Каттер (ЛП)

— Доктор Кэрри хочет, чтобы я проверила тебя и посмотрела насколько ты раскрыта. Ты не против, или тебе будет удобнее, чтобы это сделала Карен?
— Киган, когда я начну тужиться, ничто из этого не будет иметь значения. Ты раньше видела меня голой, так что давай.
Она уложила меня на спину и подогнула мои ноги, раздвигая их сильнее, чем я сама бы это сделала. Она разговаривала с Доджером.
— Доктор Керри объяснил тебе весь процесс раскрытия? — когда он кивнул, она продолжила. — Хорошо. Сколько было сегодня утром, когда вы приходили?
— Один сантиметр, — ответил за меня Доджер.
— Теперь уже три, и головка опустилась.
— Ты можешь почувствовать его голову? — спросил он полностью пораженный.
— Мхм, — она улыбнулась ему.
— Твою мать.
Я рассмеялась и покачала головой. Киган только что закончила осмотр и села.
— Думаю, когда начну тужиться, ему понадобится стул.
Киган засмеялась.
— Не дразни бедного парня. Для того, кто не знает, чего ожидать, он делает всё правильно.
— Я — грёбаный чемпион.
Мы покачали головами.
— Эй, ты можешь попросить доктора Росс спуститься и поставить эпидуралку, если доктор Кэрри не против?
— Уже готова к этому?
Я изогнула брови.
— Женщина, всё становится слегка некомфортным. По меньшей мере, я хочу почувствовать себя лучше.
Она кивнула.
— Хорошо. Сейчас вернусь.
Когда она вышла, Доджер пододвинул свой стул ближе ко мне и сел. Мы продолжали молчать и слушать сердцебиение нашего сына. Я сжимала его руку во время следующей схватки. Эта была особенно сильной, нежели остальные. Меня скрутило, и я мёртвой хваткой вцепилась в Доджера.
— Боже, как больно.
— На что это похоже? — с любопытством спросил он.
Как я могу объяснить это?
— Хм, ладно. Вообрази кого-нибудь берущего твои яйца и закручивающего их, как на качелях — шина на верёвке. Затем делает петлю из них, как будто связывает в узел и сильно тянет. А после этого, жестко оттягивает член, — он посмотрел на меня как будто я обезумела. — По-моему это наиболее близкое описание к тому, что происходит.
— Иисус, Мейс.
Я пожала плечами.
— Что? Это не похоже на отдых на пляже в Мексике с бокалом Маргариты.
Открылась дверь, и вошла Донна. Она уже была вся в слезах. Мне стало интересно, заплакала ли она еще до того, как приехала в больницу.
— Привет, милая, — она поспешила ко мне.
— Привет, мам, спасибо, что подождала пару часов, — поприветствовал её Доджер, но она не обратила на него внимания.
— Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо насколько это возможно.
— Тебе что-нибудь нужно? Еда из кафе? Кофе? Кубики льда? Вода?
— Мама, она в порядке, — улыбнулся он ей.
Я усмехнулась, но усмешку смыло, когда началась следующая схватка. Доджер приблизился с боку и схватил меня за руку в знак поддержки. Эта была еще более болезненная. Когда я отходила от неё, вошёл доктор Росс — анестезиолог, чтобы вколоть мне эпидуралку. Следом за ним шла Киган.
— Ну привет, Мейси. Я слышал, ты сегодня рожаешь, — попытался пошутить он.
— Вы все верно услышали.
— Я собираюсь отойти на нескольких минут, чтобы сделать пару звонков, — сказала Донна, обеспечивая нам уединение.
— Итак, ты готова к легкой анестезии?
— Я была готова, еще вылезая из машины. Фактически, вам следовало встретить меня еще в приёмной, — пошутила я. Он засмеялся.
Киган во всем ему помогала. Доктор Росс сказал Доджеру, что он должен присесть, поскольку он видел слишком много отцов, считающих, что они справятся с видом иглы, входящей глубоко в позвоночник. Когда он уколол меня, я почувствовала удар тока, проходящий прямо вниз по ногам, о котором он всегда предупреждал наших пациентов. Я попыталась не дергаться. Лицо Доджера стало белее белого. Я уверена, что сейчас он был благодарен за стул. Когда всё закончилось, они помогли мне лечь обратно на кровать, и Киган приподняла вверх мои ноги. Я начала чувствовать оцепенение от верха моего живота и ниже. Я чувствовала начало, каждой схватки, а затем всё проходило, как будто ничего и не было. Потребовалось примерно двадцать минут, чтобы эффект закрепился, а затем я уже ничего не чувствовала. Это были небеса. Чистые небеса.
Прошло несколько часов, и я дремала, пока люди заходили и выходили из моей палаты: проверяя капельницу, навещая Доджера и узнавая, продолжает ли укол свое действие. Когда пришел доктор Кэрри, прошло примерно шесть часов, с того момента как мы приехали сюда.
— Похоже сегодня день новорождённого, — счастливо произнёс он.
— Мхм. — Зевнула я.
— Вижу, что обезболивающее хорошо работает. Ты чувствуешь что-нибудь?
— Не-а. Вы можете воткнуть в меня вилку, и я ничего не почувствую.
Он засмеялся.
— Хорошо. Давай взглянем, как там обстоят дела. — Он сделал тоже самое, что и Киган. Осмотр был быстрым, и безболезненным. — Итак, ты почти готова. Девять сантиметров, головка младенца совсем рядом.
— Что вы имеете в виду, говоря «рядом»? — спросил Доджер.
— Это означает, что как только мы опустим ниже кушетку и подготовим всё для появления на свет ребёнка, Мейси, может начинать тужиться.
— Мне нужно присесть. — Доджер упал на стул.
— Ему могут понадобиться кубики льда, когда всё закончится, — подразнила его я.
Вообще, я была чертовски напугана. Я делала всё возможное, чтобы не показывать это всем вокруг, но я была до смерти испугана всем, что сейчас происходило. Вся моя жизнь менялась, и я не знала, что думать об этом. Все ощущалось, будто я находилась вне своего тела, будучи зрителем. Конечно я не ничего чувствовала, но тужиться до тех пор, пока малыш не появится, было единственной наиболее ужасающей вещью, которую я когда-либо испытывала. То огромное количество родов, что я видела или тренировки, не смогли подготовить меня к этому. Я собиралась встретиться с моим сыном. Пока Киган и доктор Кэрри делали всё то, что обычно делала бы я, если бы была в халате, я лежала и наблюдала, пытаясь управлять своим дыханием из-за волнения. Карен присоединилась к нам, зашла Донна, чтобы поцеловать нас Доджером и пожелать нам удачи. Приехали мои родители, чтобы поддержать нас, но они сидели в комнате ожидания. Я была уверена, что и Камден был где-то здесь, но предпочитал держаться подальше от палаты.
— Ладно, Мейси, если ты сможешь закинуть ноги в стремена, попробуй тужиться, чтобы мы смогли увидеть, как у тебя дела и надо ли сделать еще укол.
— Ага, хм, мы как никогда открыты для всех предложений. — Я попыталась рассмеяться как будто пошутила, но на самом деле это было так. Они развели стремена так широко, будто я собиралась сбежать.
Доджер стоял справа, его рука бессмысленно потирала моё колено, а Киган была с другой стороны, готовая мне помочь. Доктор Кэрри посмотрел мне в глаза и приказал тужиться. Я глубоко вздохнула, напряглась и начала тужиться изо всех сил.
— Стоп, хорошо. Больше не тужимся. Ты молодец, Мейси. Я вижу макушку малыша, он волосатый.
— У него есть волосы? — спросил Доджер.
— Ага. Тёмные волосы, — ответил доктор.
Доджер был шокирован. Губа Киган задрожала, но она старалась держать себя в руках. Я хотела бы что-то почувствовать, но не могла. Я старалась сконцентрироваться на том, что требовалось от меня.
— Думаю, нужно ещё пару раз потужиться, и он появиться.
— Вау, хорошо, — выдохнула я.
Киган и доктор следили за схватками по монитору и ждали, когда у меня начнётся следующая. Увидев, что одна на подходе, они сказали мне сделать глубокий вздох и тужиться так сильно насколько я могу. Мои глаза были плотно закрыты. Когда я услышала, что у Доджера перехватило дыхание, я поняла, что голова малыша вышла наружу.
— Ещё один маленький толчок, Мейси. Маленький, маленький, маленький… — повторяла Киган.
И всё закончилось. Сама я немного что чувствовала во время всего процесса. Я не могла ощущать боль из-за рождения моего сына. Я не могла ощутить жжение, которое чувствуют женщины, когда голова ребёнка пытается выйти. Однако, я почувствовала, когда малыш вышел из меня, и всё моё тело стало легким и свободным. Мои глаза распахнулись и посмотрели прямо на него. Доктор Кэрри очищал его носик, и вытирал животик тканью. Я взглянула на Доджера, слёзы текли из уголков его ярких голубых глаз. Я думала, что видела любовь в них, когда он смотрел на меня, но это было до того, как он посмотрел на своего сына в первый раз. Он полностью попал. Со всеми потрохами Доджера сделал этот маленький человечек. Он ещё даже не закричал, но уже с легкостью окрутил его.