Его покорная невеста (СИ)

Секретный борт Императора был скрыт в одном из ремонтных ангаров на границе с Нижним городом. Наверное, никто бы в здравом уме не догадался расставлять охрану и искать беглецов именно здесь. Из тюремной крепости мы выбрались без особого труда — когда дознаватель Империи, хоть и бывший с тобой за одно, владеет ключами доступа и паролями к объектам безопасности, это сильно облегчает побег и начало подпольной жизни.
— Старт через десять минут, — предупредил второй пилот, увидев приближение нашей малочисленной группы.
Император колебался не долго. Как только за дверью палаты для заключенных раздались гулкие шаги, решение было принято. Победа в дуэли или проигрыш — нужно еще разобраться. А чтобы разобраться, необходимо выжить. Алессандро был бойцом и своего уступать был не намерен. Но он умел действовать по обстоятельствам. Именно поэтому сейчас мы готовились к взлету, оставляя столицу и захваченный рыцарями дворец.
Система безопасности планеты должна заметить один из взлетающих кораблей и отследить пункт его назначения. Это собьет рыцарей со следа и даст Императору возможность затаиться.
В столице, пользуясь временным безвластием и переделом зон влияния начались массовые беспорядки. Тысячи жителей планеты покинули Нижний город. На улицах происходили постоянные стычки с внутренней стражей, которая по-сути была вынуждена нести службу при любом правителе.
— Если близнецы не возьмут город под контроль в течение недели, они его потеряют, — прокомментировал Кастро, с грустью глядя на проплывающие под нами улицы.
— На их стороне армия, проведут массовую чистку, подавят сопротивление, дадут больше власти военным. Это обеспечит контроль над планетой, но не убережет от внешнего вторжения.
— Вы собираетесь активировать энергощит планеты?
— У кого ключ, тот и хозяин дома, — усмехнулся Император.
Не очень поняла, о чем говорили Император с лордом Кастро, но почему-то была уверена, что Алессандро не сдался, и даже не отступил. А всего лишь затаился, чтобы нанести заговорщикам удар. Неожиданно и жестоко. И я могла его понять. Я могла, но упрямое сердце боялось, что в этой мясорубке будет много жертв.
Я знала, что навсегда отрезаю для себя путь назад. Братья и Карающий быстро поймут, кто смог вывести Императора из состояния стазиса. Мое исчезновение лишь подтвердит то, что я сорвалась с крючка. И Карающий вынесет приговор. И за мной придут. Рано или поздно, я давно уже не верила в чудеса. Я лишь надеялась, что за мной придет не Кайден. Легче принять смерть и поражение от того, кто тебе безразличен, а не от того, кто все еще в твоем сердце и забрался туда слишком глубоко.
Мы легко покинули орбиту планеты, хотя Император был очень бледен и слаб. Такое ранение будет еще долго давать о себе знать. Нам отвели одну каюту на двоих, как паре, и я не посмела возразить. Корабль был небольшим, на нем, кроме пилотов, штурмана и дознавателя находились выжившие агемы, те, которые не принимали участия в нападении на своего господина и прошли курс реабилитации. Нас было мало, тех, кто все еще оставался верен Императору, и у каждого были свои мотивы.
— На тебе запах другого мужчины, — я вздрогнула, когда Алессандро произнес эти слова. Он лежал с закрытыми глазами один, на широкой койке. Подразумевалось, что спать мы также будем вместе. Я пока старалась об этом не думать. Вообще не думать ни о чем.
Присела на кончик койки, сложила руки на коленях.
— Он взял тебя силой? — Император открыл глаза и посмотрел на меня. Этот взгляд словно вывернул душу наизнанку. Отметила, что он не спрашивает имени того, с кем я была, словно и так все знает. Я вспомнила нашу первую встречу и ту силу, которая пригибала меня к его ногам. Силу, которой было сложно противостоять. Как никогда раньше ощутила собственную слабость и зависимость.
— Нет, — тихо ответила, чтобы прекратить этот допрос.
— Ты отдалась по любви? — я заколебалась, не желая пояснять то, что с трудом понимала сама.
— Это была взаимная симпатия.
— Иди ко мне.
— Что?
 
— Иди ко мне, — чуть громче повторил Император непререкаемым тоном.
Я встала и пересела чуть ближе к нему, скукожившись и замерев в ожидании наказания. Я, его законная и признания невеста была с другим мужчиной. Это видели, об этом знали. Мое падение в собственных глазах было ничем по сравнению с моей виной перед Императором. И то обстоятельство, что мной управляли, не оправдывало меня в собственных глазах.
Он схватил меня за руку, и резко притянул к себе. Я почти упала на него, избегая касаться все еще не до конца зажившего ужасного рубца на груди. Но он словно не замечал сопротивления. Положил горячую ладонь мне на затылок и долго всматривался в мое лицо. А после для меня наступила уютная и прохладная тьма.
Когда я очнулась, обнаружила себя лежащей в постели, одетой и укрытой легким одеялом. Ближе к выходу Император, все еще слабый, но уже уверенно стоящий на ногах тихо разговаривал с целителем, который его лечил в тюремном госпитале.
— Сильное воздействие определенно имело место быть. Ваша невеста сейчас в шоке, хотя, возможно, сама этого не осознает. Вы правильно сделали, что ее усыпили. Порой люди могут проявить нестандартные реакции на вмешательство в свой разум.
— Например? — холодно спросил Император… бывший Император, хотя я не представляла, что Алессандро может быть кем-то другим. Только таким — облеченным властью, принимающий рискованные и жесткие решения, безжалостно карая.
— Зависит от того, чего именно хотели добиться от жертвы. Если это молодая женщина, могу только предположить, как она отнесется к вмешательству в свою голову и что сделала то долго, как осознала, что действует не по своей воле. Возможны эмоциональные всплески, желание умереть, нестабильность психики, попытки суицида.
Целитель замялся. Я чувствовала его смущение и желание как можно быстрее оказаться подальше отсюда.
— Благодарю за консультацию, метр Скай.
— Всегда в вашем распоряжении, — целитель поклонился и тут же вышел.
Император обернулся и перехватил мой взгляд, который я так и не успела отвести. Он подошел, слишком быстро преодолев расстояние между нами, и я пожалела, что каюта настолько мала.
— Ты слишком рано проснулась, — мягко произнес Алессандро, сильно меня удивив мягкости и заботе, которые слышались в его голосе.
— Почему вы со мной так после всего?
— А чего ты ждала? Ярости? Ненависти? Ревности? Да, я испытываю ярость к тому, кто принудил мою женщину войти в комнату к чужому мужчине. Ненависти? Я ненавижу того, кто воспользовался твоим состоянием, даже не утруждая себя в том, чтобы понять — ты не из тех, кто делает первый шаг, тем более, учитывая отсутствие у тебя опыта подобных отношений. Ревность? Как можно ревновать к насильнику?
— Нет, Алессандро, все было не так, Кайден не насильник, я сама ему себя предложила, — чтобы прервать его и не позволить сделать неверные выводы, я схватила Императора за руку. Почувствовала в ответ легкое пожатие и тепло кожи.
— А он тобой с готовностью воспользовался, — в трактовке Императора все выглядело низко и цинично, но отрезвляюще. — Ты слишком сильно пострадала морально, если не физически, чтобы могла ясно мыслить. Много лет назад жертвы менталистов проходили долгую реабилитацию и не всегда исцелялись полностью.
— Не нужно ненавидеть Кайдена еще больше. Мне кажется, если бы не Карающий, у тебя с братьями был бы шанс найти общий язык. Вы одна кровь.
— Для нас троих уже слишком поздно, — резко возразил Император, — их сознания и души отравлены. Ненавистью, жаждой мести, чужой волей. Что от них осталось своего? Знала ли ты братьев настоящих, а не тех, какими они хотели казаться? Разве не поэтому ты сейчас здесь, со мной?
Я закусила губу, пытаясь не заплакать после слов Императора. Но… сознавала, что он в какой-то мере прав. Ведь именно потому, что я утратила доверия к Кайдену, а попросту говоря, испугалась его возможный действий, я теперь здесь. Трусливо? Возможно. Означало ли это, что моя любовь была недостаточно сильна, чтобы преодолеть все? Вероятно. Но как оказалось, для меня важнее сохранить контроль над собственным разумом и не позволять больше использовать себя.