Программа за Выживание (СИ)

— Вчера ты сказала, что тебе все еще больно наступать на ногу, — ответил мне мужчина, останавливаясь у двери.
Он даже не присел рядом, не спросил, как мои дела или чего мне хочется. Мне было больно от осознания того, что с каждым днем Костя отдаляется, а я не хочу терять этого мужчину.
— Но мне ведь нужно начинать ходить, да и ты будешь рядом, — улыбнулась. — Чтобы поймать меня, — подмигнула Косте, но тот проигнорировал мой флирт.
— Мне нужно уехать на пару часов, может вечером погуляем, — пожал плечами Горин и вышел из комнаты.
Мне оставалось лишь глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, оставшись наедине с завтраком. Ну хоть одно Костя знал — я ненавидела яйца и о-очень редко, в виде исключения, употребляла их в еде. Поэтому Горин каждое утро готовил мне вафли, которые получались у него просто превосходно.
— Доброе утро, мамочка, — радостно мурлыкнула в трубку, принимая вызов от любимой родительницы. — Как твои дела, дорогая? — спросила, отставляя в сторону поднос с едой.
— Все хорошо, радость моя, — ответила мне мама ласковым голосом, но буквально через секунду ее тон сменился на более громкий и резкий. — Таня, я уже десять минут жду свой свежевыжатый сок! — крикнула она. — Сколько еще мне ждать пока ты соизволишь выполнить мою просьбу!?
— Завтракаете? — уточнила, нисколько не удивившись маминому крику. Ольга Андреевна Громова всегда любила покричать, и не только в зале суда. Особое удовольствие ей доставляло ставить зарвавшихся особ на место, не забыв при этом показать свое превосходство. Думаю, эта черта в моем характере именно от нее.
— Да, — вновь ласково ответила мама. — Твой отец снова пытается уложиться в десять минут, впихнув в себя все, что успеет, — усмехнулась она, наверняка гладя в этот момент папу по щеке. — Как Костя?
О-о, я ждала этот вопрос! Разве может Ольга Андреевна, хотя бы на день оставить свою дочь в покое на счет ее замужества, и пустить все на самотек?
— Работает, — ответила как обычно без какого-либо энтузиазма.
— Он слишком много работает! — как обычно ответила мама, тяжело вздохнув.
— Мужчина должен работать, бусинка, — послышался насмешливый голос отца. — Кто-то же должен содержать семью!
— Ей уже двадцать семь, Витя! — прошептала Громова-старшая, думая, что я не слышу. — В ее возрасте у меня уже была четырехлетняя дочь! — снова завела свою шарманку мама, заставив меня закатить глаза.
— Я все слышу, мам, — усмехнулась, усаживаясь поудобнее. — И я не виновата в том, что Костя не делает мне предложение! — воскликнула недовольно.
— Иногда мужчину нужно просто подтолкнуть к этому, — со знанием дела ответила Ольга Андреевна.
— Предлагаешь затащить его в ЗАГС под дулом пистолета? — сыронизировала, усмехнувшись. — О-о, или самой сделать ему предложение, встав на одно колено и попросить его руку и сердца?
— Перестань ёрничать, Аня! — недовольно проговорила мама. — Тебе давно не двадцать, а скоро будет вообще тридцать! Мы не молодеем, ты же не хочешь остаться одна в компании кошек? — задала риторический вопрос Громова-старшая, хмыкнув. — А кто тебе стакан воды в старости подаст?
— Я расставлю по квартире кулеры, ну или найму домработницу, как ты! Буду кричать на нее с одного конца дома, пока в другом она делает мне свежевыжатый сок, — усмехнулась, разминая шею.
— Аня! — снова недовольно воскликнула мама.
— Я поняла, мам! — тяжело вздохнула, сдаваясь. — Что ты предлагаешь?
— У нас два варианта, — тут же ответила она. — Либо ты непрозрачно намекаешь Косте на свадьбу, либо говоришь, что беременна.
— ЧТО! — ошарашенно воскликнула, вскакивая с кровати. И именно в этот момент дверь в мою комнату открылась, а на пороге появился Горин.
***
Как все-таки муторно делать ремонт! Он отнимает не только деньги и время, но и все твои нервные клетки, которые, к слову, не восстанавливаются. За прошедшие три дня, почти все ремонтные работы были завершены, осталось только расставить мебель и можно будет переезжать в мой новый дом.
 
— Привет, мои птички! — радостно воскликнула, улыбаясь, как можно шире. — Сегодня, наконец-то, закончился ремонт, который вымотал мне все нервы и про который я обязательно в скором времени выложу пост. Так что ждите! — говорила, заходя в сарай, куда рабочие потихоньку заносили мебель и расставляли ее под моим чутким руководством. Хорошо, хоть удалось очистить от пыли мой новенький малиновый диван, который мне доставили из Москвы еще в среду.
— Привет, Настюшка-а! — пропел Ярик, подлетая ко мне со спины и обнимая за плечи. — Как я жду сегодняшнего новоселья, Галка свой фирменный медовик печет, — протянул он с таким восторгом, при этом сощурив от удовольствия глаза и облизнув губы, что у меня самой потекли слюнки.
— Тебе разве не надо работать? — удивилась, смотря через свое новенькое большое окошко на дом Константина, которого сегодня пока не было видно. В последнее время мужчина избегал меня всяческими способами, иногда мне даже казалось, что он специально прячется, только увидев меня на горизонте. — Константин не будет ругаться?
— Константин Владимирович до-ма, — усмехнувшись ответил Ярик, оглядываясь вокруг. — Наверное, ухаживает за Анной Викторовной.
— Мило, — ответило, поджав губы. — Ну и как тебе сарай?
— Теперь он больше похож на пряничный домик, по крайней мере, изнутри, — улыбнулся парень, смотря на мою большую кровать из светлого дерева, которую дядя Митя покрыл лаком, и тумбочку со шкафом. — Не ожидал такого от дяди Митяя, — присвистнул он.
— Я и сама была в шоке, когда увидела это чудо, — вздохнула, уже предвкушая как сегодня буду спать в своей кровати, в горе мягких подушек и пухового одеяла.
— А почему у тебя почти все розовое? — неожиданно спросил Ярик, заставив меня смеяться.
— Это мой любимый цвет, — пожала плечами. — Да и тут не все розовое! — воскликнула, взяв парня под руку, и повела его в ванную. — Тут все белое, ну-у, кроме полотенец, — усмехнулась, кивнув в сторону нежно-розовых махровых полотенец, стопкой лежащих на полке.
— Анастасия Сергеевна! — позвал один из рабочих. — А что это такое и куда это ставить? — озадаченно спросил он, держа в руках отпариватель, который вчера вечером привез мне Вадим, мой оператор, со всеми остальными вещами.
— Поставьте его к шкафу, — улыбнулась, выходя с Яриком на улицу.
— Ну и кому еще ты растрындел про мое «новоселье»? — спросила, смотря на то, как рабочие заносят последние элементы декора в сарай — зеркало в деревянной раме, скрученный в рулон пушистый белоснежный ковер и этажерку для обуви.
- Ничего я не трындел, — нахохлился парень. — Это все Степан Семенович неправильно понял, когда я Галку на свидание приглашал, — расстроенно вздохнул он.
— Ну и? — протянула, меня распирало любопытство. Я ведь давно заметила, что Гале не безразличен Ярик!
— Тогда я ляпнул первое, что пришло мне в голову! А потом Степан Семенович решил, что…
— Да я не про дядю Степа спрашиваю! — засмеялась. — Галя согласилась?
— Согласилась! — тут же засиял парень. — Только ее отец из виду вообще не выпускает, — тяжело вздохнул он.
— Ладно, мы что-нибудь придумаем! — хитро подмигнула Ярику.
Осталось придумать, как помочь Ярику с Галей улизнуть на свидание и найти стол, чтобы всех разместить. М — да, Настя Сорокина, настоящая русская девушка, легких путей не ищет!
  
Глава 15
 
Последние три дня были для меня тяжелыми, я был погружен в собственные мысли и практически не замечал ничего вокруг. Только одна блондинка в розовом сарафане постоянно попадалась мне на глаза, а я все время, безрезультатно, пытался избегать ее. Но, если с Анастасией все было довольно просто — мне необходимо было извиниться перед девушкой, что сомневался в ее искренности и признать свою ошибку, как настоящий мужчина, то с Аней все было намного сложнее. Нельзя было игнорировать то, что женщина, которой я всецело доверял несколько лет, соврала мне. Намеренно или нет, в этом еще нужно разобраться, но факт остается фактом. Наши отношения с Громовой дали трещину еще несколько месяцев назад, когда я отказался ехать на годовщину свадьбы ее родителей, сославшись на работу. Вот только теперь эта трещина все стремительнее превращалась в пропасть, а вот что мне с этим делать — еще не решил.