Эпангелиас (СИ)
- Роадранеров волшебник! Вернись! - заорал Тони и швырнул револьвер на землю. - Выродок Бездны, - уже тихо сказал капитан. На месте, где стоял Предвестник, слабо мерцала золотая звезда.
Утром Тони стал свидетелем упадка дисциплины в имперской армии. Солдаты, особенно это касалось армии Кэмерона Кохрана, разжирели, и погрязли в пьянстве. Алкоголь был бичом всех частей имперской армии, но солдаты северо-западной границы отличились в этом особо. Многие знали о предстоящем выступлении на Тоулат, ходили слухи, что это случится практически на следующий день. Но солдаты генерала Кохрана умудрились напиться этой ночью так сильно, что кроме двух десятков пошатывающихся солдат на утреннее построение никто не вышел. К счастью, среди подчиненных полковника Дойл, были в основном солдаты Дэвида Брикера, которые славились железной дисциплиной. Тони было противно это признавать, но он бы выбрал их, вместо Джека, мучающегося похмельем.
В девять часов дня Тони отправил своих солдат на разгрузку угля. Он догадывался, что стоять вторые сутки им не дадут.
- Капитан Уотерс, - солдат в одежде посыльного затормозил около него. - Полковник Дойл приказывает готовиться к выступлению. Объединенные войска революционеров под командованием Мортона совершили рывок в нашу сторону. Если не поспешим, окажемся под ударом.
Шагоход Кристофера был уничтожен в одной из битв с шерфами и лейтенант пересел на юркий "Орленог".
- Спорим на ящик бренди, что я первый попаду за стены Тоулата? - Кристофер хлопнул Тони по плечу, когда они рассматривали модификации на шагоходе лейтенанта. Крис установил на один из манипуляторов стальной шит, а поверх захвата второго манипулятора прицепил огнемет. Размещать подобное оружие на шагоходах запрещали из-за опасности возгорания, но времена позволяли проводить самые изощренные эксперименты. Кристофер хвалился и улучшениями двигателя, но проверить этого капитан не мог.
- Спорим, друг. Все равно, "Гранног" лучше, да и я опытнее.
- Опытнее? Да ты в столице сидел, пока мы шерфов крошили.
- Сколько вы там боев провели? Один?
- Один, с половиной. Мы покинули бой из-за попытки некоторых солдат ударить нам в тыл. Агенты Росса.
- Ну тогда да, - рассмеялся Тони.
Тоулат находился в нескольких лигах пути от Диоклита и представлял собой город с населением в триста тысяч человек. Заводы и государственные учреждения были расположены за древней каменной крепостной стеной, сейчас укрепленной пластинами дейтерита. Но больше всего Тони боялся кольца фортов. Генерал Брикер принял решение разделить армии. Генералы Кохран и Лакс атакуют форт Каджориум, охраняющий главную дорогу, а солдаты Брикера и Экспедиционный корпус ударят по соседнему форту Торомонас, который обладал внушительной защитой. Половина шагоходов Лакса были переведены под командование полковника Дойл, Брикер надеялся прикрыть ими свою пехоту.
- Всем понятны их обязанности? - Дойл убрала прядь седеющих волос со лба и села на камень. Войска подошли к Торомоносу в половине одиннадцатого. С их позиции форт терялся в дымке.
- Форт представляет собой редут, подступы к которому гарнизон заминировал, - сказал, хорошо знакомый Тони, капитан Оливер. - Перед земляным валом они вырыли ров, за которым разместились брустверы республиканцев. Там же находятся пушки и бомбарды. У подножия вала и на его вершине разместились капониры, а за фортом вплоть до первых домов Тоулата прорыта полоса окопов.
- Это затруднит массовую атаку, - Тони потер выбритый утром подбородок. - К тому же это лишает шагоходы всякой маневренности.
- Время играет не в нашу пользу, господа, - Дойл потерла прикрытые глаза. - У нас осталась мало светлой части суток, представьте себе перспективу ночных сражений на улицах Тоулата, когда нам в спину будут дышать войска Мортона.
- У гарнизона форта слишком много дальнобойной артиллерии, - Оливер поймал обеспокоенный взгляд Тони. - Это сулит нам большие потери.
- Шагоходы достаточно быстры, чтобы маневрировать под ударами пушек, но вот мины, - Тони покачал головой.
- Хватит рассусоливать, - Дойл поднялась с камня. - Основной задачей амбулатов будет ликвидация брустверов и капониров. Я знаю, что с таким количеством артиллерии противника это будет сложной задачей, но деваться некуда.
- У генерала Брикера есть небольшое преимущество - дирижабль, на котором мы доставили императорскую семью. - Тони сказал это Оливеру, уже забираясь по лестнице в шагоход. - Солдаты Лакса установили на него тринадцать бомб. Если бы генерал приказал разбомбить Торомонас.
- Я слышал, - кивнул Оливер. - Но насколько я знаю, Брикер отложил этот козырь для крепостных стен Тоулата. У его армии достаточно тяжелых мортир, а на ваших "Орленогах" есть гаубицы для навесной стрельбы.
- Остается надеяться, что этого нам хватит. - Тони махнул рукой и закрыл за собой люк шагохода. Джек уже разжег двигатель.
- Ты помнишь вчерашнего мужчину, который разговаривал со мной у шагоходов? - Тони пристально смотрел на капрала.
- Просто, капитан, я вчера слишком пьяный был. Помню, мы с тобой с приводом закончили, и я очнулся уже утром в своей постели. А что? Кто это был?
- Обсудим после боя.
Шагоходы вышли к проросшей зеленой травой насыпи земляного вала. На приятной глазу свежей зелени чернели пятна капониров, ощетинившихся длинными стволами пушек. Земля вплоть до рва редута была вся изрыта, гарнизон не терял времени, тщательно заминировав подступы. Джек установил около люка ящик с гранатами и принялся заряжать пушки, через плечо посматривая на показания котла. Тони почувствовал дрожь и тянущую боль в правом виске. Им еще не приходилось сражаться со своими собственными укреплениями. Никто и никогда не учил солдат брать собственные форты. Белые крепости Священного союза строились совсем по иному типу, а замки Эндорийского Альянса защищали магические ловушки.
- У меня в этом городе когда-то дядя жил, старый уже инженер, он рассказывал, как строил эти форты, - угрюмо сказал Джек. - Думал ли он, что когда-то с построенных им укреплений будут стрелять по его племяннику?
Шагоходы выстроились длинной цепью, поблескивая латунными боками на полуденном солнце. Лошади тянули пушки, люди перетаскивали ядра с повозок. Обе пушки "Граннога" были заряжены. Все ждали первого шага. Точки невозврата.
Тони всем сердцем желал, чтобы Брикер не отдавал приказа к атаке, чтобы реставристы и революционеры нашли общий язык, чтобы не пришлось опять стрелять в своих. Но Брикер не слышал мольбы офицера, а если бы и слышал, то не внял им. Низко загудели трубы, и мимо шагоходов пронеслись кавалергарды экспедиционного корпуса.
Кавалергарды растянулись цепью. Капониры окутались дымом, бомбы начали выбивать столбы земли перед лошадьми. Они шарахались в стороны, роняли всадников, давили их, сбивая друг друга. Начали взрываться мины, окрашивая землю красной кровью, которая тут же серела от пыли. Те, кто доскакал до брустверов, перепрыгивали рвы, напарываясь на деревянные колья. Тела людей и лошадей заполнили ров.
Выжившие кавалергарды начали стрелять по вражеским пушкарям, которые засели в капонирах. Туча пыли и пороховой дым закрыли обзор. Артиллеристы Брикера вынесли мортиры, не опасаясь атак форта и земля содрогнулась от выстрелов реставристов. На глазах Тони одно из орудий обрушилось назад, сломав под собой лафет. Стреляли вслепую, и Тони не сомневался, что огни взрывов накрыли оставшихся всадников. Генерал Брикер пожертвовал ими, рассудив, что сохранить амбулаты будет рациональнее.
После третьего залпа мортир, Тони дернул рычаг, пол кабины содрогнулся и шагоход тяжело зашагал вперед. "Орленноги" иногда останавливались на месте, их окутывал дым гаубиц. Слева в один из шагоходов Лакса врезалось пушечное ядро. Пламя с хлопком рвануло вверх, и шагоход обрушился вперед. Несколько бомб просвистело около машины Тони, но пока капитану удавалось уворачиваться, вовремя останавливая шагоход.