Интеллигент(ка) для ночных утех (СИ)

– Ну так возьми, – усмехается, издевается. Думает, что испугаюсь? Думает, что не возьму?  
Я хорошо подумала перед тем, как сюда прийти. Так что нет милый, ты больше меня не спугнешь! Мой будешь, до последнего вздоха, пока живешь – мне принадлежишь! Пока дышишь – ты моя собственность! 
– И возьму, – в глаза его смотрю и резко рубашку в разные стороны дергаю, пуговицы летят на пол, а я пальчиками по его торсу скольжу. – Сколько раз захочу, столько и возьму! 
Он смеется, запрокидывает голову назад и заходится в громком смехе. А я не теряю зря времени, хватаюсь пальчиками за ремень его брюк и расстегиваю его. Скольжу ниже, моя рук проникает под резинку боксеров, и я обхватываю пальчиками мощный ствол, огромную дубину...  
– Нашла конфетку? – Он продолжает меня подкалывать, глазами своими чернеющими прожигает меня. Смотрит так как будто сожрать хочет и зубы скалит.  
– Нашла дубинку, – все–таки не выдерживаю и огрызаюсь. Он меня провоцирует, заставляет ему отвечать. Что за демон? Не человек, а сатана!  
– Ну тогда тебе придется ее обслужить, – резко подхватывает меня под бедра и несет к дивану.  
Он опять берет ситуацию под свой контроль, дал немного поиграться и тут же отобрал игрушку.  
Опускает меня на диван и жадно глазами пожирает. Секунда и он уже полностью голый.  
– Красивая, возбужденная, готовая на все, только бы на хер мой запрыгнуть, – пошлые слова, грязные, но меня они возбуждают. От его слов завожусь так, что самой стыдно становится.  
Он упирается коленями по обе стороны от меня и начинает двигаться вверх. Распахиваю глаза, не понимаю, чего он хочет.  
И тут он обхватывает свой ствол рукой и начинает им с сосками моими играть. При этом в глаза мне смотрит, каждую мою эмоцию ловит.  
– Трахну так, что отсюда на своих двоих не выйдешь, – сминает мои груди руками, собирает их в кучку и начинает членом между грудями толкаться... Господи, что он творит? Почему меня это так возбуждает? Каждый раз его член практически мне в рот утыкается, и когда очередной раз головка его члена так близко к моим губам я не выдерживаю и языком по ней скольжу.  
– Ты только обещаешь, трахнуть, а на деле одна болтовня, – снова огрызаюсь, провоцирую его.  
– Голодная? – Андрей сжимает челюсти и дает мне пройтись языком по его члену, потом снова двигается назад, а потом вперед.  
Секунда и он отстраняется, подхватывает меня под спину и резко переворачивает, ставит на колени, мнет руками ягодицы.  
– Я привык выполнять обещания! 
Громкий стон срывается с моих губ, когда он входит в меня резко, быстро, во всю длину, заполняет меня полностью собой...  
– Кричи, принцесса! Хочу слышать, как ты стонешь моё имя! 
  
84.Юля
 
– Ну как Вам? – Женщина хлопает в ладоши и смотрит на меня безумными глазами.  
Я конечно все понимаю, но мерить платье по цене квартиры мне кажется уже слишком!  
– Платье конечно шикарное, – я начинаю заходить из далека. Платье и правда шикарное, красивое, элегантное, но...это же ведь просто платье? Кусок белой ткани, из которой сделали предмет одежды. Оно не обшито золотом или бриллиантами за такие деньги. – Но я бы хотела посмотреть что–то... попроще.  
Выдавливаю из себя улыбку и вижу испуг на лице консультанта. Господи, она так изменилась в лице, как будто я ей почку предложила мне продать.  
– Это же Вера Вонг! – Женщина пищит так, как будто я ее только что оскорбила, при чем конкретно так.  
– И что? – Пожимаю плечами и улыбаюсь. Не вижу ни единой причины отваливать такое бабки за то, что это платье от известного дизайнера. Оно мне нужно на один вечер и то только потому, что на моё предложение отпраздновать скромно и без гостей, Андрей посмотрел на меня как на идиотку.  
– О, Господи, – она хватается за сердце и присаживается в кресло, а я разворачиваюсь к зеркалу и снова начинаю рассматривать себя в этом платье.  
Оно шикарное, просто бомбезное – на пару снимков и для того, чтобы покрасоваться в нем пред зеркалом. Но вот для того, чтобы в нем действительно выходить замуж, а потом еще и гулять пол ночи оно совершенно не подходит.  
 
Юбка этого платья настолько длинная и объемная, что под ней как минимум пять детишек может спрятаться и то их не сразу обнаружат. Куча подъюбников и ужасный вес этого платья говорит о том, что я смогу в нем сделать максимум шагов десять, а после столов, музыкантов и гостей придется тащить туда, где произойдет авария и невеста не сможет больше ступить ни шагу.  
– Хочу вот то, – указываю пальчиком на маленькое платье, до колен, очень симпатичное и элегантное, а главное удобное.  
– Но это же...  
Женщина снова громко вздыхает, а я начинаю злиться. Разворачиваюсь к ней, конечно, не так быстро, как бы мне хотелось, потому что, для такого движения приходится попыхтеть.  
– Еще один намек с Вашей стороны на то, что у меня проблемы со вкусом и я уйду из вашего салона ничего не купив, – складываю ручки на груди и сурово смотрю на женщину. У той лицо сразу же бледнее и она, оторвав свой зад от кресла быстро несется к платью, на которое я указала пальцем.  
– Юлечка, но это же не свадебное платье, – мама шепчет мне на ухо очевидную информация, а я закатываю глаза к потолку. От какого черта?  
– Оно белое? – Улыбаюсь, и смотрю маме в глаза.  
– Белое, но...  
– Значит свадебное!  
Оглядываюсь по сторонам в поиске Андрея. Ну куда он опять запропастился? На нашей свадьбе куча народу. Снят самый шикарный ресторан, денег выкинута просто уйма и я все еще не понимаю ради чего такой размах. Меня то и дело постоянно фотографируют разные люди на профессиональные фотоаппараты, и от этого моё настроение еще больше понижает градус. Скорее всего, это журналисты, которые потом выставят мои фото и тоже обосрут моё платье. А мне в нем удобно, и я совершенно не понимаю какого черта ко мне все с ним привязались!  
– И где вообще отец? – Разворачиваюсь в сторону дороги и высматриваю его машину. Папы нет, он не успел в ЗАГС. Сказал, что приедет прямо на праздник и уже как пол часа я его жду, а отца все не видно на горизонте.  
– Скоро будет, он забирал для тебя подарок, – мама тепло улыбается и поглаживает меня по руке.  
– Ну зачем? Я же вам сказала, что не нужно, – сердце больно сжимается и мне не нравится моё состояние. Тревога охватывает меня с новой силой, и я не могу понять от куда она взялась. Чувство того, что меня внимательно рассматривают, заставляет злиться. Скольжу взглядом по всем гостям, по машинам, припаркованным возле ресторана. И тут я застываю, превращаюсь в камень, пальцы рук леденеют, а воздуха категорически не хватает...  
Я вижу Сережу, который сидит в авто, припаркованном немного дальше ресторана... Он внимательно смотрит мне в глаза и не отводит взгляд. В голове гудит, я смотрю в его глаза и понимаю, что это все уже было... Я уже видела его в машине, видела этот ненавидящий взгляд, который как будто говорит о том, что я получаю по заслугам.  
Память выдает мне картину, тот ужасный день, когда произошел взрыв, когда Артем увозил меня оттуда. Я увидела Сережу... Он так же сидел в машине и гадко мне усмехался. Его глаза говорили о том, что он наслаждается моим горем. Что ему нравится все происходящее, что моя боль – его победа.  
Тогда он навредил Андрею. У меня почему–то ясно отпечатывается в сознании, что парень приложил к этому руку. Тогда он навредил моему любимому мужчине, значит и сегодня он приехал сюда не просто так... 
 – А вот и папа, – слова мамы меня отвлекают, и я разрываю зрительный контакт с Романовым – младшим, перевожу взгляд туда куда мама указывает рукой и вижу, как отец направляется к дороге. У него в руках огромная коробка и ему нужно лишь перейти дорогу, чтобы добраться до ресторана. Слышу, как заводится машина, звук мотора и до меня доходит зачем этот ублюдок сюда приехал. Перевожу на него взгляд и вижу, как он мне подмигивает, прямо как тогда...