворачивает такое, а то, что… у Юкино появился парень?
Нет времени долго размышлять; ещё немного – и вся новообретённая сила вывалится из меня вон.
– Отец, – вновь заговорил я, немного торопливо, но в целом спокойно и ровно. – Не нужно её наказывать. Это я придумать сказать про трупы, чтобы… никто не догадался, зачем мы на самом деле туда спустились.
Изобразив подобие улыбки, я указал на катану.
– И кровь не человеческая. Мы… крысу убили, для правдоподобности. Вернее, двух. Двух здоровенных таких крыс…
Лицо Михаила не менялось. Он словно был в трансе; я знал такое выражение – так смотрят люди, которым только что сломали и шаблоны, и партию. Вот только… руку даю на отсечение, дело здесь совсем не в моих амурных делах.
Тогда в чём же?
– В… – голос «отца» был словно надтреснутым, – в-вон идите отсюда. О-оба. К себе. Мне надо подумать. Я уже ничего не понимаю.
 
***
От кабинета мы отошли шагов на десять – так, чтобы Михаил не слышал; затем я повернулся к Юкино.
– Я знаю, что ты хочешь спросить, – кивнул я. – Почему я сказал что мы пара. Здесь всё про…
Ох. Оборвавшись на полуслове, я прикрыл рот руками. С-сука!.. Сила лезет обратно.
Опершись двумя руками о стену, я принялся неблагородно блевать.
Юкино глядела на меня со странным выражением лица. Подойдя ближе, она положила руку ко мне на плечо.
– Ну… да, конечно, я бы хотела спросить, почему ты сказал, что мы парочка… но вообще-то меня больше волнует другое.
Я продолжал блевать на пол.
– КАКОГО Х*Я ТЫ СОЖРАЛ СЕРДЦА КИЛЛЕРОВ В ПОДВАЛЕ?!
Хороший вопрос. Я замер, мысленно подбирая слова для внятного ответа.
Два сердца лежали на полу, в луже алой от крови блевотины. Лежали, продолжая биться.
***
Звонок от Хидео Мори – отца Юкино. И так не вовремя. Как же хочется не отвечать…
Михаил нажал кнопку.
Хотя бы голос звучит не слишком хрипло?
– Миша, – заговорил в трубке Хидео, – я только что узнал новости. Поздравляю с выздоровлением сына.
– Д-да, да, спасибо…
– Кстати, о детях, – продолжал японец. – Как там моя дочь?
Ох. Михаил сделал глубокий вдох.
– Да, о ней… – он замер на миг. – Есть новости, и они… тебя удивят.
Скорее, шокируют, как только что шокировали его самого. До сих пор в голове не улеглось.
– Что такое? – голос Хидео прозвучал обеспокоенно. – С ней всё в порядке?
– Да, в порядке, но…
Нужно сказать. Нельзя оттягивать этот момент, словно он не глава сильнейшего рода России, а испуганная гимназистка.
– Похоже, твоя дочь и мой… Сын… – выдавил Михаил, сам не веря своим словам. – В общем, у них что-то вроде отношений.
В трубке повисла тишина.
– Погоди, но… Твой сын, он же… – Хидео тоже не сразу нашёл нужные слова. – Он же с разумом девятилетки, прости, но это так. Девять лет в коме, и всего полдня как…
Михаил криво усмехнулся.
– Вот и я охренел. Понятия не имею, когда они успели, но… Там сложная ситуация. Мой сын заявил, что они встречаются, а та… Даже резать его не стала. Ну, знаешь. как она обычно это делает.
– Ты говоришь о моей Юкино? – поразился Хидео. – Той, которая ломает руки всем, кто посмеет на неё взглянуть? Которая не считает ни одного мужчину равным себе?
– Ага.
Это было всё, что Михаил мог сейчас сказать.
– Это какая-то шутка?
– А я, по-твоему, шутил бы по такому поводу?
Тишина по обе стороны провода.
– Понял, – голос Хидео Мори звучал совершенно серьёзно. – Вылетаю. Буду ближайшим рейсом.
***
Некоторое время назад.
– Похоже, это первое проваленное убийство в особняке Распутиных, Виталий.
– По крайней мере, за последние полвека, Григорий.
Стук тел о ступеньки был достаточно тихим, чтобы не мешать диалогу. Шаг за шагом, киллеры спокойно тащили их вниз, под люк. Туда, где тела незадачливых коллег не привлекут лишнего внимания.
Все следы убраны; делать это быстро и тихо – обязательное умение каждого ассасина. Осталось только спрятать тела. Это была не только профессиональная этика, требующая прикрывать следы собрата, но и банальная рациональность. Если трупы будут замечены, поднимется шум, а это вряд ли сделает их миссию легче.
 
А сложности Виталий с Григорием не любили. Уж точно не в особняке Распутиных.
– Ты их знаешь, Григорий? – уточнил Виталий, когда оба тела оказались внизу лестницы.