Оказалось, это не мой выбор (СИ)
— Прости Люд, я что-то вскипятился немного, — даже провинившийся взгляд этой торпеды в жопе казался, мне неестественным.
— Людмила, тебе и вправду не стоило их останавливать, мне кажется наш гость не слишком жалует приключенцев, — на пониженных тонах, уйдя в басы, словно топовый диктор, который одним своим голосом пытается заставить девушку намокнуть до нитки, Пол, взглянул на неё из-под своей чёлки.
Вот, чтобы вы понимали, в каком астральном ахуе, нет, трихуе, их же здесь трое, я оказался…
Стоило одной девке рот открыть не чтобы в него еду положить, как потекли все мальчики в радиусе двух метров.
«Ебаный по батарее, а я думал хоть лучник так сильно прогибаться не будет, мне показалось он самый суровый».
И не то, чтобы было из-за чего течь. Я по дороге сюда красивее видел, да что там говорить, в храме монашка была в несколько раз изящнее неё. Я не принижаю красоты девушки…
Её каштановые локоны, которые ровным водопадом доставали до лопаток, симметричные черты лица, достаточно подчеркнутые глаза, и приятный оттенок розоватой кожи хороши, но ведь тут невооружённым взглядом заметно косметику. Да и тело у неё… Ладно из-за стола я только грудь и видел, но даже она не дотягивает в пышности.
Да, видимо слова о «принижаю», все же были таковыми.
— А, — я первый, кто отлип от созерцания её тоналки. — Люда права, я имел ввиду другое.
— Ну вот, видите? — парни кивнули, словно и вправду увидели что-то.
По очереди, но они начали отлипать от средненькой красоты девушки. Именно тогда, ко мне в голову пришла одна занимательная мысль на этот счёт.
«Может, из-за того, что здесь все на пять звёзд, те, кто уже на три и ниже считаются более уникальными?» А что, в моем мире не так и много красивых и подтянутых людей, конечно с эстетической точки зрения, нам, обычным смертным, не придерживаясь охуенного питания и режима, привычно смотреть на таких же «середнячков». Но в мире где середнячок это топ модель, что-то ниже может ли считаться красивым?
Пожалуйста, ну йобана в рот! Я ещё никогда так не пытался забыть о макияже девушки, стереть из памяти знания, зачем вообще его наносят.
И пока это у меня не получилось, я пытался хоть что-то вернуть на круги своя.
— Я неясно выразился, просто мне с моим телосложением явно не в авантюристы записываться же.
— Что правда то правда, — Жан не упустил момент усмехнутся над моим телосложением. — я на твоем месте вообще из богатенького дома не выходил бы, тут таким не место.
— Жан, это не красиво обсуждать то, о чем ты даже не знаешь, — очень странный повод, для новой заварушки. С одной стороны, лучник Жан, с другой Пол.
— А то ты не знаешь, только взглянув, с первого раза понятно, как жила эта бестолочь, ничего тяжелее ложки в руки наверняка и не брал, — и все под смешные хлопки по спине. Дружеские поддразнивания. Какой смешной комик вырисовывался.
Жан у нас шутник, оказывается. Что я ему сделал? Тоже ничего? «Просто так»?!
Рука сжалась в кулак, после чего я… Ничего не сделал. Поджал зубы и опустил голову вниз.
Я смотрел в пустую миску.
— Андре, ты не обижайся только, ладно, мы же не в серьез.
«А убить вас не в серьез я тоже могу?»
Болотные мысли только и успели промелькнуть в голове, как на неё опустилась рука.
Чужая рука.
— Эй, Жан, не надо тут моего друга обзывать, — Марк… я сейчас слезинку пущу, специально для тебя. — ты смотри как скривил его, негоже ж.
— Да, ничего страшного, — мой голос внезапно очень тихо звучал.
— Как ничего, нельзя такое с рук спускать, один раз пропустишь и все, пиши пропало, — никогда бы в голове не подумал, что Марк меня жизни учить будет. — Люд, ну хоть ты, могла бы помочь, герой ты или как?
А знаете, иметь таких друзей, от которых иногда хочется побыть подальше, все-таки полезно.
— Я наблюдала, как долго он выдержит, — и молвила царица народу «Вы бедны», и забрала она у них все что есть.
Боюсь Люда не понимает значения звания «Герой».
Ох, герой…
— Так вы герой? — у меня в голове словно опустело.
Все мысли разлетелись аки птички, которые спугнули этим словом. А когда первый голубь вернулся, он был весь черного отлива, и вообще не голубь это, а ворон.
Перед глазами пролетели события недалекого прошлого. Сердце забилось быстрее, не сбивая ритма, мне резко стало горячее, противнее.
— Да, героинесса, если быть точнее.
— Ага, — широко улыбнувшись, Марк взъерошил мне голову и отпустил, давая той подняться.
Наверное, все заметили, что дышать я стал чаще. — а ещё она с другого мира!
— Да ладно, — глаза метнулись к Люде.
«И вправду, не здешний вариант красоты, да и имя, несколько другое».
— Прикинь, у неё там есть, эти, как его, — щелкнув, он пытался найти помощи у зала, но сам зал даже вопроса ещё не слышал, поэтому он продолжал гадать и дальше. — ну как его?! Чёрт, забыл, — махнув рукой на бесполезное дело Марк быстро переключился на другое. — Люд, ты лучше тогда расскажи вновь ту твою историю!
— Да ну, вы её уже по десятому кругу слушать будете, — девушка храбрилась как могла.
— Нет, это и вправду хорошая идея, Людочка.
— Людмила, нам не важно в который раз, нам важен лишь вас голос, поэтому пожалуйста, дайте нам насладиться им подольше.
По спине прошли мурашки. Я ощутил лишь эхо его отлизывания. Он меня защищал, но эти их прогибы под неё я не пойму. Почему они вообще стиляться так перед ней?
— Ну ладно, уговорили, — а меня спрашивать не станете?!
Девушка начала свой рассказ, как ей казалось с самого начала. И если говорят «сначала», то будьте добры, начинайте. С большого взрыва она начала. Только как-то очень неумело, приплетала ко всему бога. Неискушенному библией и религией, наукой и естественной логикой, и вообще любой другой литературы, это бы может и зашло. Под пивко, в бреду от передозировки.
Сатанинские хуи по стенах, какой кошмар. Что за пиздец у неё в мире должен твориться, чтобы земля одновременно и круглая как шар, и на трех китах стоит, которые ещё с рептилоидами тусуются. В какой-то момент я перестал понимать, о чем она, сука такая, вообще говорит. Я что, на программу: «Чистейшая чушь, с директором Рэн ТВ попал?»
Что за Санта-Барбара с лором у неё твориться?! Мало того, что она берет разные мифы, приплетает из Скандинавии Тора и Греции Зевса! Она сделала их заднеприводными! Героинесса не останавливала этот бред ни на секунду. Так и поверил, что ей было неохота рассказывать об этом.
Соединить несколько разных мифов о сотворении мира она сумела на пять, в степени минус один.
Я такого бреда давно не видел и уж тем более не слышал. И ведь, перед её гаремом из парней, только попробуй отвести взгляд или зевнуть, тут же по ногам дадут. Так что, под конец, я не знал куда деть глаза. С одной стороны, у неё в рассказе столько понамешено, что хуй кто разберет этот клубок. Но вот с другой, чем ближе к реалиям современности, тем меньше было отсебятины, это чувствовалось в её манере речи. Сначала бодрый, а как только начинался разговор о мировых войнах, так понемногу тот становился более грубым и неприветливым. Оно и ясно, ведь как выяснилось, детство девочки припало на конец третьей мировой. И тут уже язык не поворачивается сказать что-то против.
Её родная планета настолько загрязнена, что на самой поверхности образовался некий туман, очень ядовитое вещество. Так же выжившие люди живут в таких высоких столбцах.
«Ясно, почему её рассказ такой…»
А чего я хотел от человека, с постапокалипсиса? Точное знания, которыми он не обладал? Она не знает, что и как было в старые времена, просто решила соединить все что когда-либо читала и слышала.
Мда-уж, вначале было бредом сивой кобылы, а под конец слезодавилкой.
После окончания, мы ещё несколько минут просидели и тупо таращились в зал, откуда на нас лился шум.
— Ладно, спасибо вам всем, ещё раз, — тут был мой выход. — было очень интересно, — отдельно отметив себе не приближаться к ним, я решил идти на выход.