Любовь по ошибке (СИ)

- Наверно, какие-то высшие силы шепнули, что надо, - Лена положила ладонь мне на живот, по миллиметру сдвигая ее вниз, и стало ясно, что долго разговор этот не продлится.
- Наверно. И когда Люба такое предположение сделала, может, даже и не всерьез, так, постебаться, что-то зацепилось. Особенно с учетом того, что наша встреча на выставке явно была не случайной.
- Ясное дело, не случайной. Я хотела с тобой встретиться. Вроде ненавязчиво. Ирка придумала, как.
Она рассказала, как еще зимой узнала от Ирины о ее работе на Макса и как сопоставила ту историю и то, что я говорил ей в ресторане. И надеялась хоть как-то помочь - на тот случай, если я ни о чем так и не подозреваю. И тут я окончательно почувствовал себя ослом и кретином.
- То есть ты хотела меня увидеть не потому, что я тебе понравился? - спросил я, грубовато, чтобы скрыть смущение.
- Ну... - задумалась Лена. - Понравился, но... - и тут же вывернулась: - Так ведь и ты ж у меня телефон не взял. Значит, и я тебе не понравилась.
- Глупая, - я прижал ее к себе так, что она пискнула. - Поэтому и не взял, что понравилась. То есть сначала совсем нет, а потом. Я же тебе рассказывал.
- Да, помню. Знаешь, Кирилл... Я себе за эти двое суток чего только не придумывала, а на самом деле все оказалось совсем иначе, - по голосу я понял, что ее обида до конца не прошла, да это было бы странно, наверно. - Мне даже в голову не могло прийти, что ты меня подозреваешь. блин, в промышленном шпионаже. Я понимаю, причина у тебя была. Но понимаю. рационально. А внутри.
- Прости меня, Леночка, - я не знал, как вывернуться наизнанку, чтобы она не только поняла это. - Пожалуйста.
- Кирилл, проехали, - она с досадой встряхнула головой. - Тем более не это было причиной. Вот мы сейчас говорим обо всем, а я не могу отделаться от мысли: как же все глупо, ведь мы чуть не расстались. Помнишь, ты стихи прочитал про птиц? А я сказала: не хочу, чтобы только на мгновение. Я правда не хочу. Черт!
Она резко отвернулась, и я понял: нацелилась плакать. И прошептал ей в ухо, с нажимом начертив пальцами треугольник внизу живота:
- Ленка, я читал, что женские слезы с точки зрения химии действуют как антиферомоны. На хрен убивают мужское либидо на подлете. Давай, поплачь, а я телик включу, кинчик посмотрю.
- Придурок! - так же резко повернувшись обратно, она треснула меня по животу, но я успел напрячь пресс.
- Ручки отобьешь, принцесса! Поехали лучше ко мне, а? У нас еще два дня и три ночи. Представляешь? Раскочегарим сауну, потом будем ночью в саду вино пить, а? Белая ночь, соловьи и озеро.
- У тебя и сауна есть?! - ага, фокус интереса сразу сместился. Это уже хорошо.
- Да ты там, кроме гостиной и спальни, ничего не видела. Есть. В подвале, маленькая. И джакузи. Поехали?
- Заманчиво, - Лена забавно выпятила нижнюю губу, которую сразу захотелось поймать зубами и прикусить легонько. - Но лениво. Давай завтра, ладно?
- Ленивец... зеленый.
- Почему зеленый? - ее руки словно против воли, сами собой, устроились у меня на бедрах. Как будто цепь электрическую замкнула. Отлично, love no war[1]. И к черту все обиды и непонятки. Они, конечно, не последние, но сейчас.
- Потому что водорослями зарос. И потому. что я тебя хочу!
- И где логика? - рассмеялась она. Заливисто и беззаботно, как девчонка.
- Зачем тебе логика? Факта мало?
- Какого факта? Вот этого? - деловито уточнила Лена, сдвинув ладонь на. факт. - Ничего так факт, годный. По крайней мере, на вид. Да и на ощупь тоже.
Это было уже слишком! То есть наоборот - в самый раз! Секунда - и я уже смотрел на нее сверху вниз. Наверно, единственный расклад, при котором неважно, кто на горе, потому что удовольствие от этого получают оба. А потом ее ноги скрестились у меня за спиной, словно показывая направление, и вся эта теория пошла лесом-полем.
Только практика. Только она - и я.
[1] Точнее, Make love, not war (англ.) - «Занимайтесь любовью, а не войной», антивоенный лозунг времен войны во Вьетнаме (1950-е - 1970-е гг.)
   
45
 
Елена
Просыпаться с улыбкой до ушей от щекотки поцелуев - что может быть лучше? Не думать ни о вчерашнем дне, ни о завтрашнем. Только о том, что вот сейчас - счастлива, счастлива, счастлива!
- Кофе, мадам? - Кирилл поставил на тумбочку подносик с двумя чашками и вчерашним полуувядшим розовым бутоном, торчащим из рюмки. - Я же тебе обещал, помнишь? Или не обещал? Или не тебе? Короче, неважно.
Я не удержалась от хохота. Фартучек с картой Болгарии, из-под которого сверкала голая задница - а классная, кстати, задница! - наводил на мысли о сюжетном порно.
Вот чего мне всегда не хватало. Не порно, конечно, а всяких забавных глупостей. Почему-то так уж сложилось, что для всех мужчин, с которыми я встречалась, секс был либо чем-то таким... между делом, либо наоборот - чрезвычайно важным и ответственным. Может, я казалась им слишком серьезной? Строгая деловая леди? Ничего удивительного, что наша с Кириллом первая нелепая встреча убила меня наповал, а свидание в «дурацком месте» стало контрольным выстрелом в голову.
- Только знаешь, - он подал мне чашку и присел на край дивана с другой, - кофе у тебя. Не обижайся, я не могу существовать в одной квартире со всякой растворимой дребеденью. Вчера ты меня похитила, а сегодня я намерен похитить тебя. Лучше соглашайся добровольно.
- Валяй, похищай. Одеться-то хоть можно, или так понесешь?
- Отнимут ведь по дороге. Если так нести.
Впрочем, похищение пришлось немного отложить. Кофе в постель плавно перетек в следующую фазу, потом в душ вдвоем, в результате у Кирилла дома мы оказались только к обеду.
- Может, завернем куда-нибудь поесть? - предложил он по дороге. - Или закажем?
- А у тебя совсем холодильник пустой?
- Нет, но. тебе хочется готовить? Когда Ксю уезжает, Анна по выходным не приходит.
- А мы вместе, - коварно предложила я, и, к моему удивлению, Кирилл согласился.
В холодильнике обнаружилась упаковка куриных крыльев, прекрасно подходящих, чтобы запечь с картошкой и шампиньонами. Когда противень отправился в духовку, Кирилл устроил мне экскурсию по дому, который во вторник я действительно толком и не увидела.
Снаружи он выглядел не слишком большим, но внутри оказался неожиданно просторным. На первом этаже, кроме холла, кухни, гостиной и спальни, обнаружились еще кабинетбиблиотека и детская, а наверху - три просторные комнаты и что-то вроде кладовки.
- В одной Анна ночует, если остается с Ксю, когда меня нет, а две для гостей, - пояснил Кирилл. - Ну что, в подвал пойдем? Не боишься?
- Чего? Что там скелеты твоих бывших любовниц, прикованные к стенам?
- Ну а вдруг я дальний потомок барона де Рэ? Который Синяя борода?
- Нет, ты классная борода, - я погладила его по подбородку. - Мне нравится. Борода. И ты вместе с бородой. А он разве не граф был? Синяя борода?
- Барон де Рэ, граф де Бриен.
- Кирилл, ты такой умный, мне аж страшно. Думаю, все его титулы даже моя матушка не знает, хотя она учитель истории.
- А я был таким же нудным ботаником, как твой Тимофей, - он пожал плечами. - И это должно внушать тебе оптимизм.
- Почему? - не поняла я.
- Потому что из нудного ботаника вылупился ничего так чувак, вполне годный. Или ты не согласна?
- Еще как согласна!
Поцелуй затянулся минут на десять. С расширениями по периметрам обоих контуров. Если проще, мы лапали друг друга, как озабоченные подростки, стоя на лестнице между первым и вторым этажами.
 
- Курица! - наконец спохватилась я. - Надо крылья полить, а то засохнут.
В подвал мы все-таки спустились, предварительно убедившись, что куриные фрагменты и картошка в духовке пребывают в добром здравии - не сгорели и не высохли. Лесенка из холла вела в маленький тамбур с двумя дверями.
- Там гараж, - Кирилл показал на левую дверь, - туда мы не пойдем. А здесь наше будущее гнездо разврата.