Его покорная невеста (СИ)
И все же, я протянула руку и, помедлив немного, коснулась ладонью пелены. Ладонь тут же наткнулась на сопротивление. Я почувствовала захват, а после меня едва не утянуло туда. Страх подстегнул силы, я отшатнулась, понимая, что рука все еще в плену захвата. А после я с криком вынырнула в реальность.
Реальность ничем не утешила меня. Тело, секунду назад лежавшее без признаков жизни, резко село на столе и схватило меня рукой за шею, притягивая ближе, к искореженному лицу, которое Горан еще не успел заживить.
— Пошла прочь, если не хочешь оказаться на его месте, — прошипело тело, не открывая рта. Голос шел будто изнутри, в то же время это совершенно не было похоже на обычную человеческую речь. И дело не в словах или языке. А в интонациях и голосе — полностью лишенном эмоций и жизни. Он не угрожал, не запугивал, а предупреждал.
Горан тут же оказался рядом, и, осознав бесполезность избавить мою шею от захвата, воспользовался собственным клинком, чтобы отсечь кисть. Тело, потеряв конечность, упало на стол и замерло, будто только что не проявляло желания меня задушить. В операционной воцарилось тягостное молчание, прерываемое моим хриплым дыханием, вперемешку со всхлипами. Целитель, видимо для надежности, отсек телу голову и, спрятав клинок, оказался рядом со мной.
— Ты в порядке? Он тебе не навредил? — целитель быстро осмотрел мою шею, легонько коснувшись поврежденной кожи, обезболивая, но не исцеляя. След от захвата остался на горле, не желая исчезать, — что это было?
— Предупреждение, — нервно усмехнулась я, — не лезть туда, куда запрещено. За мной наблюдают, и позволяют гулять по грани. Вот только сегодня я покусилась на то, что нашему миру уже не принадлежало.
Меня обволакивал холод, приглушая все эмоции.
— Ты больше никуда не полезешь, — жестко заключил целитель, схватив меня за плечи, и поворачивая к себе лицом, — слышишь? Это опасно, и не стоит твоей жизни.
— Стоит, Горан, — я отстранилась. Хотя в этот момент больше всего на свете хотелось, чтобы меня обняли, прижали к теплому сильному телу, и сказали, что защитят от всего. Но… не тот случай, ни тот мужчина, — в следующий раз я буду действовать разумнее и осторожнее.
Но это не отменяет того, что в следующий раз, ныряя в грань мое сердце будет биться чаще. От страха, неуверенности, от боязни еще раз ощутить на своем теле потустороннее прикосновение и услышать тот голос, пугающий до мурашек.
— Тебе нужен отдых, — не стал со мной спорить целитель, хотя по его взгляду было видно, что он хочет это сделать, — я отвезу тебя домой.
— Домой, — эхом повторила я, тут же представив теплую ванну, мягкую постель, — ты прав. Сегодня я бесполезна.
Меня все еще потряхивало от страха и напряжения, но я осознала это лишь тогда, когда Горан привычно поддержал меня за локоть, увлекая из операционной. Обезглавленное тело оставалось лежать на столе.
— Приберите там, — донесся до меня тихий голос целителя. Он общался с кем-то по внутренней связи, — и держите рот на замке.
И мне было тяжело избавиться от мысли, что чей-то любимый вернется домой в виде обезглавленного, изуродованного тела. Тихий всхлип превратился в рыдания. В кар я забралась, обливаясь слезами.
— Не нужно, Шанти, ты не должна принимать это близко к сердцу. Иначе перегоришь. Ты уже стольким помогла, — шепот Горана, его рука на моем плече дарила тепло и заботу. От этого стало еще невыносимее.
Мы возвращались в замок уже поздней ночью. Навстречу нам неслись военные кары, перевозящие солдат и раненых. На планете царили относительное спокойствие и порядок. Но каждый из нас знал, что там, высоко над нами идет смертельное сражение. Где-то там Алессандро бьется за наши жизни и будущее.
Глаза высохли от слез. Нельзя подаваться эмоциям. Я позволю себе побыть слабой одну ночь, а завтра с новыми силами вернусь в госпиталь.
Я улыбнулась тревожащемуся за меня целителю, давая понять, что в порядке, когда кар сотряс взрыв и мы на бешеной скорости начали падать вниз.
Прода от 24.02.2021, 00:59
Все, что происходило дальше, я помнила смутно, еще хуже воспринимала. Жёсткий удар, смягченный телом Горана выбил дыхание и почти лишил сознания. До меня донеслись выстрелы и новые взрывы. Потом я оказалась на чьих-то руках, и меня вынесли из покореженного кара. Помню, как в меня вливается чья-то сила, заживляя болезненную ссадину на голове, а татуировка, на спине активируясь, исцеляет поврежденный позвоночник, доставляя несколько невыносимо болезненных минут. Помню, как пытаюсь приподняться, и слышу жесткий приказ Грана «лежи и не двигайся». А после нас с ним окружает десяток человек. Наемники был одеты в маскирующие костюмы и скрывали лица под масками. Целитель тут же выстроил вокруг нас защитный щит.
— Не стоит тратить силы. И ты, и баба нужны живыми. Не зли нас, целитель, — под маской голос наемника звучал глухо и угрожающе.
— Я рискну, — до меня словно сквозь вату доносится твердый ответ Горана.
— И ею тоже? — кто-то слишком разговорчивый сильно меня раздражал, и я невольно захотела, чтобы он заткнулся. В тот же миг раздались крики и возгласы: «уберите эту дохлятину». Открыв глаза, увидела, как в лицо одного из нападавших вцелилось небольшое существо с куцым облезлым хвостом и признаками давней смерти. Крыса не торопилась отпускать свою добычу, поэтому соратникам бандита пришлось с трудом отрывать ее, вместе с кожей, и, отшвырнув подальше, застрелить.
— Уйми девку, иначе пострадаешь. В дороге может произойти всякое, — с угрозой выдавил второй, обращаясь к Горану. Тот, самый, кто разнес выстрелом череп крысы.
— Я эту суку на части разорву! Тварь! Она будет у меня медленно сдыхать! — раненый и изуродованный мужчина сидел на корточках, закрывая ладонями лицо. В принципе, повинуясь моему бессознательному приказу, крыса вцепилась туда, куда смогла допрыгнуть. Впрочем, думаю, что сейчас наемник ругал совсем не крысу. Эти люди прекрасно знали о наших с Гораном силах и явно подготовились.
— Твоя защита скоро исчезнет, — добавил наемник, повышая голос, чтобы перекричать пострадавшего от зомбокрысы моего личного производства. Животное, пусть и мертвое, было жалко, а вот наемника — нет.
— Нам ее хватит, — отрезал Горан.
— Не хватит, — наемник извлек из кармана странный предмет и активировал его. Горан тут же схватился за голову и почти упал на колени. Защита дрогнула, но устояла. Я понимала, что без меня ему было бы намного проще уничтожить всех нападающих, я же сильно замедляла его. У нас был шанс выбраться, если бы Горан решился рискнуть моей жизнью. Но он не стал. Минута, в течение которой я присоединилась к целителю и тихонько подвывала от боли. Из носа хлынула кровь.
— Так с вами, тварями, и надо, — в голосе наемника отчетливо слышалось удовлетворение. Внутри что-то будто натянулось и лопнуло, и я поняла, что полностью обессилена. Пелена боли застилала глаза, я почти лишилась слуха. Давление на голову тут же ослабло, и я выдохнула. Знала, что это лишь начало наших проблем. Однако такую боль за столь короткий промежуток времени выдержать было нереально. Невольно в мыслях появился образ Алессандро. Но он был слишком далеко и не смог бы мне помочь, даже если уже понял, что со мной произошло. Значит, придется потерпеть, пережить и постараться выбраться из этой передряги. Облегчение было кратковременным и обманчивым.
Падая, я услышала звук падения тела целителя. А после мое сознание спуталось, и я уже не слишком хорошо воспринимала реальность. Была дорога. Тяжелая и долгая. С нами не церемонились, хотя и не избивали. Просто внесли в отсек, активировали тот самый предмет, лишающий сил, уложили в две стоящие друг напротив друга медкапсулы и погрузили в сон.
— Значит, скрывались у меня под носом? Ваша наглость стоит уважения, — я очнулась, медленно открыла глаза. Стараясь не застонать и не привлекать к себе внимания. Вот только того, к кому нас привели, а попросту бросили на пол посреди тронного зала, было сложно обмануть.