Оказалось, это не мой выбор (СИ)

Его глаза заговорили языком эмоций. Страх поселился на этой маленькой мордашке. Заострённые уши припустились, губа оттопырилась, а ноги его подкашивались.
В противоположность я, был во время триумфа. Этот мелкий дрожал всем телом, пока на моем лице бушевала улыбка.
— Ну вот и все, хуйня из-под ногтей, тут-то тебе и пиздец…
Он пискнул, а после я накинулся на него и словил руками.
— Эдуард, что это было? — Мавка, говорила недовольно. Её голос сочился неприятностями.
— Это все гномик!
— Гномик?
— Да, маленький гномик, который украл у меня носок!
Мавка опустила голову, к моим ногам. Одного носка не было, второй был дыряв.
— Допустим… — приложив руку к лицу, недобро покачала головой Мавка. Мне не верили, что есть гномики? Я в магическом мире или как?
— Вот, если не веришь, посмотри! — протянув две ладоши, который собраны в тайник, я начал медленно его раскрывать.
— Тут нет никаких гномиков, — самодовольная улыбка сошла на нет. А глаза осмотрели руки. — зато тут есть носок, и зачем только устраивать это представление? Понять твое горе возможно, но разве только из него проистекает твое поведение? — Мавка потирала лоб. Её молодое личико, ничуть не помрачнело. — плотские утехи не главное в жизни, убиваться из-за них не стоит, так более, так… позорно.
"Всмысле?", Она слышала? А как? А… а, в пизду Мавку и других, главное, что носок вернул.
— Забили, — я небрежно махнул рукой, когда перестал видеть того гномика. Он исчез, но без моего носка. Это победа, мама, папа, гордитесь мной.
— Тогда, я проведу тебя к твоей комнате, — не то, чтобы я нуждался в этом теперь. Соображалка привыкает. Ещё месяц, второй и буду как ровный.
— Да, спасибо, — дак, кто ж откажется? Мавка, как девушка мечты, совсем идеальна.
"Я же её скинул". Как гром среди ясного неба, ударила мысль. Мне тут же стало неловко. Я её толкнул… а ещё то, что было вечера. Как прежде пообщаться не получилось, ситуация изменилась.
Вот и получилось, путь назад состоял из молчания, неловкости и желание попросить прощения.
— В общем, спасибо тебе.
— Не за что.
Внизу.
Я потянулся за тем самым гномиком. Он стоял рядом с Мавкой и пялился на меня. Появился внезапно, так же, как и исчезает. Руки потянулись сами, честное слово.
— Ой, — Мавка упала на спину и начала изображать перекати поле.
А, нет, не изображать.
— Бля! — я побежал за Мавкой которая упала, и начала катиться по ступенькам вниз.
Громкие глухие стуки сопровождались "Ойканиями" от меня самого.
Лестница должна, рано или поздно закончиться, и лучше если бы она закончилась рано. Мавка была в синяках и пыли. Как она так умудрилась? Может решила устроить генеральную уборку? Начиная с лестницы… да, так и есть.
Потирая голову, на месте легкого ушиба, она… не убирала улыбки. Она осталась все такой же легкой и приятной. Нет, теперь уже язык не поворачивается назвать её приятной. Скорее, улыбка которая не сулит мне ничего хорошего.
— Прости, я случайно, — присев рядом, мои руки тут же метнулись помогать ей подняться.
— Не надо извиняться, все хорошо, я сама виновата, что не уследила, — услышав эти лживые слова, мне как от сердца отлегло. На груди стало легче.
— Тогда, я пойду.
Она сама виновата, даже Мавка признала свою ошибку. Все ведь их совершают. Насколько бы идеальным существом на деле ты не являлся, ошибка — это закономерный итог действий.
Обычное развитие событий неминуемо приводит к конфликту.
И все же, что за гномик, и зачем ему мой носок? С его ростом можно подумать, тот будет его носить как одежду. Может домой тащил для чего другого. Может он ест мои носки? Как моль. Большая и доставучая моль.
Каждый шаг вперёд заставлял вдыхать носом воздух чистого дерева. Аромат дерева уже совсем не принимался, я его игнорировал и больше не чувствовал. Только сейчас нос пробило.
До этого как-то без него жил. Запахи заныли, завыли и расцвели всем своим разнообразием.
"Ахуенное разнообразие. Лишь дерево."
А что я ещё хотел унюхать? Свой носок? Вот этого я хотел бы избежать. Парфюм? Так им здесь никто не пользуется.
 
Открыв скрипучую дверь, я вошёл в комнату.
"С добрым утром… блять".
Зачесав свою репу, а точнее локоны, которые уже начали лезть в глаза, я взял одну прядь и растянул её на всю длину.
— Росту, — мой рост не изменился. Как… обычно. Даже в этом моменте, я обычный. Я думал хоть старение прекратиться. В этом мире, мне уготована участь чёрной овечки, не знаю долго ли смогу бегать было бы неплохо, если про меня бы забыли. Никто и ничто больше бы не знало меня, и я мог бы беспрепятственно бродить по миру.
Остановился бы в каком-то городке, стал бы неким рассказчиком или художником. Со временем где-то да осел бы, подучился ремеслу и стал бы своим. А потом… влюбился бы в красивую деву не без небольших трудностей, но мы бы выбили себе кусок своего счастья, я уверен. Она бы родила мне троих красивых деток, Сына, дочь и ещё сына, почему бы нет?
Не время придаваться дурным мыслям. Такие желания настолько обычны и клишированы, что даже смешно. Ха-ха. Да вот так смеются с них все.
Эшли лежала в кровати, укрыта простынёй и завернута в калачик. Алиса лежала там же, где и была. Ни на миллиметр не двинулась.
"Ох, а ведь если Эшли спит сейчас на кровати… она ведь и раньше на ней спала?"
В смысле, я проснулся, и она была рядом, прямо лицом к лицу спали? Почему-то я тронул свои губы. В голову без стука, как пьяница ввалились мысли:
"Меня же не трогали? А я никого не трогал?"
Это ведь так и работает. Я, наверное, спал и во сне видел зефирки или пудинги в которые нырял лицом! Да, точно! Или же это она надо мной надругалась. Из-за обиды и злости делала со мной всякие непристойные вещи.
Если это так, то я должен отплатить сполна. Вернуть гордость, запятнанную гнусными мыслями моей подчиненной.
Подойдя поближе к предположительной жертве, я присел на уголок кровати. Уже тут я услышал тихое сопение. Оно отличалось от вчерашнего, было ровнее и спокойнее словно её ничего не заботит и не тревожит.
— Какая милая, — губы бесхитростно изогнулись в улыбке. — Что я вообще делаю?
Как сел. Так и встал. Желание пропало, как только вспомнил вчера. Да уж, какая сильная блокировка моих фантазий.
Пройдя пять шагов вперёд, я обратил внимание на Алису. Она спит или нет? Её небольшой бунт вчера был и вправду как черная нитка на красном платье. Как-то теряется.
Не слишком ли жестоко я поступил? Она ведь меня ещё больше возненавидит. Зло на зло. Это не математика и минус на минус не даст плюс.
Что же с ней делать? Надо же как-то вернуть её. Мое выживание завязано на ней. Ключевой боец ненавидит меня. Херовый из меня лидер.
Вблизи она конечно милая, как кошечка. Покинутая, одинокая и отвергнутая кошечка, которая на любую лесть с моей стороны выпускает когти и начинает шипеть.
Такого котика никто не захочет брать к себе. И я не хочу. Но приходится делать то, что не хочешь даже если это тебе вредит.
— Отменяю все что говорил вчера, — сегодня я попытаюсь стать более толстокожим. Включим режим ОЯШа и будем косить под деревенского дурачка. Считай Алиса — цундерка, в которой преобладает садистская часть. Почему нет? Так ведь и есть, Алиса это один архетип, садистка которая тайно тебя любит, Эшли второй, веселая и никогда не унывающая добрушка, которая не предаст и не обманет.
Вот бы фантазии претворялись в реальность по щелчку пальцев.
Отойдя от Алисы, я принялся наблюдать, как она начала пробуждаться. Распластавшись как лужица по полу, она начала растягиваться, зевая по несколько раз. Я даже невольно поддался этому позыву и зевнул.
 
Её тонкие руки пошли по всему телу. Ощупывая себя, она со временем нащупала венок на голове. Тот, который я отдал ей. Взяв его рукой, он тут же отлетел к моим ногам.