Целительница будущего короля (СИ)

Рука внизу крепче сжалась, и исцелённый стал заваливать меня на бок.
И это заставило меня опомниться. Он был сильнее, но наша кожа соприкасалась, позволяя применить целебную магию для самообороны. И я ударила, расслабляя его мышцы. Обычно мужчина полежит так полчасика, и в голове светлеет, особенно после обещания полового бессилия на ближайшую пару недель.
Он обмяк, разваливаясь по столу, а я соскочила и отступила, кутаясь в простыню.
– Ведьма! – рыкнул мужчина, резко садясь.
В его медовых глазах полыхнули жёлтые искры, подсказывая, что мою магию в его теле выжгла его собственная сила. Можно было догадаться, что маг путешествует с другим магом. Этот ещё и сильнее будет. Если красный усиливает себя и своё оружие, то жёлтый – или золотой, как их ещё называют – себя и отряд, превращая простых людей в равных магам бойцов, вдобавок у таких людей мощные магические щиты.
– Целительница, – поправила я, отступая и оглядываясь.
Красноволосого мага нигде не было видно. Ну, видимо убедился, что его приятель выживет, и спустил с меня глаз. Исцелённый тоже оглядывался, но перегородка скрывала от него следы крови у двери.
– Где Чигару и остальные? – увидев выражение моего лица, он пояснил. – Красные волосы, скверный характер и ещё пяток бравых ребят. Да ладно, не бойся, не трону я тебя, если сама не захочешь.
Последнее прозвучало с явной уверенностью, что я захочу, прямо побегу в его объятия.
– Не знаю, где ваш пёс шляется, – огрызнулась я, отступая к шкафу с алхимией.
Исцелённый задрал бровь:
– Откуда ты знаешь моресский?
На моресском «Чигару» значило собака.
– Медицинские трактаты, – пояснила я. – Я же целительница.
– И как тебя зовут, целительница? – поинтересовался исцелённый.
– Эйна.
– Эйна… – он задрал бровь, ожидая продолжения.
Но его не было. Я просто Эйна.
– А я бы хотел посмотреть на твою целительскую грамоту, – красноволосый маг Чигару спускался по лестнице со второго этажа совершенно беззвучно, словно хищник из породы кошачьих.
В руках у него оказалась стопка маминых записей по травам.
– Отдайте! – я вмиг позабыла, что на мне только сорочка, и рванула к нему.
Чигару поднял мамины записи и строго потребовал:
– Грамоту целителя. Прямо сейчас.
Замерев в шаге от него, я поджала губы и опустила взгляд.
– Чигару, что происходит? – спросил его приятель, ничуть не смущаясь того, что у него из одежды только полотенце.
Чигару смотрел на меня:
– По документам здесь живёт и практикует другая целительница. Беарика.
– Это моя мама. Она умерла больше года назад, – почти сквозь зубы процедила я. – Я её заменяю.
– Почему об этом не подали данные в реестр целителей? – Чигару хищно шагнул ко мне. – Почему она не рассказывала о тебе?
– Откуда я знаю? – я отступила, обхватывая себя руками. – Я сообщила о её смерти в ратушу. Все знают, что я несу службу вместо неё.
– Почему ты не прошла обучение или хотя бы тестирование? – это уже спросил исцелённый, он сидел на краю стола и наблюдал за мной.
Оба наблюдали, будто ожидая моей ошибки. Терпеть не могу оправдываться, но я действительно занималась целительством без грамоты, и это нарушение закона. Но у меня почти не было выбора.
– Деньги на частную сдачу экзамена украли, – пояснила я. – Вынесли из дома, пока я занималась больными в городе.
Правда, я могла продать книги, но я не нашла в себе силы сделать это, понадеявшись накопить с практики.
– На экзамен выделяют средства из казны, хотя их потом приходится отрабатывать, это лучше, чем нарушать закон, – нравоучительно напомнил исцелённый. – Почему ты не воспользовалась этой возможностью?
– Потому что хранитель земли сказал, что на мой экзамен денег в казне нет! Я обращаюсь к нему каждый месяц!
Маги переглянулись. И пока они смотрели друг на друга, я схватила записи мамы. Чигару легко разжал пальцы. Я обняла драгоценные листы и, обойдя Чигару, взбежала вверх по лестнице.
Сердце выпрыгивало из груди, я боялась услышать позади топот ног, но маги не бросились в погоню. Я заглянула в мамину полную книжных шкафов комнату – всё чисто, и не скажешь, что тут кто-то рылся. Заскочила в свою комнату, тоже забитую книгами: здесь тоже всё вроде бы осталось на месте. Спрятав записи под подушку, я бросилась к сундуку с одеждой.
 
В комнате резко потемнело: тень закрыла единственное окно, и под её напором заскрипело стекло…
***
Герцог Кайден, хозяин этой земли, провожал взглядом изящную фигурку. Девушка скрылась на втором этаже, а он всё перекатывал на языке её имя: Эйна… Эйна… приносящая радость. Оно идеально ей подходило, потому что пробуждение действительно было радостным – впервые за долгое время.
Но дела требовали его внимания, и Кайден повернулся к другу.
– Что произошло? Где остальные?
– Преследуют тех, кто на нас напал. Я на это надеюсь, – Чигару потёр висок и оглянулся на лестницу. – Ты помнишь нападение?
– М-м, – Кайден поморщился. – Нет, честно говоря, нет. Помню, мы сидели в трактире, и ты предлагал мне развлечься напоследок.
– Это было два дня назад. Так поэтому ты на неё смотрел таким голодным взглядом? – хмыкнул Чигару, но что-то в его голосе было не так.
Обычно он говорил о симпатичных девушках и близости с ними куда более беззаботно-весёлым тоном. И если бы Кайден не знал Чигару так хорошо, он бы заподозрил в его голосе собственнические интонации.
– Нет, – ответил Кайден, почему-то умолчав о смутных воспоминаниях о склонившейся над ним Эйне. Это теперь он понял, что они относились к исцелению, а не к жаркой совместной ночи, которую он успел вообразить. – Просто она красивая.
Мгновение они смотрели друг на друга.
– Почему ты так набросился на девчонку? – Кайден оглядел себя. – Если я был ранен, она отлично меня исцелила.
– Помнишь, ты посылал меня сюда разобраться со взяточниками?
– Да, конечно, – Кайден потянулся и, заметив в углу ворох своей одежды и брони, направился туда.
– Беарика как раз приезжала обновить камень для целительского маяка и очень обрадовалась, что с неё за это ничего не взяли. Мы разговорились о том о сём: о её учёбе в столице, родителях-целителях, о том, не страшно ли ей одной жить на отшибе практически в лесу, но она ни разу не упоминала о дочери.
– Какая же красивая женщина захочет рассказывать о взрослой дочери интересному ей самой мужчине? – беззаботно пожал плечами Кайден.
– Беарика со мной не заигрывала, поверь, я такое хорошо чувствую. Позже я попросил выяснить о ней подробности…
Кайден с сожалением оглядел испачканную кровью одежду. Оглянулся:
– И?
– Родители Беарики жили при домах аристократов, умерли почти одновременно, но ничего криминального. И никаких данных о дочери, – Чигару покосился на потолок, с которого доносились тихие звуки. – Поэтому я очень удивился, увидев здесь эту девушку, и не могу просто принять на веру её уверения, что она дочь Беарики.
– Ну и кто она тогда? – Кайден тоже глянул на потолок и взялся за штаны – на них попала всего пара капель крови. – В чём ты её подозреваешь? Думаешь, одна целительница убила другую ради места в глуши?
– Понимаешь, тебя очень метко подстрелили, попали точно между пластин брони. Но при этом не смертельно. Из-за этого мы вынуждены были обратиться к ближайшей целительнице, и эта целительница… некая неизвестная Эйна! – Чигару указал пальцем на потолок. – Без официальной грамоты.
– Думаешь, её задача – вывести меня из состязания? – Кайден затянул последние завязки штанов. – Да она даже не поняла, что я герцог. Кстати, где моя печать?
Чигару достал из-за пояса перстень и бросил ему. Кайден поймал и продолжил:
– К тому же, не проще ли было сразу меня убить? Я мог и не дожить до встречи с ней.
– Проще, – со вздохом признал Чигару. – Но всё равно странно, что Беарика не обмолвилась о ней.