Дожить до весны (СИ)
— Ой, ну тебя в баню, — хихикнула она. — Мне предстоит видеть тебя в универе и притворяться, будто между нами ничего нет. Хотя в секси-препода по социологии и так половина группы влюблена, никто не обратит внимание на мою мечтательную улыбку во время практических занятий.
— То есть ты в меня влюблена? — под обжигающим настойчивым взглядом Ксюша даже растерялась.
— Ну да, я бы не смогла без чувств с тобой переспать.
— Знаю, — Даниил на секунду прикоснулся к её губам. — Ты мне очень дорога, но громких слов пока говорить не буду.
— Я их и не жду, — конечно, она кривила душой, но показывать свою уязвимость не хотела. — Не забывай, тебя работа ждёт, поехали.
Остаток пути они разговаривали о каких-то мелочах. Ксюша расслабилась, но комарик беспокойства продолжал зудеть где-то в глубине сознания. Он пока не влюблён. Испытывает симпатию, желание, уважение — всё, что угодно, но только не влюблённость? Стоит ли ей беспокоиться или глубокие чувства придут позже?
— Встретимся завтра на лекции, если ты не проспишь, конечно, — Даниил остановился возле серого здания общежития.
— Вот не могу понять: нравится ли мне твоя манера издеваться или нет, — состроила сердитое личико Ксюша.
— Конечно, нравится, я же вижу.
— А ещё ты очень самоуверенный! — нахмурилась она почти всерьёз.
— Да, и в этом нет ничего плохого, — Даниил наклонился и поцеловал её так нежно и опьяняюще, что возмущение вмиг испарилось.
— До завтра, — тяжело дыша, прошептала она и выскочила из машины. Махнула улыбающемуся Даниилу рукой и заскочила в затхлое помещение.
ГЛАВА 40
В комнате находилась только Ася. Она сидела на кровати, запустив пальцы в светлые волосы, и смотрела в одну точку. Девушка вздрогнула, когда услышала звук открывающейся двери, и натянула на губы радостную улыбку. Выглядела подруга неважно: опухшие глаза, покрасневший нос, крепко сжатые губы и растрёпанные, спадающие беспорядочными прядями волосы. Неужели всегда жизнерадостная Аська недавно плакала?
— Привет, — протянула подруга. — Рассказывай, как всё прошло?
— Привет. Что-то случилось? — встревоженно спросила Ксюша.
— Да ничего, — Ася поморщилась и обняла колени руками. — Неудачно съездила домой, с родственниками поссорилась. Типичная ситуация.
— С мачехой?
— С ней у нас вечно перепалки возникают. Ксю, ты же знаешь, у меня сложные отношения с семьёй, я не готова вываливать всё на тебя.
— Ты уверена? — Ксюша всматривалась в подругу, не зная, как ей помочь. Если Ася не хочет рассказывать, из неё клещами правду не вытянешь.
— Ксю, мне не терпится узнать, что же произошло между тобой и секси-преподом. Давай, рассказывай. Я внимательно слушаю, — Ася достала из холодильника бутылку белого вина, разлила его по кружкам и протянула подруге смешную чашку с лохматой совой в очках. — И пикантных подробностей побольше, я хочу всё знать.
И, понимая, что подругу не переспорить, Ксюша как можно детальнее описала события минувших двух дней. Горячие подробности секса она, конечно, опустила, обойдясь поверхностной фразой: “О, это было незабываемо”. Чем больше она рассказывала, тем веселее становилась Ася. В её глазах появился озорной огонёк, щёки заалели нежным румянцем, губы расплывались в поддерживающей улыбке.
— Ксю, я так рада за вас, — прихлебывая вино, подытожила Ася. — Всё у вас будет хорошо, я уверена. И то, что он в чувствах не признался, это же правильно. Он взрослый серьёзный мужчина, скажет тогда, когда будет готов.
— Так в любви я тоже не признавалась. Но вот влюблённость уже есть.
— И у него есть, но зачем разбрасываться по мелочам и кричать о влюблённости, если можно подождать немного, узнать друг друга получше, возможно, пожить вместе, а потом признаться в любви? — возразила Ася. — Мне кажется, так правильнее. Влюблённость проходит и уходит, вот как у меня к Вове, а любовь остаётся надолго, в лучшем случае — навсегда.
— Блин, я уже надумала лишнего.
— Ты в этом специалист, Ксю. Перестань себя накручивать и наслаждайся отношениями с нормальным мужиком. А ещё лучше — пей винца побольше да внимай всему, что говорит твоя мудрая подруга, — подмигнула ей Ася. — Я плохого не посоветую.
***— Просыпайся, лекцию своего Даниила проспишь, — сквозь пелену сна услышала Ксюша громкий клич подруги.
— И какого фига её поставили так рано, да ещё и в понедельник? — застонала девушка, сбрасывая с себя пуховое одеяло.
Возле шкафа задержалась на долгие минуты. Ей почему-то хотелось надеть что-то очень красивое, женственное, а не обычные футболки с джинсами. Вон, внизу завалялась единственная чёрная юбка.
— А что там с погодой, Ась?
— Гугл показывает +8. Да и солнце светит. На выходных такая дичь творилась: гром, молния, град, ливень. Весна триумфально вернулась в наши края.
Что ж, почему бы и не натянуть на себя юбку? Вместо футболки Ксюша выбрала синюю клетчатую рубашку. На лекцию они с Асей опоздали: и маршрутки попались забитые, и в лифт влезли с третьей попытки. Только на этот раз Даниил наверняка пришёл вовремя.
Ася уверенно постучала в дверь и завалилась в аудиторию. Ксюша зашла следующей, тут же бросила пытливый взгляд в сторону преподавательского стола: вот он, её мужчина, такой родной и красивый, в чёрных штанах и белой рубашке с закатанными по локти рукавами. Привычно защемило в груди от искристой тёплоты в глазах Даниила.
Они с Аськой уселись за первую парту. Ксюша так и не смогла сосредоточиться на лекции: она просто глазела на преподавателя и улыбалась, улавливая его беглые цепкие взгляды. Кажется, он что-то говорил про постмодернизм и культурные феномены, но важно ли это?
— Сегодня я отпущу вас на пораньше, не шумите в коридоре, занятия ещё идут, — смотря на Ксюшу, заявил Даниил.
Мурашки забегали по коже. Это намёк? В любом случае она не спешила уходить: наблюдала, как манерные старосты протягивали журналы, как, переминаясь с ноги на ногу, останавливались у стола симпатичные однокурсницы.
— Если у вас нет вопросов по теме лекции, прошу меня не задерживать, — отмахнулся от назойливых студенток Даниил.
За десять минут до звонка аудитория опустела, а Ксюша подошла к преподавательскому столу.
— И куда же вы спешите, Даниил Владимирович? — облизнув губы, спросила она.
— Соскучился по одной рыжей студентке, дразнит она меня своей короткой юбкой и горящими глазами.
— И что же вы хотели со мной обсудить, Даниил Владимирович?
— Мне нравится, когда ты меня так называешь, — хрипло сказал Даниил. — Повтори ещё.
— Даниил Владимирович, а если кто-нибудь войдёт в аудиторию?
Втянув воздух, он прижал её к столу.
— Тогда они увидят мою спину, ничего более, Ксения, не беспокойтесь.
А дальше мир закрутился в воронку и исчез, когда они слились в обжигающем поцелуе. Это было так неправильно, дерзко и волнующе: всего в нескольких метрах находилась дверь, любой мог ворваться в аудиторию и увидеть, как преподаватель зажимает у кафедры свою студентку. Но Ксюша продолжала отвечать на поцелуи, чувствуя азарт от того, что их могут застукать. Кровь бурлила в венах, тело горело и ныло, а ноги подкашивались, сдаваясь под мужским напором.
Ксюша запустила пальцы в волосы Даниила и вздрогнула, ощутив твёрдое давление на животе.
Его рука спустилась ниже, забрела под юбку и погладила бедро.
— Серьёзно, нас могут увидеть, — сквозь пелену страсти пробормотала Ксюша.
— Знаю, — Даниил с сожалением отпустил её. — Как ты относишься к японской кухне?
— Положительно. Ты меня на свидание зовёшь?
— Да. Согласна?
Ксюша счастливо улыбнулась и крепко поцеловала любимого.
В восемь вечера они сидели в ресторане, пили терпкое вино и обсуждали дела семейные.
— Я после обеда ездил к родителям. Поговорил с мамой по душам, рассказал ей о тебе.
— Так быстро? — обомлела Ксюша. Она боялась сообщить родным о Данииле, вдруг мама с папой не поймут, почему их дочь через месяц после расставания уже вовсю зажигает с собственным преподавателем.