Оказалось, это не мой выбор (СИ)

— Вампирша, я-то тебя и искал, — дрогну…
— Ч-ч-что случилось? Хозяин? Я чем-то провинилась?! Простите меня! — он был зол. Нет, Герой был в бешенстве, как Цербер, который не смог удержать жалкую и слабую душонку в царстве Ада.
Нужно быстро вспоминать чем же я так ему насолила? Ещё ж не успела, или все же… Нет, не должна.
Упав на колени, я зажмурилась. Убежать от него у меня вряд ли выйдет, слишком уж он быстр, и тогда уже не посмотрит на меня как на девочку. Будем давить на жалость!
С теми же закрытыми глазами я встала в молитвенную позу на коленях, мои уста были готовы выдавать хвалебные оды в его честь.
— Э, Вампирша… ты… перестань ладно? — что-то не так. Но я никак не пойму, что. Как-то неправильно Герой себя ведёт, будто не хватает того, что сокрыто. — да блять, Вампирша, харе мне тут кланяться, я не церковь.
— Я поняла! — теперь мне стало понятно. На секунду пропало то, что всегда было наяву. Как коронная фраза придворного шута, Хозяин был сердит вот и не матерился. Видимо я спасена.
— Ты чего так задрожала? — присев около меня на колено, мне даже показалось, что он искренне забеспокоился. Подняв взгляд, мне непременно встретиться его. И он был безразличным. Слова не сходились с лицом. Все равно что, хвалить за успехи совершенно не скрывая отвращение на лице.
— А… — находиться рядом становиться все неприятнее. Вчера же все было в порядке, так почему он так изменился? — с вами что-то случилось?
Как можно более трепетно спросила я. Попытка не пытка, так сказать. Нужно узнать, что случилось из первых уст, тогда я возможно я смогу… вернуть все на свое место.
— Ты на вопрос вопросом решила ответить, а не зажирно для тебя? — и опять меня словно молнией ударило, неприятное чувство от всепроникающего взгляда Хозяина. — Впрочем, случилось то, чего я долго ждал, я распрощался со своим кошмаром.
Недолго думая, я прильнула к нему, обернув свои руки около его руки. Последняя версия обороны против таких как он.
— Опять ты за своё, — тихо прошептал Хозяин.
— А? — о чем он? Он уже понял, что я его контролировала? Или нет? Тогда от чего он очнулся? — вы, о чем?
— Забудешь, — небрежно сообщил мне Хозяин. — я к тебе по какому поводу пришёл, ты случайно не видела моих трусов, а то в последнее время они у меня кончаться начали.
Он совсем глупый? Мой Хозяин… он производит впечатление не слишком умного человека, по крайней мере когда начинает открывать рот. Его поведение странно, для этого мира, возможно для него оно и было нормой, но не здесь. Тем не менее эта совокупность разных его недочетов в миг перекрываются его плюсами. Сильный, красивый и верный. Смешавшись в водовороте ума, они создали его — Хозяина. Но вот беда, некоторым этого мало, и они решили перевоспитать человека. Взрослого парня, с уже устоявшимися ценностями, да они могут быть ошибочны, как например, нежелание убивать детей или даже скорее девочек. Но, мне ли жаловаться на такой подарок судьбы? Не часто вампиры становятся спутниками герою. Я должна уберечь его шарм, не давая его изменить, ведь чтобы что-то перестроить сначала нужно это уничтожить.
***
— Они ушли.
На невысоком холме стояла женщина, её волосы золотого цвета немного покачивались из-за небольшого ветерка. Необычной красоты была женщина, хоть и с морщинами, но с потрясающей фигурой.
На руках у неё покоился ребёнок, практически новорожденный. Своими мутными глазами он смотрел точно в ту же сторону что и женщина.
— Прекрасно, — на холме, опершись спиной о дерево так же стоял один человек, мужского пола. — ты все же не сумел его победить, какая жалость, — прошлое слово было сказано с иронией, черноволосый парень был не радужным.
— Прости, я знаю, как тебе хотелось бы избежать встречи с ним, — виновато произнес малыш. Мать малыша участия в разговоре не брала.
— Три года ты мне подарил, так что уже не так критично, — отстранившись от дерева он подошел к матери с ребенком. — хотя я думал ты посильнее будешь.
— И что теперь? Я не исполнил свою часть уговора. Убьешь меня? — в руках черноволосого была бутылка. Стеклянная бутылка, без этикеток или марки производителя.
 
— Нет, я не какой-то там классический злодей, — его губы тронула улыбка. — убивать своих подчинённых за то, что они физических не могли сделать глупо, тем более, я уверен смерть для тебя была бы только в радость, — на миг он замолчал, медленно крутя бутылку в руке, мужчина осмотрел малыша ещё раз. — ты все ещё не видишь?
— Лишь образы, зрение все ещё физиологически не сформировалось, — столько было лет малышу.
— Хах, Героем ещё себя называет, а ты гляди вон, какой слабак, — нет, эта усмешка была не над героем, она была приободряющей для малыша.
— Слабак слабаком, но убить я его так и не сумел, а он так и не понял до конца всю подноготную, — даже для Первородного это была изматывающая битва.
— И то правда, — мужчина вгляделся через километры от себя он четко видел Героя и его спутников. — какой же там ёдренный коктейль, ты нагадил ему в конце не так ли?
— Если это так можно назвать, на деле же вернул то что было его изначально.
— И это надломило его, хм, может тогда я и сумею с этим что-то сделать, — он, приставив палец к подбородку.
Осмотрев ещё раз малыша, мужчина вздохнул. Тяжелый вздох был знаком Первородному, так люди тянут время, когда не хотят что-то делать.
— Давай без колебаний, Зло.
— Верно, у меня и есть такое звание, от которого мне день ото дня не легче, — вновь тяжело вздохнув, человек с титулом Зло, поднял глаза к небу.
— Этот мир давно прогнил, нет нужды делать для него хоть что-то, — маленькие губы малыша говорили намного более взрослые вещи.
— А я попробую. Исполню желание одной девочки, и все. Всего одной, думаю, мне это по силам, — меланхолично он провел рукой по бутылке. — я бы хотел показать тебе настоящий мир…
— Нет нужды, я хочу покоя, — по младенцу не скажешь, но ему уже очень много лет.
— Как пожелаешь, свои обещания я сдерживаю, — подходя к малышу мужчина знал, что сейчас случится.
— Не вини себя, это я выбрал ложь, — попытка была безуспешна.
— Возможно и так… пусть, сладких снов, — кивнув своему подчинённому мужчина отошел от того на несколько шагов.
Бутылка же те временем засветилась светло-багровым светом. Даже при свете дня, она казалась ослепительнее самого солнца.
И свет отступил, оставляя мужчину одного. На месте где секунду назад стояла мать с ребенком осталась только бутылка. Такая же пуста, и столь же прозрачная. Казалось с ней ничего не случилось, исчезли только люди.
Подойдя к сей бутылке, черноволосый поднял её.
— И пускай, я останусь в иллюзии, я буду мечтать о свободе, — сжав ладонь сильнее бутыль треснул. — Это видимо не про тебя, впрочем… я… тоже выбрал бы сладкую иллюзия на замену этого помойного мира.
Подул сильный ветер. Тот, что уносит в небеса.
  
Глава 16
 
Как прекрасен небосвод. Неспешные облачка всевозможных форм и размеров, плавными движениями направлялись в неизвестном направлении. Словно всезнающий монах, который уже давно отрекся от всего мирского, одетый в тряпки, и с тростью на перевес, решил под конец жизни путешествовать по миру. Неспешно, неторопливо, медленно переставляя ноги, он двигался в известную лишь себе сторону. Его тело немощно, поскольку питается он лишь святым духом, его движения медлительны, потому что возраст уже не тот. Но на его сердце спокойно как на поверхности чистейшего озера, а лицо сияет той самой загадочной улыбкой. Улыбка эта была не фальшем, она не навеянная сиюминутными эмоциями, она вечна. Он просто идет. Не имея цели, он движется вперёд. Знакомится с новыми людьми, помогает им, становиться уважаемым мастером, но не останавливается. Его жизнь, словно белоснежное облако. Возможно конец его пути будет трагичен, и он накопит в себе всю гниль человечества, обратившись в шторм, а может он развеется так и не оставив ту улыбку с которой начал путешествие.