Зверь и Я (СИ)
Что ж, будем импровизировать и мысленно скажем спасибо Малике: хуже нее я вряд ли выступлю. Мне и не нужна магия, чтобы по щелчку пальцев включать музыку. Делая вид, что поправляю платье, прежде чем предстать пред очи короля, я пыталась наощупь включить музыку на телефоне. Разблокировать, на главном экране в углу значок «Музыка», а дальше наугад… крутнем плейлист на удачу! Господи, хоть бы не «Ленинград»!
Бинго! По залу разлетелись первые трели нежной мелодии, с этим можно что-то делать. Ни разу в жизни еще не испытывала такой благодарности и любви к творчеству Петра Ильича Чайковского, ведь именно под его музыку мне посчастливилось сделать первый шаг навстречу триумфу.
Звук захлопнувшегося магнитного чехла поглотила красивая мелодия, а вот вибрацию телефона я почувствовала, и она не сулила мне ничего хорошего. Задев пальцем телефон в небольшом окошке в чехле, который почему-то не заблокировался, я впервые жизни воспользовалась фонариком, активировав в нем режим сигнала SOS. С почином!
Чувствуя себя новогодней елочкой, ведь теперь каждый мой шаг сопровождался подсветкой, я двинулась вперед. Три коротких, три длинных, три коротких, пауза, повтор. Точки, тире, точки. Какой позор, какие еще тире и точки, не женщина, а амфибрахий…
С обреченностью мышки, попавшей к удаву, я дошла до центра зала, чтобы поднять на Тодора свое счастливое лицо, окрыленное идеей. Ну конечно же! И женщина, и амфибрахий. Ну держитесь, невестушки, сейчас я вам расскажу, кто тут самый прекрасный-распрекрасный!
— Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц,—
Их разве слепой не заметит,
А зрячий о них говорит:
«Пройдет — словно солнце осветит!
Посмотрит — рублем подарит!»
…
Тодор смотрел на меня так, будто видел впервые, а я, позабыв о всем на свете, наслаждалась моментом. Стихи Некрасова я любила, а этот вообще был моим самым любимым. Я рассказывала сердцем и душой, даже не замечая довольных улыбок на лицах Маши, волчонка Захари и старушки Ивет.
Пропустив Бану, которая спешила показать альфе все, на что способна, судя по ее решительно сдвинутым бровям, я прошла в спасительный полумрак и остановилась рядом со своей компаньонкой и соперницей в одном флаконе. Только сейчас я почувствовала невероятное облегчение от отступающих волнений и страха.
Бану пела песню, красиво и выверено, но без души. Может быть поэтому мне было не интересно ее слушать, как и Тодору. Я чувствовала кожей его взгляд, но не сразу решилась взглянуть на него в ответ. Когда же осмелилась поднять голову, едва не застонала от разочарования. Невидящим взглядом он блуждал по стройному ряду невест, погруженный глубоко в свои мысли.
Возвращалась Бану в ряды невест, опустив голову вниз. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что альфа не проявил к ней никакого интереса. Да что тут говорить, Марселе, демонстрирующей свои блестящие навыки фехтования и владения клинками, он уделил гораздо больше внимания!
Наконец-то настал черед последней участницы. Апони вышла вперед, не дожидаясь своего светлячка. Некоторое время она стояла неподвижно, а затем подняла свои полные решимости глаза на вожака. На смуглой коже, да еще и украшенной красной краской, ее светло-голубые глаза выглядели как два больших озерца. Макензийская волчица опустилась на колени и положила свою правую руку на сердце. Стоило ей только сделать это, как оборотни начали нервно топтаться на месте, шептаться друг с другом, но поднявшийся гул стих, как только Апони начала говорить.
— Клянусь перед Богами, всемогущими и всеведущими, обо всем, что мне известно, говорить чистую правду и ни о чем не умолчать.
Мне происходящее вдруг напомнило заседание суда, но какое это все имеет отношение к демонстрации талантов.
Неожиданно от Апони отделилась ее полупрозрачная копия, как будто проекция, обрастая новыми деталями, спустя минуту у меня появилось впечатление будто мы все находимся посреди лужайки, окруженной вековыми соснами. Каменный пол подо мной превратился в песчаную насыпь, хотя физически я не чувствовала никаких изменений.
— Это иллюзия, воссоздание событий прошлого, — пояснила Ивет, заметив, как я пытаюсь носком туфли коснуться несуществующего на самом деле камушка.
Рядом с призрачной волчицей стали появляться другие силуэты, и мужские, и женские, они быстро двигались, как будто мы смотрели фильм в перемотке. От увиденного я поспешила закрыть глаза Маше, радуясь, что девочка подошла ко мне сразу после моего выступления. Я ни за какие коврижки не позволила бы своему ребенку смотреть на такое зрелище.
Перед нашими глазами открывалась настоящая бойня, жестокая и кровожадная. Финальным аккордом стала картина, как Апони вспарывает живот незнакомому мужчине, и, если бы все это не закончилось также быстро, как и началось, я бы уже упала от потери сознания к призрачным трупам.
Неужели я могла испытывать жалость к этой девушке? Да она настоящая убийца! В ее глазах плескалась ярость, одержимость, там не было ни капли сожаления. Весь зал замер, выжидающе смотря на Тодора.
— Что это было? — спросила я у Ивет.
— Она призналась, что убила главу своего рода и всех его воинов. Это карается смертью. Пока идет отбор она неприкосновенна, но как только будет объявлена невеста ее казнят. — Ее слова повергли меня в шок.
Тодор поднялся с трона, и не говоря ни слова, подошел к застывшей посреди зала девушке.
— Будучи хоть мужем твоим, хоть господином, я клянусь решить твою судьбу. Это право и силу даровали мне Боги. — Тодор говорил тихо, обращаясь лишь к одной Апони, но из-за полнейшей тишины в зале мы могли расслышать каждое его слово.
Девушка кивнула и опять опустила голову вниз.
— Как можно оставить убийцу в замке с детьми?? — Набросилась с вопросами на Ивет, как только Тодор вышел из зала. Лично мне не хотелось находится на одной территории с убийцей.
— Милочка моя, если чему я и научилась за долгие сто двадцать лет своей жизни, так это тому, что не стоит доверять первому впечатлению. Чем раньше ты научишься этому нехитрому трюку, тем спокойнее будет твоя жизнь.
Глава 7 — Наперегонки с волком
Слова Ивет совсем меня не успокоили. Даже понимая, что раньше мы находились куда в большей опасности, чем после признания макензийского оборотницы, я все равно не находила себе покоя. Как итог утро встретило меня с кругами под глазами от бессонной ночи.
И хоть я помнила дорогу в обеденный зал, прыгала от радости, почти, как и Маша, когда за нами с утра зашел Захари. Он пусть и маленький, но волк, с клыками, когтями и всем остальным, что ему полагается.
Ребята умчались поближе к сверстникам, а я снова села за дальний край стола, где уже лениво ковыряла блины маленькая рыжеволосая принцесса. Повертев головой, я так и не нашла дежурных, а с другой стороны стола шла ожесточенная борьба среди деревянных фигурок, сопровождаемая детским гомоном. Без лишней гордости я встала и достала сама из буфета позади Малики чистую тарелку и вазочку с незнакомым, но таким аппетитным джемом.
Девочка даже не обернулась в мою сторону, уставившись в свою тарелку, где блинчики стали больше похоже на решето.
— Малика, что-то случилось? — не выдержала я, но в ответ бестия, превратившаяся в тихую мышку, только шмыгнула носом. — Тебя обидел кто-то?
— Я… Тод… Тодор наругал меня, — слова давались ей непросто, но с каждым из них во мне закипала злость на альфу. Как посмел он обидеть маленькую девочку! Девчонке бы еще в куклы играть, а ее тут замуж выходить привели. Еще и жених недоделанный отчитывать собрался. Малика же, собравшись с духом, продолжила.
— Я была так зла на всех. Вчера вечером на церемонии, когда Апони показала прошлое, я хотела… Я подумала, что тоже бы… Отец меня совсем не понимает, заставляет делать то, что мне не нравится. Я подумала, что тоже могла бы убить. Я почти забыла об этом, когда вернулась в покои, но в гостиной меня уже ждал он. Не знаю, как он узнал об этом, наверное, правда, что альфы обладают сверхспособностями.