Не люби меня (СИ)

Делаю рваный вдох-выдох. Пульс частит, а сердце работает на разрыв.
Сколько раз я представляла себе подобную сцену? Десятки тысяч! Только в моих фантазиях неизменно следовало продолжение. Яр снимал с меня белье, резко входил в изнывающее от жажды податливое тело. Вынуждая при этом повернуть голову и толкаясь в мой рот языком.
— Брак с тобой — как одно из условий, при котором я на вполне законных основаниях смог забрать тебя из дому. Как свою жену. Взяв полную ответственность за твою дальнейшую судьбу, — спокойно поясняет Яр. — Как видишь, проблем с потенцией у меня нет, Соня. Как и с ориентацией.
— Вижу, — отвечаю сиплым голосом.
— Я многим обязан твоему брату. Некоторое время назад он здорово меня выручил. Ситуация была хуевая, и, если бы не Влад, понятия не имею, получилось бы у меня выбраться или нет. Когда я говорил тебе о человеческих принципах, то подразумевал, что не стану портить любимую младшую сестру лучшего друга. Это не входило в мои планы, как бы ни хотелось. К счастью, с контролем и выдержкой у меня полный порядок.
— А твоя дубинка за моей спиной — это тогда что?
— Это физиология и абсолютно нормальная реакция на девушку. Я же сказал, что ты очень красивая, Соня.
Лицо и шея покрываются красными пятнами. Яр определенно не первый, кто говорит мне подобные комплименты, но почему-то из его уст это звучит как-то особенно. Хочется одновременно провалиться сквозь землю и повиснуть у него на шее. Последнее на веки вечные под запретом. Моих чувств не поймут и не оценят. Я ничего не значу для своего мужа. Наш брак — это о долге, об обязанностях и чести. Но никак не о любви.
Нужно старательно закрыть свое влечение к Яру на замок и спрятать ключ в долгий ящик за ненадобностью. Брать максимум из того, что дают. Возможность стать полноценным человеком, а не калекой, это уже хорошо и слишком дорого значит.
В комнату вдруг громко и часто стучат, отчего я дёргаюсь, а Яр лениво отстраняется и, развернувшись, выходит из ванной комнаты. Я наконец расслабляюсь и полностью беру себя в руки.
  
Глава 12.
 
* * *
Закрыв ванную комнату на замок, я принимаю душ и кутаюсь в белый халат. Выходить не спешу, потому что слышу за дверью мужские голоса. Кто бы там ни был — у меня нет желания кого-либо видеть. Лишь когда через пару минут разговор заканчивается, я решаюсь вернуться в номер.
Свет приглушен, лепестки роз безжалостно валяются на полу. Становится ясно, что заказывал всю эту романическую чушь точно не Ярослав.
Он сам лежит на кровати, уткнувшись в мобильный телефон. По пояс обнажен, остальное прикрыто одеялом. Его смуглая кожа резко контрастирует с белоснежным постельным бельем.
Обернувшись по сторонам, я понимаю, что кровать — это единственное спальное место в номере. Получается, другого варианта, как бы нам с Жаровым комфортно разместиться, нет и не предвидится. Что же. Если Яра ничего не смущает, если у него всё под контролем, то мне и вовсе бояться нечего.
— Кто приходил? — спрашиваю, забираясь под одеяло и ложась почти на самый край кровати.
— Твой отчим, — отвечает Жаров.
— Оу. И что он хотел на ночь глядя?
— Убедиться в том, что у нас всё в порядке. Он живёт этажом ниже. Слышал странный шум в ванной комнате.
Ах да. Бутыльки падали на пол с таким грохотом, что у меня вибрировали барабанные перепонки.
— И что он подумал? Будто я пыталась тебя убить? — шутливо спрашиваю.
— Как-то так. Он почему-то решил, что это твоих рук дело.
— Ну ещё бы! Кто во всем виноват? Только Соня!
Опустив подушку, я прикрываю глаза. Спать хочется очень сильно, да только получится ли быстро уснуть, когда рядом лежит полуобнаженный мужчина? А может, и вовсе обнаженный. Я точно не уверена.
Это впервые, когда я засыпаю не одна. Нет, раньше были парни, с которыми мы целовались и трогали друг друга, но к большему переходить не хотелось. В конце концов парням надоедали танцы с бубнами вокруг меня и романтические вечера заканчивались скандалом. Ситуация с Жаровым прямо противоположная. Он меня не хочет. Или хочет, но недостаточно сильно, чтобы наступить на чёртовые принципы. Впрочем, плевать. Я обязана сосредоточиться на другой цели. Первостепенной.
 
— Соня, он приставал к тебе? — неожиданно спрашивает Яр.
Я резко открываю глаза и поворачиваю голову в его сторону. Когда наши взгляды встречаются, то мне становится не по себе. Такое ощущение, что Яр пытается пробраться в мою черепную коробку и выпотрошить всё, что там имеется.
— Кто?
— Отчим.
— Нет, конечно, — отвечаю быстро. — Я девственница, Ярослав.
— Буду иметь в виду, — кивает он. — Но я сейчас о другом. Было ли такое, что отчим пытался домогаться тебя, а ты сопротивлялась и защищалась, используя при этом сторонние предметы?
— Прекрати, — бормочу себе под нос и отворачиваюсь, укрывшись одеялом почти с головой. — Ты лезешь не в те дебри.
— Если захочешь об этом поговорить — просто скажи.
Ночь проходит беспокойно. Мне снятся какие-то кошмары. Лес, рычание хищных зверей и змеи. Первый раз я открываю глаза, когда на улице темно. Слышу размеренное сопение Яра, успокаиваю бешено колотящееся сердце. Безумно хочется, чтобы Жаров обнял меня и прижал к себе. Но спустя короткое время я полностью возвращаюсь в реальность и вспоминаю наш разговор в ванной комнате, мысленно навесив себе оплеух.
Всё кончено. Наша семейная жизнь... она так и не успела начаться. У Яра, возможно, будут другие девушки и женщины, с которыми он будет удовлетворять свою «физиологию». Он молодой, красивый, состоятельный. И ему всего двадцать шесть. В этом возрасте рано уходить в монахи и отказываться от секса в тот период, когда можно брать от него максимум.
Утром я с трудом разлепляю веки. Яр уже одет и разговаривает с кем-то по телефону, стоя на балконе и глядя на все ещё бушующее море. Скоро откроется пляжный сезон, в город нахлынет много отдыхающих. Ох, лето, шумные вечеринки и посиделки с подругами — так обычно проходили мои дни до того, как я получила травму.
Я была достаточно популярной девушкой в наших кругах. Со мной хотели дружить, встречаться и общаться. Увы, когда я сломала ногу и попала в больницу, долго не имев возможности нормально передвигаться, большая часть моих друзей резко отсеялась. Осталась только Жека, Вероника и Аня.
Встав с постели, я снимаю с себя халат и открываю сумку, где лежит сменная одежда. Переодеваюсь в футболку и джинсы. Именно в этот момент возвращается Яр и окидывает меня совершенно ровным взглядом.
— Спустимся позавтракать? — спрашивает он, плюхнувшись в кресло. — В ресторане сидят твои родители и остальные гости. Они хотят попрощаться.
— Я же не на другой конец света улетаю.
— Просто ответь: да или нет, — просит с легким раздражением в голосе Жаров. — Я могу отменить.
— Не нужно. Давай позавтракаем и после уедем.
Он кивает и терпеливо дожидается, пока я надену футболку и свяжу волосы в хвост. Смущение присутствует, но оно не настолько острое, каким было вчера.
— Я готова, — сообщаю Яру, повернувшись к нему лицом.
Он встает с кресла и подходит к двери. Возле неё… стоят мои костыли!
Чёрт, чёрт, чёрт! И когда он успел их принести? Неужели Жаров хочет, чтобы я прыгала на них к ресторану?
— Не буду! Нет, даже не проси! — испуганно заявляю.
Яр делает глубокий вдох и потирает ладонью короткую щетину. Заметно злится.
— Я нашёл на тумбе упаковку обезболивающих таблеток. Сколько ты выпила их за вчерашний вечер, Соня?
Я теряюсь и инстинктивно отступаю назад.
— Не знаю. Одну или две.
— А может, четыре? — спрашивает Яр, склонив голову набок.
— Может, и четыре.
— Охренеть, Соня.
— Это ничего не значит! — мотаю головой. — Нога не болит! Я пойду на своих двоих.
Представляю, как присутствующие в зале заметят вчерашнюю невесту и начнут шептаться. Вчера я так отчаянно пыталась не выглядеть калекой, а сегодня же… сегодня Яр пытается всё испортить!