Не люби меня (СИ)
— Простите!
— И не суетись! Больше хладнокровия! Ты сейчас сосредоточена на том, что значительно отстала по тренировкам. Забудь, выброси это из головы! После занятий я, конечно же, разнесу тебя в пух и прах и расскажу, в чём твои минусы, но сейчас думай об игре и только.
— Хорошо, постараюсь.
Я не слежу за временем, но кажется, что мы занимаемся дольше обычного. Моя спортивная одежда настолько мокрая, что можно смело выжимать.
— Ноги плохо работают, — признаюсь Илье Степановичу. — Устала.
— Это нормально. Единственное спасение в твоей ситуации — сильные удары, которые собьют точность сопернику и снизят угол разводки. Да, вот так. Десять из десяти! Последний удар, приготовься.
Кивнув, занимаю выжидающую позицию. К тренеру подбегает администратор и что-то уточняет, поэтому я расслабляюсь и терпеливо жду.
В какой-то момент появляется странное чувство, будто за мной наблюдают со стороны… Это нормально. Каждый желающий может прийти в теннисный клуб и посмотреть на игру и тренировки, чтобы для себя определиться.
Но в этот раз другое чувство.
Кожа пылает, дыхание становится глубже. Я непроизвольно перевожу взгляд на трибуну и ощущаю, как плавно парализует конечности, потому что на самом верхнем ряду сидит Ярослав, уперев локти в колени и пристально за мной наблюдая. В деловом костюме и белой рубашке. Красивый настолько, что взгляд отвести невозможно. Рядом с ним, на соседнем сидении, небрежно лежит букет цветов в бумажной обёртке.
Время замирает. Кажется, что кроме нас здесь больше никого и нет. Сердечный ритм сбивается, в висках отчётливо пульсирует. Он пришёл. Ко мне пришёл. С цветами. Понятия не имею, как он узнал, что я здесь, но это сейчас и неважно…
Илья Степанович резко отрезвляет, бросив мяч и сбив мою кепку на лету!
— Эй! — поворачиваю голову в сторону тренера, испытывая адский стыд за свой промах перед Яром.
Можно было и помягче поставить меня на место.
— За последнюю минуту тренировки снижаю балл с десяти до пяти, — произносит Илья Степанович. — Пять из десяти, Валенцова! Свободна!
— А чай?
Тренер поднимает взгляд на трибуну и хмурит брови.
— Иди уже. Мне больше достанется.
Глава 48.
* * *Я принимаю букет от Ярослава. Ошарашенно смотрю. Безумно красивые цветы — не какие-то там банальные красные розы, а нежные воздушные пионы. Обожаю их!
— Это мне? — задаю совершенно глупейший вопрос.
— Точно не тренеру, — отвечает Жаров. — Тебе, конечно. Шикарно играла, Пряник. Вот тебе и пять процентов из ста.
Я с трудом сдерживаю подбирающиеся к глазам слёзы. Всё настолько волнительно и неожиданно, что я никак не могу поверить. Эта тренировка и цветы...
Смотрю Яру в глаза, сердце заходится в бешеном ритме. Он прежний. Такой, как и раньше. Любимый, ставший уже родным за эти три месяца. И его жест тронул меня до глубины души. Надеюсь только, что это не прощальный презент? В груди отчётливо щемит, но влюбленная девочка внутри меня упрямо верит в чудеса.
— Спасибо. А ты давно за мной наблюдаешь?
— Минут десять.
— Как узнал, что я здесь?
— Мне позвонили из клиники, — поясняет Ярослав. — Отчитались по результатам реабилитации.
— Выкатили счёт?
— И это тоже. Басов сообщил, что ты на радостях сразу же записалась на тренировку.
На корт выходит группа детей. Тренер другой, поэтому он странно косится в нашу сторону. Я спохватываюсь, потому что, должно быть ужасно выгляжу. Как и Романова: вспотевшая, с красным лицом. Перед Ярославом становится стыдно за свой внешний вид.
Жаров видит моё замешательство и сообщает, что будет ждать в машине. Как только я переоденусь — поедем отмечать в любое место на мой выбор.
На радостях я влетаю в раздевалку, едва не сметая на своем пути других девчонок. Наспех принимаю душ и переодеваюсь в чистую одежду. Яр не бросает меня, всё хорошо. Поэтому настроение прекрасное и кажется, что ничто его не сможет больше испортить.
Высушив волосы, я внимательно смотрю на себя в зеркало. Выгляжу неплохо, но впервые становится искреннее жаль, что я не ношу с собой в сумочке косметику. Было бы неплохо подкрасить ресницы и губы, чтобы казаться как можно красивее. Для него.
Мы едем в ресторан на набережной. Заказываем горячее, салаты, десерт и алкоголь. Правда, пью только я, потому что Яр за рулём. Я делюсь своими переживаниями и рассказываю, как в целом проходила тренировка. Нога немного болела и усталость тоже присутствовала. Остальное будет видно завтра утром. Надеюсь, мне не придется собирать себя по кусочкам и пользоваться обезболивающим.
Прохладный морской ветер приятно остужает тело. Я подношу к губам бокал с вином и ощущаю, что пьяна. Не от алкоголя, а от всего происходящего в моей жизни. Прошёл тот ужасный и депрессивный период, когда я считала себя неспособной ни на что калекой. Когда стеснялась появляться на людях. Поверить не могу, что теперь это в прошлом.
Мы с Яром много разговариваем. Вернее, болтаю в основном я. Ярослав же внимательно слушает и лишь слегка улыбается. Возможно, я кажусь ему глупой и пьяненькой. Но в данный отрезок времени мне совершенно плевать.
После ресторана мы отправляемся в клуб. Там шумно и людно. Я выпиваю ещё один коктейль и начинаю танцевать, соблазнительно двигая бёдрами и чувствуя, как воспламеняется тело от взгляда Ярослава. Я точно знаю, что как только мы окажемся дома, то обязательно займемся умопомрачительным сексом. При одной мысли низ живота будто обдает кипятком.
— Поехали, — настаивает Яр, оказавшись за моей спиной.
Я вздрагиваю от неожиданности, но не подаю виду. Теплые ладони опускаются на мою талию, Ярослав прижимает меня к себе. Тесно-тесно. Я чувствую, как твёрдый член упирается в мою поясницу. Чувствую и сгораю заживо.
Музыка грохочет, танцпол переполнен. Но для меня существует лишь один человек во вселенной.
Домой мы едем очень быстро. Целоваться начинаем ещё в лифте. Яр просто зажимает меня в углу, поставив руки по обе стороны от моей головы. Его губы сначала настойчиво впиваются в мои, а затем горячий язык раздвигает губы и вторгается в мой рот. Две ночи игры в молчанку казались мне каторгой. И то, что Яр засыпал не со мной, тоже.
Жаров раздевает меня в прихожей. Стаскивает футболку, под которой, конечно же, нет белья. Расстёгивает пуговицу на джинсовой юбке. Я тем временем занята мелкими пуговками на его рубашке. Шумно стону ему в губы и провожу ладонями по крепкой груди и кубикам пресса. Да, боже мой. Всё снова вернулось на круги своя.
Яр подхватывает меня на руки и усаживает на тумбу в прихожей. Юбку задирает до самой талии, отодвигает в сторону трусики. Мы целуемся, словно сошли с ума. Одновременно. Голодно, ненасытно. Услышав, как Яр тянет молнию вниз, обхватываю рукой твёрдый тяжёлый член. Вожу по нему рукой, пока Жаров трогает меня между ног и чувствует, насколько я мокрая для него.
— Хочу тебя, — произношу почти жалобно. — Как я тебя хочу, Ярик…
Его губы буквально везде: скользят по шее, плечам, обхватывают чувствительный сосок. Я даже не пытаюсь стонать хотя бы чуточку тише. Он мой муж, а я его жена. И наши отношения определенно давно вышли за пределы фиктивности и искусственности. Всё по-настоящему, по-взрослому.
Жаров надевает презерватив и упирается головкой между половых губ. От нетерпения я ёрзаю бёдрами и смотрю в карие глаза с расширенными зрачками. Чувствую, как они затягивают в самый опасный омут, из которого так просто не выбраться. Ни за что.
— Горячая девочка, — говорит Яр, входя в меня одним резким толчком.
Из груди вырывается вскрик, тело начинает дрожать. Пальцы Ярослава сжимают мои бёдра так сильно, что, даже если захочешь, ни за что не вырвешься.
Он двигается размашисто и часто, сталкиваясь с моими бёдрами и прожигая взглядом. Достаточно пары движений, прикосновений и поцелуев, чтобы взорваться от удовольствия. Оргазм сбивает меня с ног, уничтожает, разрушает. По вискам катятся капли пота, дыхание срывается. Я чувствую себя на седьмом небе от счастья! Могла ли я мечтать о подобном в свои восемнадцать? Лучший друг старшего брата. Взрослый, недоступный, холодный. Теперь он кончает одновременно со мной и прижимается своим лбом к моему, обхватив ладонью затылок и зарывшись пальцами в мои распущенные волосы.