Старшая школа Гакко. Книга двадцать восьмая (СИ)

— Как думаете, зачем он нас собрал? — спросил Мишка Сологуб.
— Появится, расскажет, — спокойно ответил Елисеев.
— Удивляюсь я твоему спокойствию, — продолжал нервничать глава Первого купеческого банка, — И эти что-то затихли.
— Так поздно уже дергаться, коли попали в просак, — флегматична пожал плечами Григорий, на самом деле на душе у финансиста было также неспокойно, просто он лучше умел скрывал эмоции, — Барон, может он вам намекнул, о чем пойдет речь?
— Нет, просто сказал, что будет в Москве, и предложил встретиться, — ответил фон Штиглиц, сам не мало волнующийся, — Подождем, немного осталось. Может желаете перекусить, выпить?
— А давай! — Сологуба хорошая еда всегда успокаивала.
Все трое расположились за огромным дубовым столом, который сделали на заказ специально для банкира, подарок от белорусского аристократа. Михаил, периодически нахваливая, ел наваристый борщ с куском черного хлеба, а рядом ждала запотевшая рюмка очищенной и небольшой графинчик. Елисеев от еды, равно как и от спиртного отказался, пил пустой чай, фон Штиглиц и вовсе ничего себе не взял, его успокаивал просмотр гроссбухов, чем он и занялся.
— Господа, рад видеть вас всех в добром здравии, — как обычно Гэндзи Танака материализовался прямо за столом.
— Кхм…, — подавился Сологуб, а сидящий рядом Елисеев могучим ударом по спине исправил неловкое положение.
— Экий ты пугливый, — усмехнулся Григорий.
— Кхх… спасибо, — поблагодарил купец.
— Здесь доказательства вашего сотрудничества с террористической организацией, договора, акты выполненных работ, платежные документы, фото и видео материалы с места расправы над семьями одаренных, все подписано, официально оплачено и не оставляет никаких сомнений в вашем участии в многочисленных акциях геноцида против магов! — граф Окинава подвинул в сторону банкиров коробки, которые появились в комнате вместе с ним.
— Ооо…, — потерял дар речи Сологуб, когда открыл досье на самого себя, опытный взгляд сразу оценил объем, структуру и качество материала, тут было собрано готовое уголовное дело, с доказательной базой, подтверждающими бумагами и протоколами допроса свидетелей.
— Нда… солидно работают, твари! — пришел к схожим выводам Елисеев.
— Это оригиналы? — фон Штиглиц выделил главное.
— Да, это оригиналы, копии, все что нашли, уничтожены, однако нет гарантий, что их не смогут восстановить, — утвердительно ответил граф Окинава, — Финансовый след останется, но договора, акты выполненных работ и прочее у вас на руках, добавьте свои экземпляры и сожгите.
— Они смогут восстановить чеки, счета фактуры и прочее, со свидетелями этого будет достаточно для возбуждения уголовного дела, — Михаил Сологуб в свою бурную молодость неоднократно был фигурантом ряда разбирательств, а потому комментировал со знанием дела.
— Свидетелей нет, — спокойно ответил Повелитель Зверей, а от простых слов повеяло замогильным холодом.
— Ооо… это полностью меняет дело! — воодушевился фон Штиглиц, — Без оригиналов договоров, свидетелей и прочего все будет выглядеть как попытка рейдерского захвата!
— Да, отбиться будет легко! — подтвердил Елисеев, по совместительству отвечавший за юридическую защиту тройки банкиров.
— Господа, думаю, в целом вас вообще никто не тронет, у шантажистов сейчас хватает проблем в Европе, но на всякий случай приготовьтесь, — обнадежил граф Окинава.
— Нам вовек не расплатиться за такую помощь! — встал со своего места Мишка Сологуб и поклонился в пояс, — Примите мою благодарность.
— Вы наш спаситель, — поднялся на ноги Елисеев.
— Спасибо! — не отстал от товарищей фон Штиглиц, — Как мы можем вас отблагодарить?
— Есть к вам просьба, — тут же ответил Гэндзи Танака, а трое банкиров непроизвольно насторожились, — Дело в том, что у меня появились свободные средства, нужно их обезопасить, выгодно разместить и сделать так, чтобы в нужный момент они всегда были у меня под рукой.
— Вы можете на нас положиться, — облегченно вдохнул Сологуб, который боялся, что за избавление от шантажистов граф Окинава потребует, как минимум разорить Коре или обрушить британскую банковскую систему.
 
— В этом мы специалисты, все сделаем, бумаги выправим, — с энтузиазмом ответил Елисеев.
— О какой сумме идет речь? — осторожно сбросил фон Штиглиц, все-таки не зря он был лидером тройки.
— Двести пятьдесят-триста миллиардов, — спокойно ответил Повелитель Зверей, так как будто говорил о безделице, — Там часть активов в драгоценных металлах и камнях, поэтому такой большой разбег в цифрах.
— Твою мать, — осел на кресло Сологуб.
— Ооо!!! — пораженный суммой, замер Елисеев.
— Ваше сиятельство, мы приложим все усилия, чтобы сделать эти вложения безопасными и выгодными для вас, — склонил голову барон Александр фон Штиглиц.
*****
Ситуационный Центр города Москвы выполнял будничную работу, четыре убийства, сорок грабежей, сотни краж, тысячи случаев хулиганства и бытового насилия. Отдельной строкой шли забастовки, стачки, бунты, но слава богам в благополучной России такого давно не случалось. Романовы крепко держали народ в узде, да и жилось в Империи неплохо, время мирное, земли и ресурсов, хватает. В общем ничем не примечательный день и ничто не предвещало беды. Но как обычно все началось неожиданно…
— «Код красный», повторяю «Код красный»!!! — истошно завопил дежурный офицер, — Вызвать дополнительную смену операторов, всем службам правопорядка, пожарным, спасателям и медикам сообщить о переходе на усиленный режим работы!!!
— Кто-нибудь скажет, где будет буча?
— Полиция спрашивает, куда отправлять усиленные наряды?
— Пожарники тоже хотят выдвинуться заранее, им по пробкам не успеть!
— А ведь так хорошо день начинался!
— Да что стряслось-то!?!
— Господа может зря бьем тревогу? — по залу прошел гул справедливых комментариев.
— Поверенный ГРАФА ОКИНАВА заказал столик на ДВОИХ в РЕСТОРАНЕ князя Куракина, того, что недавно открылся в Охотном Ряду, — дежурный офицер разом ответил на все вопросы, умело выделяя интонациями слова, требующие особого внимания согласно утвержденной инструкции.
В наступившей тишине можно было услышать полет мухи, народ на секунду замер, разинув рты. Люди осмысливали новость, вспоминая тот бедлам, что царил в городе после сожжения «Метрополя», «Патрикеевского Трактира» и «Славянского Базара». Разбирательства шли до сих пор, почему вовремя не вызвали пожарных, из-за чьей халатности погибли мирные граждане, кто допустил нехватку койко-мест… Воспоминания свежие, раны еще не заросли рубцами, так что вскоре все пришло в движение.
— Какие нахрен пять пожарных расчетов, гони все что у вас есть! — заорал в трубку куратор МЧС, — Повелитель Зверей опять пригласил Вяземскую в ресторан.
— Мать перемать!
— Молитесь, в этот раз градоначальник не простит!
— Да когда эти двое наконец поженятся и будут жрать дома?!?
  
Глава 10 Жених и невеста
 
Князь Куракин нервно сжимал ладони, весть о намерении графа Окинава и княжны Вяземской посетить его новый ресторан в Охотном Ряду застала главу клана врасплох. Откровенно говоря, вельможа заведением особо не занимался, перепоручил заботы приказчику, а потому был не в курсе происходящего. Однако сегодня, будучи на службе, несколько раз поймал сочувствующие взгляды коллег. Дошло до того, что сам канцлер изволил уделить рядовому директору департамента пару минут своего драгоценного времени.
— Александр Борисович, друг мой, крепитесь, — отечески похлопал по плечу светлейший князь Лопухин.
— Андрей Васильевич, да что стряслось то? Право слово, все вокруг мне сочувствуют, а я ни сном ни духом, — не вытерпел бедолага Куракин, которого в конец вывели из себя многозначительные вздохи и пространные полунамеки сослуживцев.
— Как вы не в курсе? — удивился глава министерства.
— Поверьте, в толк не возьму, что могло произойти! — искренне заверил Куракин.