Суженая из лужи (СИ)
- Не начинай! Оно и так тебя гложет, еще не хватало, чтобы ты сама себя глодать начала. Мы сидели рядом, плечо к плечу, ощущение тепла немного успокаивало, придавало сил.
- А внутрь оно пробраться может?
- Не должно, тут охранные знаки везде... Не знаю, - Мик сжал мою ладонь. - Может оно уже здесь, просто мы его не видим.
Вот почему нельзя просто взять и в обморок грохнуться, а потом очнуться, когда уже все само собой разрешилось? Было бы просто замечательно. Да вот только нельзя мне в обморок, как же я Мика одного брошу?
Внезапно до нюха донесся запах гари. Сначала не явственный, он становился все четче и четче. К нему прибавились треск и далекий стон умирающих деревьев. К окну мы с Миком бросились одновременно, в две руки распахнули створки.
Горел лес.
Такого не могло быть, но было. Я видела пламя хищным побегом обвивающее черную кору, нос забывал острый запах дыма. Выло, скрипело, трещала так, будто толпа огненных демонов шла маршем. От ужаса в голове смешались мысли, накатила паника. Та самая, охваченные которой, бросаются из окон люди, убегая от огня.
- Бежим! - Мик поволок за руку к выходу.
Нет, там же пламя. Там призрак. И злыдень, возможно, тоже там! Хочет нас выманить.
Я уперлась, для надежности вцепившись в косяк. Страх придал мальчишке силы. В глазах его плескался ужас. Дышал он тяжело. Пальцы, сжимавшие мою руку, тряслись.
- Это может быть мороком. - он заглянул мне в лицо, словно ища подтверждения.
Может. Да и от лесного пожара все равно не спасешься. Куда бежать? зачем? Обреченность сковала, лишила остатков сил. И я села на пол, прямо там, где стояла. И Мика следом потянула. Умирать, так вместе.
Огонь приближался. Я кожей ощущала его жар, по глазам текли слезы. Вот и все.
Глава 46. В которой тьма раз за разом поглощает Леру, а таинственный защитник спешит на помощь
Послышалось гудение, словно сама преисподняя подлила масла в огонь, и он занялся с новой силой, теперь уже вгрызаясь даже в землю. Я подняла ладонь и резко одернула. Потолок землянки накалился, как сковородка: хоть сейчас омлет готовь.
Жар оставил на ладони розовый след, на смену которому придет волдырь. Но какая теперь разница! Слезы лились по щекам, добегали до шеи и скатывались за воротник.
Себастьян в имении сейчас спит, налопавшись гостевого обеда. Или Кэнси соблазняет. Погибну я, а ему только на руку такое развитие событий. И от попаданки избавился, и от сестрицы. Красота! Может он все это и спланировал заранее? Подсунул бракованное заклинание. Донеллин же вообще не известно где и с кем. У него тут жена смертью лютой погибает, а он и в ус не дует.
Хотелось жалеть себя и рыдать, рыдать над своей судьбинушкой. Здравомыслящая часть меня помнила предупреждения Мика про злыдня и его ментальное воздействие, да только рациональная Я забилась в угол сознания, теснимая паникой и животным страхом. Физическая я тоже забилась в угол, только в тот, что с метлой и ведром.
Правильного в этом решении не было ничего. Взрослая женщина, а веду себя, как неразумный ребенок... Рядом, послышались всхлипывания. Сначала редкие, едва слышные. Затем они становились все сильнее. Мик упрямо пытался совладать с собой - а точнее со злыднем, - но и у него получалось плохо.
Гудение усилилось. Огненный смерч не собирался отступать. Да и с чего бы? Воздух продолжал накаляться. И дым, - я помнила этот запах - удушающий, едкий заполнил пространство. Глаза щипало, словно в них плеснули кислоты. Потерев их безо всякого успеха, я заплакала пуще прежнего.
Гари становилось все больше. Вот уже очертания Мика едва можно было разобрать. О том, что он рядом напоминали только его тихие всхлипы. Жарко. Слишком жарко. Кажется, я даже ощущаю запах подгоревших волос. Тетя-фармацевт называла этот запах «запахом жженого рога». Неужели Изины густые и длинные волосы забрал огонь, издевательски дохнув в лицо этим, Охрум его побери, мерзким запахом?
Грохотнуло.
В лицо полетели комья грязи, попадала всяческая утварь.
- Чертежи. - пискнул мальчишечий голос.
Проморгавшись и отойдя от испуга, я приоткрыла глаза. Задняя стенка обвалилась. Пока я решала хорошо это или плохо, шагах в десяти от землянки, напротив проема из огня вышла огненная фигура и двинулась прямо на нас с Миком. В вялом каком-то ужасе - горящих монстров следует бояться сильнее - я заозиралась, но, окруженным пламенем, нам и бежать некуда.
А может у меня уже галлюцинации от интоксикации. Очень на то похоже.
Я всегда была бойкой девушкой, но что делать посреди бушующего пожара, когда на тебя надвигается нечто страшное, не знала. И жалеть, что не прошла курсы выживания в экстремальных условиях поздно. Хотя, нет, жалеть никогда не поздно. была в этом ощущении какая-то особая сладость.
И я закрыла глаза, готовая в последние секунды жизни отдаться этому чувству. Видение никуда не ушло. Рыжий свет пламени, минуя глаза, отпечатывался прямо в мозгу. Огромная огненная фигура сметая на своем пути бурелом, оказалась совсем близко, почти рядом. Огонь перестал гудеть и раскатисто загрохотал. Эта сволочь еще смеется!
Лопалась от накала кухонная утварь. Умом я понимала, что этого не могло быть, но оно было. И жар был не только вокруг. Жар, казалось, поселился внутри меня и сжигал тоже изнутри.
Огненное чудище, заставляя пожар полыхать все жарче и жарче неумолимо приближалось.
Нельзя вот так уйти ничего не сделав! Я не безвольная кукла! но если это ментальное воздействие, то и бороться с ним надо ментально. Хотя бы попробовать, ничего я уже не теряю.
Буду бороться с чудовищем его же оружием! Мысль придала немного сил.
Он насылает морок огня, а я... я представлю себе дождь.. И этот дождь, будет заливать все вокруг! Пусть бурные потоки сметают огонь на своем пути. Только бы хватило сил на такую масштабную визуализацию. Тем более, заставить поверить мозг в свои же фантазии сложно. Намного сложнее, чем заставить поверить другого. Ну ничего, какая женщина не занималась самовнушением, сто раз повторяя перед зеркалом, что она самая обаятельная и привлекательная? Так, что справлюсь! Если не ради себя, то ради Мика - я за него в ответе, ведь злыдня сама и притащила.
Я зажмурилась и представила, как собираю энергию тела и направляю ее в сторону огня. И прошу одного: дождя! И пусть победит сильнейший!
Голова раскалывалась. В глаза сыпались огненные искры. Но я ощущала и холодные капли воды на коже! Вдалеке пророкотал гром, да так звучно, что показалось, будто небо разломилось пополам. Тряхнуло и тьма накрыла меня.
Изабелла!.. Изабелла!..
Голос звучал глухо и, казалось, доносился издалека. Из самого центра земли. Реагировать на него не хотелось. Неожиданно стало лень, ведь тут так тепло и уютно. Возвращаться в мир полный опасностей не было никакого желания и резона. Можно же просто отпустить все и уснуть навеки.
Меня словно наотмашь ударили, вышибая безмятежность. Магия - острая, холодная. Чужая.
Я распахнула глаза.
Пламя плясало, точно заходясь в сражении с невидимым противником. Огненный великан то отступал и становился более тусклым, то снова разгорался во всю мощь. Теперь я была уверена: это поединок и ничто иное. Тьма, чернее ночи, вгрызалась в пламя, наступая на чудовище. Оно больше не смеялось. То и дело слышался грозный рык и завывание.
Огонь, пожиравший лес, тускнел и разгорался вновь синхронно с великаном.
Я вдруг поняла, сидеть, сжавшись в комок, не совсем достойное занятие.
- Кто это? - тихо проговорил Мик, поднимаясь на ноги.
Лицо его было перемазано черным, на щеках - дорожки слез.
Следуя его примеру, я тоже поднялась. Жалость к себе отступала, теперь она казалась бредом больного сознания. А огонь... мерещилось, что искусственное пламя лижет целехонькие деревья. Человекоподобный силуэт отступал, явно проигрывая в схватке. Только с кем? Хороший вопрос задал Мик. Между тем, схватка перестала его интересовать. Он, стряхивая черную пыль со стола, рылся в бумагах.