Попаданцы. Мир Таларея (СИ)

Олег был из той редкой породы государей, кто не испытывал дефицита финансов. Его доходы кратно превосходили расходы. Вот с последним-то у попаданца получалась настоящая беда из-за катастрофической нехватки квалифицированного персонала практически во всех областях. У императора не возникало проблем выделить дополнительный миллион рублей, к примеру, на строительство судов. Но где найти нужное количество корабелов?
Два дня до своего убытия в Камень-на-Ирмени попаданец с премьер-министром Клейном и казначеем Армином делили тришкин кафтан своих возможностей на попытку взяться за исполнение желаний и намеченных планов. В перерывах между заседаниями Олегу ещё приходилось Укреплять подготовленные заготовки рельсов. Ули под рукой не было, так что, приходилось полагаться только на личную магию.
Потребность в прокладке дорог, что трасс из магического мрамора, что поездных, была огромной и срочной. Всё же первоочередной задачей государь наметил связать обоими видами транспортных путей Псков с Наровом, крепостью на западной границе империи. А для этого ещё необходимо строительство двух мостов через могучий, полноводный Ирмень. И где взять столько людей?
По уму бы, конечно, надо было построить сначала эти дороги, а уж потом идти воевать Руанск и Линерию, только вот, время тоже пожимает. Зато, после окончания военной кампании — Олег не сомневался, что успешной — можно будет решить в значительной степени вопрос с рабочей силой. Военнопленные, жители не капитулировавших сразу же городов и поселений, всё пойдёт в дело.
— Мона, — вернувшись вечером из бани в свои дворцовые апартаменты, Олег немного скорректировал планы на следующий день, — Найди секретаря, скажи, что я сразу после завтрака отправлюсь на лётное поле. Пусть предупредит аэронавтов, что время отбытия меняется.
  
Глава 14
 
Лётное поле охранялось гвардейской ротой. Её командир, оповещённый о прибытии государя заранее, встречал его возле первой причальной башни и лично распахнул дверцу императорской кареты.
— Привет, Ворринтан, — Олег, сойдя на ровную поверхность магического мрамора, жестом прервал доклад капитана, — Картографы что, раньше меня умудрились отбыть? Шустрые.
— Они ночевали здесь, — доложил офицер, — И да, даже не завтракали. С первыми лучами солнца загрузились.
Олег смело мог переименовывать своё лётное поле в аэропорт. Помимо пяти причальных башен, возведённых Улей ещё в прошлом году, здесь имелись кирпичные строения, построенные обычным способом, без использования магии.
Рядом с двухэтажной казармой для дежурного подразделения охраны располагался трёхэтажный многоквартирный жилой дом для аэронавтов и их семей. Дальше шли небольшие особняки офицеров, ремонтные мастерские, склады, рабские общежития и столовая. Имелся тут и трактир с гостиничными номерами при нём.
Оставалось только наладить регулярное воздушное пассажирское сообщение, и название "лётное поле" уйдёт в прошлое. Правда, придётся ещё построить аэровокзал — большой или небольшой, будет зависеть от масштабов развития воздухоплавания.
Стоит ли организовывать места базирования для военных и гражданских дирижаблей на отдельных, удалённых друг от друга площадках, попаданец ещё не решил. Пока он в этом необходимости не видел.
— Нирма, возвращайтесь, — оставив с собой только половину из десятка ниндзей сопровождения, Олег вдоль строя гвардейцев вместе с Моной направился к причальной башне.
Личный императорский дирижабль сегодня оказался в сиротливом одиночестве. Составлявший ему накануне компанию аэростат убыл с командой географическо-картографического факультета псковского университета.
Старые карты Тарпеции в целом довольно точно передавали очертания материка, однако, с тех пор, как их создавали, прошло пара-тройка столетий, и на Тарпеции произошли изменения.
Нет, понятно, что горы или полноводные реки никуда не делись, но за это время какие-то более мелкие водоёмы могли исчезнуть, водные артерии поменять русла, леса разростись или наоборот уменьшиться. Тоже самое касалось и степей или лесо-степей, не говоря уж о людских поселениях.
 
Уточнением карт учёные псковской империи занимались второй год, и процесс этот явно займёт не меньше десятилетия.
— Мы готовы, государь, — доложил командир экипажа дирижабля, когда император поднялся на верхнюю площадку, с которой были перекинуты мостки с перилами на слегка покачивающееся, удерживаемое толстыми канатами воздушное судно, — вся команда в сборе.
— Отлично, — Олег дружески прикоснулся к плечу офицера и первым прошёл в салон.
Мона уже не первый раз сопровождала своего господина в полётах, поэтому аханий и оханий за своей спиной, как это случилось когда-то, попаданец не услышал. Следом прошла пятёрка ниндзей и командир аэронавтов.
Салон императорского дирижабля был вполне вместительным — больше десяти метров в длину и четырёх в ширину — и в нём свободно помещались восемь кресел, два столика и даже лежак для отдыха государя, которым Олег, правда, ни разу так и не воспользовался.
Экипаж аэростата состоял из командира и штурмана — оба маги, знавшие Воздушный Поток, стюарда и двух двигателистов, своей мускульной силой приводившие в движение с помощью педалей расположенные по сторонам от корпуса салона большие винты.
Двигатели в основном использовались лишь при маневрировании во время взлёта или посадки, реже для помощи в изменении курса, хотя обычно хватало флюгерного руля.
В перспективе дирижабли будут оснащаться механикой — экспериментальный образец одноцилиндрового двигателя внутреннего сгорания уже тарахтел в мастерской научно-производственного центра.
Когда аэростат освободился от связывавших его пут, корпус салона закачался, словно бы лодка на речной волне.
— Не нужно, Перн, я сам, — остановил штурмана Олег.
Император не часто использовал свой Воздушный Поток для приведения в полёт дирижабля — не его это обязанность. Сегодня же он решил ускорить полёт. Поэтому, когда двигателисты отвели аэростат от башни, он, привязав точку действия заклинания к корме, напитал его толикой своей энергии.
— Стол накрыть? — спросила Мона.
— Не проголодался, — ответил Олег и с незлой насмешкой посмотрел на севших в головной части салона и сильно напрягшихся при взлёте ниндзей, — Ребята, а вы не стесняйтесь. Доставайте, что с собой взяли, и угощайтесь. Путь не близкий.
Эта пятёрка — четыре парня и девушка, большеротая, чем-то похожая на лягушонка, но симпатичная — была очередными новичками, которых Олег тренировал для получения ими попаданческого эффекта.
Летать этим ниндзям ещё ни разу не приходилось, поэтому первая реакция толики страха, как и у их других товарищей-предшественников, государя не удивила. Но держались ребята хорошо.
Когда ниндзя с осторожностью стали смотреть в иллюминаторы, император, не скрываясь от присевшей напротив него Моны — та знала о своём хозяине почти всё, а он был в ней абсолютно уверен — извлёк из Пространственного Кармана толстый фолиант "Записок о правлении Лимариала Кринского" анонимного автора.
События, описанные в книге, происходили почти сто лет назад, но средневековье весьма консервативно, вряд ли что-то сильно изменилось в нравах и обычаях западной империи.
Прежде чем углубиться в чтение, Олег тоже посмотрел на землю из иллюминатора. Увидел свою столицу, уплывавшую от него с восточной стороны, Промзону, и две ленты, почти параллельных, мраморной и рельсовой дорог. На последней клубился дым паровоза, тянувшего длинный, из полутора десятка вагонов, состав.
Вид поезда напомнил попаданцу про Олу ре Литоль на нём прибывающую и о неудаче дворцового заговора, на который он возлагал надежды.
— Господин? — решилась разомкнуть губы молчальница, увидев досадливую гримасу на лице хозяина.
— Всё хорошо, Мона, — успокоил он молодую женщину, — Это я о своём, об императорском.
Олег раскрыл фолиант и углубился в чтение. Что не мешало ему слушать ведущиеся шёпотом разговоры. Один раз даже посмеялся про себя, когда на вопрос ниндзи, вернувшегося из туалета в хвостовой части, зачем ещё нужен и закрытый люк в центральной части пола, стюард уверенно ответил, что это на тот случай, если уборная будет занята, а кому-то станет невмоготу.