Расплата за спасение (СИ)

– Он слиском много работает, так нельзя, – крутя головой заключил Клим. – Дядя Назар не работает и всегда рядом.
– У дяди Назара другая работа. Взрослым приходится много трудиться, чтобы были денежки.
– Да, чтобы покупать мне игруски.
– Верно, – горько усмехнулась я и присев прижала к себе сына.
– Ты обедал? – я решила сменить тему, говорить о Филиппе совершенно не хотелось.
– Дядя Назар сварил пельмени. Мы поели и тебе оставили.
– Отлично, я как раз проголодалась.
– Тогда пошли.
Ну что же, пора встретиться с Назаром, не могу же я вечно прятаться от него и гадать, как он настроен сегодня по отношению ко мне…
Назара я на кухне не застала и смогла спокойно поесть, пока Клим собирал мозаику, но позже, когда мы вышли на улицу, то нашли его на заднем дворе. Перед ним на столе лежала брезентовая ткань, а поверх находились ножи. Один из них Назар держал в руке и усердно натачивал.
– Доброе утро, – поздоровалась я, прячась за спиной сына.
– Скорее день, – хмыкнул он, не подняв на меня глаза.
– Забор поставили?
– Как видишь.
Клим протянул руку чтобы взять нож, но я одернула его.
– Нельзя, это опасно.
– Держи, – Назар поднял со скамейки деревянный кинжал и передал его Климу.
– Ого, – сын сразу же начал изображать как сражается с невидимым противником и побежал к каталке, чтобы вести незримый бой на скаку.
– Щита не хватает, – произнесла я.
– Он в процессе, лак не высох, а так будет комплект.
– Здорово. Ты молодец.
– Ага. Выспалась? – спросил Назар, отрывая свой взгляд от Клима и переводя его на меня.
Я присмотрелась и меня обрадовало, что Назар разговаривал нормально, можно даже сказать расслабленно. От сердца отлегло.
Сев рядом на скамейку, я улыбнулась.
– Да, спасибо, что позаботился о Климе и дал мне восстановить силы, – положив руку на его колено, я провела по нему, следя за реакцией Назара, но он вновь нормально отреагировал, ни один мускул не дрогнул. – И за забор тоже спасибо. Я теперь спокойна.
– Не только ты, мне это тоже не давало покоя, как и… – Назар залез в карман и вытащил оттуда маленькую коробку.
Что это?
Я свела брови.
Положив на стол, он подтолкнул её ко мне и когда я прочла название, закрыла глаза и с силой потерла губы, стараясь успокоиться и не заплакать.
Какая я дура…
  
Глава 30
 
Юлия
– Зачем это? – спросила я, прекрасно зная, что за средство оказалось передо мной.
– От нежелательной беременности, прими, – ответил Назар и принялся как ни в чем не бывало снова точить нож. Сволочь, неужели и впрямь решил, что пойду на это…
Лезвие заскользило по точильному камню ровно и без остановки. Противный звук стал резать слух, задевая нервные окончания от макушки до кончиков пальцев и выводя меня из душевного равновесия, распаляя злость и обиду. Обреченность…
Вот так просто. Прими. Избавься от зарождающейся жизни как от чего-то ненужного.
Нет, уж милый! Если суждено, пусть случится, то что должно.
Я схватила Назара за руку, требуя, чтобы он остановился, прекратил монотонные движения, за которыми прятался от обсуждений малодушного поступка. Разговор не окончен, и я не собираюсь потакать мужской слабости. Трус.
– Прости. Нежелательной для кого? Для меня это будет как раз желательная беременность. Всегда хотела, чтобы у Клима появился брат или сестра, – уверенно ответила я и не сдержав эмоций смахнула таблетки для экстренной контрацепции, запульнув ими прямо в грудь Назара.
Он опустил взъерошенную голову, и посмотрел, как упаковка углом коробки кольнула его и отскочила, приземлившись на брюки.
– Вернешься и родишь от Филиппа, – Назар напрягся и провел подушечкой большого пальца, проверяя степень заточки острия. Хоть выражение его лица не поменялось, но бицепсы вздулись, а на лбу появилась и дернулась едва заметная венка. Удовлетворенный результатом Назар положил нож и взял другой. Не обращая на меня внимание и показывая, что озвучил свою позицию, он также усердно начал точить следующий клинок. – Не понимаю в чем проблема? Тебе же нравится, когда я трахаю тебя. На стену от чеса не лезешь. Время скоротали и хорошо, а последствия мне не нужны, достаточно одного ребенка, сделанного неосознанно.
 
Нравится ли мне, когда, как он выразился – трахает меня? Да, только я считаю, что это занятие любовью, близость родственных душ и любящих тел, а для него оказалось это приятным времяпрепровождением без отягощающих. Сунул вынул и пошел.
– Для меня это значит намного больше, я думала… – он не дал мне договорить.
– Если мы трахаемся, то я попрошу тебя оставить мужа и сам женюсь на тебе? Ты мне не нужна, хотя нет, нужна для того, чтобы не умереть здесь от скуки и для того чтобы скрасить одиночество.
– Урод, – вырвалось из уст, если бы не Клим, я бы обложила мерзавца трехэтажным матом.
Назар усмехнулся.
­– Мы можем и дальше трясти кровать, к чему теперь этого избегать. Нам хорошо вместе, но это будет продолжаться до тех пор, пока я не верну тебя твоему мужу. Уж извини, дальнейший траходром устраивай с ним, – он поднял злосчастную коробку и положил рядом со мной. – Не к чему лишние проблемы. Выпей и успокойся.
– Да, пошел ты! Можешь сам выпить эти таблетки, глядишь они избавят твой мозг от глупости и упертости. А я, как и тогда, если беременна не стану убивать своего малыша, – я смяла картонную упаковку и отшвырнула подальше. Поднявшись, я собиралась уйти, мне больше не о чем было говорить с этим мерзким человеком, но Назар схватил меня за ладонь и сильно сжал.
– Юля, я серьезно, – острие ножа вошло в стол, показывая, как мои слова подействовали на хозяина лесного дома. Назар сменил интонацию и заглянул в мои глаза. – Ты. Можешь. Забеременеть.
Одумался. Две ночи подряд кончал в меня, получая от этого удовольствие, а теперь я должна пить таблетки.
– Может тебе стоило быть осторожнее? – сощурив веки произнесла я. – Или это я привязала и трахала, как ты выражаешься, тебя в сарае? – он отвел встревоженный взгляд. – Если не хочешь ребенка, зачем тогда наполнял меня? Зачем бурно кончал, да так, что из влагалища потом вытекали реки спермы, – я перешла на дерзкий, язвительный шёпот. – Ты взрослый мужик и прекрасно знаешь, чем грозит секс без предохранения, но не остановился, не подумал о последствиях.
– То есть ты всю ответственность вешаешь на меня?
– Да, Назар, на тебя. Мне-то наоборот от этого хорошо. Появится маленький, – я погладила живот и отчетливо представила, что там уже есть жизнь – девочка, о которой я так часто думала. Не сдержав счастливой улыбки, я прикусила губу растворяясь в фантазии, позабыв на мгновение, что сидящий напротив человек снова причиняет мне боль, убивая своим безразличием, но когда сладкий туман столкнулся с реальностью, то серьезно сказала: – Если переживаешь о том, что попрошу тебя признать своих детей, можешь быть спокоен, я сама могу о них позаботиться, ты мне для этого не нужен. Сделал дело, гуляй смело.
– И второго ребенка повесишь на Филиппа?
– Не лезь в это. Все, что касается меня, детей, нас с Филиппом, не имеет к тебе отношения. Мы не твоя забота. И забудь о том, что между нами было, вычеркни из жизни, ведь с этого момента тебя для меня больше нет. Я думала, что наша встреча неслучайна, а теперь отчетливо поняла – сама судьба решила мне открыть глаза на тебя, ведь в моем представлении ты всегда был героем, а оказался жалким человечишкой. И пусть любовь, – я ударила себя в грудь, – которую я мечтала подарить тебе сгорит, сопреет, как сделали это цветы, принесенные мной на твою могилу. Живи как знаешь, я попыталась, и потерпела поражение, на этом все… Клим, сынок, пошли позанимаемся, – крикнула я, поставив точку в этом разговоре и в надежде что-либо исправить. Между нами больше никогда ничего не будет.
 
– Ну, мам, я играю, – ответил Клим и отъехал подальше.
– Юль, ты не понимаешь, – Назар решил продолжить дискуссию, ему мало, того что он наговорил, захотел добить окончательно.