Всего одна ночь, чтобы обрести счастье... (СИ)

— Это он? — тихо спрашивает, и я понимаю что сейчас, он использовал всю свою силу воли, чтобы задать этот вопрос спокойно.
А я машинально, отрицательно качаю головой, на что он недовольно поджимает губы. Отпускает мой подбородок, поворачивается ко мне спиной и сжимает руки в кулаки, с громким шипением, втягивая воздух в лёгкие.
Берёт себя в руки.
Потом, достаёт из внутреннего кармана пиджака сигарету и нервно закуривает. Делает несколько частых, глубоких затяжек и выбрасывает окурок в сторону. После чего вновь поворачивается ко мне лицом и сдержанно говорит:
— Каждая третья женщина в мире, подвергается насилию в течение жизни. Каждая вторая убитая женщина погибла от рук партнёра или члена семьи, — уведомляет он меня, и я напрягаюсь. — Ты этого хочешь Ника?! Чего ты ждёшь? — сердито бросает, а для меня это как обвинение.
— Это тебя не касается! — отвечаю в тон ему. — Конечно, легче всего обвинить меня в бесхребетности! Что я глупая! Садомазахистка! — прорывает меня. — Да, я мечтаю уйти от него пять лет! Но как видишь, вот, — кричу, указывая пальцем на своё лицо, — чем всё это кончается. Мне некуда идти! Нет денег! Помощи! Он позаботился об этом! И в чём ты меня хочешь обвинить? Что я просто боюсь…, - кричу, и у меня вырываются рыдания. Мне всё равно на то, как я выгляжу, всё равно на тишину и соседей! Я устала!!! А Влад, словно задел струну, которая лопнула, при малейшем прикосновении.
Он ловит меня за руку, что-то говорит, а я не слышу. Отбиваюсь от него, отталкиваю, но, в конце концов, оказываюсь в крепких объятиях его рук… и плачу! Настолько сильно, что дыхания не хватает! Больно. Очень. Кричу ему в грудь, от этой воющей боли в груди, и с каждым разом, всё сильнее, прижимаюсь к нему!
Мне всё равно, какой он меня видит, как я выгляжу, ведь после этого вряд ли захочет знать, но….
— Тише, — шепчет он, и гладит своей огромной ладонью мне по волосам. — Всё уже кончено, — добавляет, и я не сразу понимаю его слов.
Стоим так несколько секунд, и я немного успокаиваюсь. Слышу его тяжёлое дыхание, учащённое сердцебиение, и понимаю, что для него этот момент не был равнодушным. Он так трепетно прикасался, что-то успокаивающе шептал…а я не могла надышаться им, насладится, утопая в этом тепле, как одержимая. Как хорошо…
— Пойдём со мной! — вдруг просит он, и я замираю. На мгновение задерживаю дыхание, а сердце пропускает удар. — Я позабочусь обо всём. Ничего не попрошу взамен. Обещаю.
— Жалеешь меня? — тихо спрашиваю, отстраняясь, и он отрицательно качает головой.
— Знаю, что не поверишь, но ты…мой человек. С первого взгляда зацепила, — говорит он, легонько прикасаясь к щеке. — Влюбился… — добавляет он, и я накрываю его губы ладошкой.
— Не надо! — останавливаю, а он мне улыбается.
Осторожно убирает мою руку от своих губ и целует каждый пальчик, при этом, не отрывает своих глаз от меня. Так мило, но…
— Я не могу с тобой поехать, — отвечаю. — У меня сын…в квартире и я должна вернуться! Сейчас же! Он там сам, среди…
— Я знаю, что у тебя есть сын. Макар? Семь лет! — обрывает. — И мы сейчас пойдём за ним….
  
Глава 8.
 
Вероника.
— Ты понимаешь, что ты сейчас говоришь? — уточняю, застыв на месте. — Если я сейчас уйду из дома, он меня больше на порог не пустит. А если пустит, то лишь… Мне некуда идти. Понимаешь! Моя мама, не знает о проблемах с мужем. Живёт иллюзией, что у меня всё в порядке. А я боюсь ей сказать правду, потому что у неё больное сердце!
— Я забираю тебя и твоего сына! И мне плевать на твоего ублюдочного мужа! Назад, ты к нему не вернешься! А маме, правду скажешь позже. Постепенно, — сердито говорит, обхватив ладонями мои щеки. — Ты не останешься с ним здесь. Никогда! Я позабочусь о вас!
— Ты серьезно?! — удивляюсь. — Мы знаем друг друга одну ночь! Так не бывает…
— Бывает! — обрывает он меня. — И я тебе докажу! А если ты сомневаешься во мне, боишься, что я буду таким как он, то зря. Но я не буду тебя, ни к чему принуждать! Если ты не испытываешь ко мне каких-либо чувств или я тебе противен, я не буду навязывать тебе себя! Ты можешь просто жить у меня со своим сыном, сколько тебе понадобится! Пока не станешь на ноги! Найдёшь решение! Себя…
И я отвожу взгляд в сторону. Я столько верила в слова Егора, его обещания, а всё оказалось одной лишь ложью. Опять так слепо поверить, и попасть из огня да в полымя! Страшно! Но…
Влад не такой! Я чувствовала, знала! То, как он на меня смотрит. Прикасается. Это всё имеет значение. Ему важна моя жизнь. Он волнуется. Спустя только одну ночь….
Я стояла в сомнениях несколько секунд, пока он не прижал меня к себе, дав вновь ощутить необходимое тепло. Словно знал, что это поможет, что мне оно очень нужно.
А сердце в его груди, было как бешеное! И это всё из-за меня…
— Я защищу вас от него, — обещает. — Поверь, я это могу. Но ты должна довериться мне, — добавляет, немного отстраняя меня от себя, чтобы заглянуть в глаза.
А я смотрю на него, и не могу поверить в происходящее. Так странно! И хорошо!
Медленно киваю, и он целует меня в губы. Легонько, потому что видел на них рану, а потом с неким нетерпением рванул в подъезд, утянув меня за собой.
Пересекаем пять этажей, в одно мгновение и оказываемся перед дверью нашей квартиры. Только сейчас я задумываюсь о том, что так и не сказала Владу, о сегодняшних гостях. Поэтому придержав его за руку, останавливаю у входа, а он, не услышав от меня ни слова, отрицательно качает головой:
— Не сомневайся! Ты уже решила ехать со мной! Решение не меняется, — предупреждает, а мне хочется улыбнуться. Ему это так важно?
— Я только хотела предупредить…их там трое! Друзья мужа! Один из них военный по контракту, а второй — коллега по работе, — объясняю, как будто это что-то изменит. Просто, хотела, чтобы он знал, с чем ему придется столкнуться.
— Трогали? — один вопрос, и я отвожу взгляд. — Понятно! — бросает, обняв за талию. — Всё будет в порядке. Не бойся. Я не дам тебя в обиду. Как только войдёшь в квартиру, иди, собирай всё самое необходимое для себя и сына. Остальное заберём потом. И Ника…, - добавляет он, заглянув мне в глаза. — Не называй его, больше «мужем»!
Мы заходим в квартиру, и я сразу вижу в открытые двери комнаты, на диване, спящего Егора. Виталик и Валера, сидели за столом, но как только услышали хлопок двери, поднялись с места и начали приближаться к нам.
— Иди, — легонько оттолкнув меня от себя, говорит Влад, при этом мягко улыбнулся. Как он может улыбаться в такой момент? И что сейчас будет? Справится ли он сам? — Собирай вещи. Я сейчас приду за Макаром. Не буди его, я отнесу его на руках, — так уверенно, словно знает исход.
И я, кивнув, направляюсь в спальню сына, на мгновение, застыв в проёме.
Виталик подходит первым к Владу, подняв перед собой руки, в знак примирения, начинает:
— Эй, друг, мой брат не хотел трогать Нику! Я не знаю, что она тебе там наговорила, но…ничего не было!
— Этот брат? — уточняет Влад, кивнув на Валерку.
— Да! — подтверждает Виталик, и Влад без всяких там объяснений, наносит удар Валере в живот. Тот с шипением выпускает из легких воздух и сгибается пополам, еле устояв на ногах. — Эй, ты чего! — возмущается Виталик, делая шаг к Владу, но получает удар в нос. Настолько сильный, что его снесло к стенке, и он с грохотом упал на пол, потеряв сознание.
После чего, Влад хватает Валеру за шею сзади, приподнимает ближе к себе и выплёвывает прямо в лицо:
— Уже завтра ты досрочно уволен с военной службы! Выбирай: пункт «г», части 1, статьи 49 или пункт «а», части 1, статьи 49? Я об этом позабочусь! — рычит, нанося ещё один удар, но я уже не смотрю.
Скрываюсь в комнате сына, и дрожащими руками начинаю собирать наши вещи…