Колыбель. Изгнанник Альтара (СИ)

— Что же, — подытожил я. — Получается, если мы позволим этим тварям уничтожить ваш мир, то лишимся всего, так как равновесие упадёт. Я правильно понял?
Парни кивнули.
— В таком случае у меня, наверное, есть очень глупая и безумная идея, как восстановить баланс и спасти погибающие миры. Но для начала нам нужно выгнать Свет с наших земель и избавиться от паразитов. В общем, парни, я бы набрал армию.
— Тебе это не требуется, — улыбнулся Гордон. — В твоих руках два бравых элитных воинов Тьмы. Твоё оружие — подарок Айену от самого правителя Альтара. А за спиной могущество отца.
Гера подошёл ближе и положил мне руку на плечо.
— Мы обожаем глупые и безумные идеи! Если ты готов вести нас в бой, пойдём следом хоть на край земли даже без драконов. Мы готовились к такому случаю долгие годы, и безумно рады, что он наступил.
— А как же лорд Айен, разве ваш командир будет не против такого переворота?
— Марсель, — толкнул меня Гера. — Наш главный и единственный командир — это Хан, для которого нас собирали и готовили. Но к сожалению, его с нами нет. Зато есть ты, и по всему праву мы твоё наследие, распоряжайся нами с умом.
Внутри меня всё загорелось от восторга. Услышать, что эти ребята будут со мной — одно удовольствие, узнать о том, что не нужно служить Айену — другое.
— Тогда я поднимусь наверх, разведу в топях костёр побольше, — уже спохватился я залазить на дракона, как резко остановился, — вот только оставлять вас здесь одних…
— Не парься, — Гордон поднялся с земли и выпрямился во весь рост. — Мы и без тебя в каких только проблемах не пропадали!
— Гарсия прав, выберемся, а ты подпали тут всё хорошенечко! Тем более, если что, мы с тобой на связи, помнишь?
— В таком случае, — улыбнулся я, — мой первый приказ!
Я нарочито прокашлялся:
— Своих в беде не бросаем! Парни я серьёзно. Держитесь рядом.
Усаживаясь в уже приготовленное для меня драконом седло, я облачался в чёрный зетановый доспех. Два бравых воина с блеском в глазах провожали меня в небо. Я видел, как, приняв волчий облик, они были готовы к тяжёлому марш-броску через непроходимые болота. А я настроил себя на расчистку пути для них. Несколько суток назад я бы и подумать не смог, что за такой короткий период я пойму одни из важных тонкостей этого мира. А сколько ещё неизвестного? Оно, как прикосновение к дракону, влечёт меня за собой, оставляя тонкий шлейф огненной дымки.
Глава 20. Пустая искренность.
К полётам на драконе я всё ещё не привык, но в этот раз мне казалось, что я видел и чувствовал всё иначе. Ножны меча я подвесил с левой стороны, и доспех дракона принял это, закрепив его на себе зетаном. Теперь не нужно было совершать кучу действий, чтобы достать меч из-за спины, он был под рукой. Мягкие и плавные движения крыльев завораживали и успокаивали. Тело и разум охватывало чувство огромной силы и возможностей. Я взглянул вокруг.
С высоты птичьего полёта было чётко видно, где притаился враг. В свете горящего болота мелькали чешуйки нескольких особей теней. В кустах, недалеко от ребят, находилось с десяток крупных слизневых сгустков. Словно не замечая их, парни проскочили через кусты и помчались на всех четырёх по тропке. Мы с Азусу немного набрали высоту, и я увидел, что Гордон был прав: от центра болота в разные стороны вели несколько не затянутых растительностью и водой дорог.
— Ну что, парень, готов поджарить слизняков? — спросил я у дракона. Тот, слегка повернув в мою сторону голову, выдохнул из носа дымок, после чего штопором сорвался вниз и, делая вираж, раскрыл крылья, одарив землю огнём. Я сидел на нём, словно был пристёгнут. Азусу, будто профессиональный пилот, выделывал трюки так, чтобы я не выпал из седла. Периодически поворачивая голову и поглядывая одним глазом, на месте ли я. Сгустки слизи шипели и плавились, оставляя за собой смрад, который чувствовал даже я. Добравшись до первого устроенного нами пожара, мы зависли в воздухе, и Азусу сделал несколько мощных взмахов крыльями, раздувая угли и поджигая газы болота вновь.
 
Тем временем парни добрались до первой развилки и, споря между собой, выбирали путь. Поднявшись немного выше, я включил связь и посмотрел на дорогу.
— Берите левее, у крупных зарослей — тоже лево.
Убедившись, что парни выбрали верный маршрут, мы с крутого виража прошлись по оставшимся целым кустам и сухим деревьям. Болото глухо булькнуло от жаркого огня, и в воздух вырвался поток пламени. Азусу, среагировав на это, взял крен и ушёл из-под жарящего гейзера. Самым увлекательным оказалась погоня за гончей. Тень достаточно проворно скакала по болотистой местности, уходя из-под волны огня, следующей за ней. Но больше всего я удивился, когда одна из особей, загнав себя в непроходимую болотистую местность, нырнула прямо в жижу, мгновенно исчезнув в воде и грязи. К слову, ни одну из теней поджарить нам не удалось, погоняв их по зарослям. Они все словно испарились. Вестников я также не встретил, возможно, он был здесь один, и Азусу поджарил его ещё в первый раз.
Сделав неожиданный разворот, мы полетели в сторону равнин, попутно высматривая на земле парней. Близился рассвет.
— Марс, перед нами уже выход, ты где? — послышался звонкий голос Гектора в наушнике.
— Прямо над вами.
— Как продвигается борьба с паразитами? Есть успехи?
— Всё горит синем пламенем, пока выживших не вижу, — утвердил я.
— Отлично, тогда особо не светись, мы тут и так дел натворили. Давай под облака и к замку, встретимся там, на террасе северной части.
Связь отключилась, и я уже был готов свечкой уйти в небеса, как чувство тревоги вновь возросло, и я решил проверить территорию болота ещё раз. Плавно парируя в дыму, я обнаружил обгоревшую поляну. В центре она была не тронута, но вся эта часть травы была мертва, а сама она подсвечивалась тусклым желтоватым светом. Мы опустились на землю, и я с любопытством подошёл ближе.
Прозрачная субстанция была диаметром в полтора метра, и напоминала собой мутное стекло. Сбоку оно было тонким и почти незаметным, не статичная поверхность колыхалась, будто от ветра и издавала лёгкий треск, словно счётчик Гейгера. Стараясь не подходить слишком близко, я заглянул в эту штуковину. Через тусклую, мутную пелену я не увидел ничего необычного: жёлтый туман и безумный запах гнили доносился оттуда. Мне стало нехорошо, и дракон почувствовал это, тихим рыком заставив меня обратить на себя внимание.
Вернувшись к нему, я ногой поворошил пепел и нашёл булыжник, который тут же поднял и швырнул в непонятный объект. Камень, словно в густой кисель, воткнулся в пелену. Область вокруг него загорелась голубоватым свечением, и плотная масса с жадностью его поглотила. Походу, именно отсюда выползли эти паразиты. Дальше ничего не случилось. Оно не выплюнуло его обратно, и даже никто оттуда не появился. Небо уже было покрыто лёгким светом, и на нём не было ни облака. Печальная новость для меня. Я решил больше не ждать и, запрыгнув на Азусу, взмыл вверх, напоследок бросив взгляд на неведомую дыру в пространстве.
Осознав всю опасность моего прямого вылета из болот, я решил взять как можно выше и обойти всю площадь моего пути стороной. Азусу сам выбрал подходящую высоту. Приятней всего, что мне не обязательно было говорить ему свои мысли, он словно чувствовал меня, может, даже знал, о чём я думал. Я наклонился и прижался к нему сильнее, положив руку на его бронированную шею. Там внизу, под нами, проплывали небольшие деревеньки и токая нить реки тянулась от горизонта до горизонта, местами расходясь и собираясь воедино вновь. С высоты птичьего полёта, а, скорее всего, и выше, я понял, насколько огромный и бескрайний этот мир. Но больше меня поражала его красота.
Если бы я когда-нибудь раньше слышал о существовании мира Тьмы, я бы представил себе засушенную, выжженную землю без единой растительности, вокруг туман и вечная ночь. Все люди агрессивные и злые, готовые убить и высосать из тебя жизнь. Но нет, всё не так, и я постепенно привыкал к нему, наслаждаясь этими красками и эмоциями. Пролетая над очередными равнинами, я заметил две точки, стремительно передвигающиеся по моему пути. Даже идеальное зрение не позволило рассмотреть их с такой высоты.