Мама для Ромашки (СИ)

Нет, боже, я точно не готова стать мамой! Потому что отказать хитрюге, когда она смотрит своими голубыми океанчиками вот так умоляюще, невозможно. Остается последний веский довод:
— Папочка будет ругаться, — говорю в надежде, что на ребенка это волшебным образом подействует, но не тут-то было.
— А мы папоське не сказем, — прикладывая пальчик к губам, заговорщески шепчет Роберта.
— Рома-а-ашка, — смеюсь, притягивая к себе малышку, — вот и как мне с тобой быть?
— Любить, — говорят мне абсолютно серьезно, что приятно отдается в груди волной тепла и нежности.
— Люблю, — утыкаюсь носом в сладко пахнущую карамельным шампунем макушку и даже пытаться не буду уговорить ребенка пойти в сад. — Устроим девичник.
— А сто такое дисник, м-м-м?
— Это значит вечеринка только для классных девчонок.
— Ула! — вытягивается у меня под боком Роберта, — а мы мозем еще поспать, а потом устлоить дисник?
— Мозем, — передразниваю дочурку и щелкаю по курносому носику.
Нет, все-таки дети — это прекрасно. Как я раньше жила без Ромашки и Руслана? Не знаю. Уже и не помню. С каждым днем я все больше и больше теряюсь в семейной жизни, утопая в нежности и ласке, которые эти двое отдают с лихвой.
Так незаметно мы обе и задремали под серость и мерный шум зарядившего дождя за окном. А проснулись в начале двенадцатого от настойчивого звонка в дверь. Что за ерунда? Няня сегодня на выходном, да и у нее есть ключи. Собственно, как и у Руслана, который так рано точно не вернулся бы из офиса.
— Кто там? — разлепив сонные глазки, шепчет Роберта.
— Не знаю, сладкая. Лежи, я пойду посмотрю.
Заныриваю в свои махровые тапочки с ушками и натягиваю поверх майки все тот же джемпер Руслана, который мне почти до колен, и быстренько спускаюсь вниз по лестнице.
На мониторе видеоглазка вижу на пороге незнакомую мне пару: мужчину и женщину, с чемоданами… Да ну, нет, не могут же это быть… без предупреждения? Без звонка? Сюрприз решили устроить? Вот им будет сюрприз, когда дверь откроет незнакомая дамочка, которая тут уже вовсю хозяйничает в доме их сына.
Но ведь не пустить их я не могу, значит, надо открывать.
Ох, от страха и волнения даже руки затряслись, не сразу сообразив, в какую сторону повернуть ключ в замке, чтобы открыть дверь и…
— Здравствуйте, — улыбаюсь смущенно, натягивая рукава кофты Руса на самые пальцы, нервно теребя края.
Женщина приятной наружности и с добрым карим взглядом пробегает глазами по моим голым ногам в коротких пижамных шортах, немного дольше, чем нужно задерживает внимание на кофте сына и наконец-то смотрит на меня.
— Лиса, наверное? — голос приятный и не сказать, чтобы недовольный, скорее, растерянный и удивленный. Но, судя по тому, что мама Руса знает мое имя, кто-то ей обо мне сообщил. Или сам сын, хотя мне он сказал, что с родителями пока не разговаривал, или, что вероятнее всего, Ромашка, которая, быстро топоча босыми ножками, слетает по лестнице к нам.
— Дедуся, бабуся! — хохочет малышка и с разбегу залетает на руки к дедушке — папе Руса. А я с ужасом понимаю, что ведь даже не знаю, как их зовут. Вот это залет! — Вы плиехали! Я соскусилась, — расцеловывает в колючие щеки мужчину Роберта, своим появлением разгоняя неловкость.
— Ромашка, конечно, приехали, как же мы без своего цветочка? — смеется папа Руслана. — Ну, знакомь нас с мамочкой! — щелкает внучку по носу мужчина, заставляя меня покраснеть, как помидор, под его внимательным взглядом.
— Это Лиса, моя мамоська. Лиса, а это деда Данила и баба Рима, — говорит абсолютно счастливая Роберта, перебираясь на руки к бабуле.
— Приятно познакомиться, — улыбаюсь, не зная, куда себя деть и как в принципе себя сейчас вести с ними.
— Взаимно, Алиса, — кивает баба Римма, — вы простите, что мы без предупреждения, просто по внученьке соскучились, да и… есть у нас кое-какие вопросы к сыну, — вот теперь слегка недовольно поджимает губы женщина.
— Да… да… конечно, проходите, — отступаю, пропуская гостей в дом и ловлю приободряющую улыбку девчушки.
 
— Я поднимусь, приведу себя в подобающий вид, хорошо? — закрываю дверь за гостями. — Просто мы только проснулись с Робертой…
— Да, у нас будит десник.
— Что будет? — смеется мама Руса, поглядывая на меня.
— Девичник.
— Я севодня не поду в садик! — гордо задирает носик кнопка, — дедуся, а вы пливезли мне подалок? — ну вот, с места и в карьер.
— Простите еще раз за вторжение, — скидывает легкую курточку Римма.
— Ничего страшного, мы всегда рады гостям, Римма… — делаю многозначительную паузу, и женщина правильно ее трактует.
— Павловна. Римма Павловна. Муж — Данил Дмитриевич.
— Отлично. Римма Павловна, Данил Дмитриевич, располагайтесь, хозяйничайте, я скоро вернусь.
— Хорошо, ждем.
— Здем, — летит в след от Ромашки, когда я уже сломя голову несусь в спальню.
Черт, черт, черт, черт!
Залетаю в спальню и прислоняюсь спиной к двери, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Блин. Я ведь совершенно не знаю, как себя вести с родителями Руслана. Вот прям совершенно. А что, если я им не понравлюсь? А что, если сделаю что-то не так?
Хватаю мобильный, уже набирая номер Руса, собираясь позвонить, но тут же одергиваю себя.
Он на работе, у него важная встреча, да и, в конце концов, мне не пятнадцать лет, должна уметь сама решать проблемы. Да и трусихой вроде никогда не была.
Вдох-выдох, спокойствие, Алиса. Только спокойствие.
В крайнем случае, у меня есть Ромашка. Маленький ураганчик умеет мастерски рассеивать неловкость.
Да и если мы серьезно настроены пожениться, то рано или поздно знакомство бы все равно состоялось. И уж лучше так, “сюрпризом”, чем замирать в ожидании и накручивать себя.
  
Глава 59. Руслан
 
— Как насчет выбраться за город на следующих выходных? — заходит в кабинет Марат, кидая на стол документы. — Устал сидеть в городе, хочу отпуск.
— Кто тебе мешает? — усмехаюсь, хватая пиджак и сгребая со стола мобильный. — Бери да вперед.
— Я не хочу ехать один. Может, вы с Алиской да Ромашкой?
— Куда делись все любовницы?
— Надоело, — отмахивается дружище, устраивая свою пятую точку на моем рабочем столе. — Смотрю на тебя, и от этих баб-однодневок уже воротит. Еще немного, и я признаюсь, что завидую, — усмехается Левашов.
— Все в твоих руках, — хлопаю друга по плечу.
— Меня с моими загонами ни одна не вывезет. Терпения не хватит, — выходит следом за мной из кабинета Марат, ероша шевелюру пятерней.
— Кстати, о загонах. У нас тут Нелли нарисовалась снова на горизонте, — говорю, прежде чем успеваю себя остановить. Хотя Левашов уже давно для нас с Ромашкой стал едва ли не членом семьи. Да и если бы не он, черт знает, какая бы жизнь личная у меня была сейчас.
— Что ей опять надо?
— Беременна, — выпалил, нажимая кнопку нужного этажа. — Говорит, от меня.
— Беркутов, — сжимает кулаки друг, — если ты снова спутаешься с этой стервой и обидишь Мальцеву, я тебе точно в рожу дам.
— Не кипятись, — усмехаюсь, — во-первых, Алиса знает. Эта змея подловила нас в кафе и прямо там выложила при ней свои бумажки. И во-вторых, я больше чем уверен, что либо ребенок не от меня, либо его вообще нет. Теперь осталось придумать, как ее на чистую воду вывести.
Двери лифта характерным сигналом сообщают о прибытии на нужный нам этаж, и мы с Маратом выходим, держа курс на парковку.
— Это как? Ты не помнишь, спал со своей бывшей или нет?
— Я был вдрызг пьяный. Я в тот вечер и имени бы своего не вспомнил. Но уверен на все сто процентов, что не залез бы на эту… кхм… в общем, а вчера состоялся любопытный разговор с Ниной Федоровной, и она подтвердила мне мои догадки. — Закидываю пиджак и портфель на заднее сиденье Доджа и ловлю задумчивый взгляд друга. — Теперь мне нужно в этом убедиться.
 
— У тебя вообще бывает в жизни все спокойно?