Я влип (СИ)

Я же только расслабленно улыбнулся и добавил:
— Просто скажи чё хочешь, мне в целом пох. Но это лучше, чем говорить про магоедов и тех магов, за которых мне слегка обидно.
Девушка улыбнулась.
— А ты пообещаешь, что позанимаешься со мной после занятий?
— Конечно. Сам хотел предложить. Отзанимаю тебя так, что ты не сможешь больше ничего сделать ни руками, ни ногами, ни ртом, то есть головой.
— Это ты к чему ведёшь? — скрестила шатенка руки, покраснев.
— Аня, просто расскажи про ментальную хрень чё-нить, а я пока что закрою глаза и чё-нить тоже представлю.
Да, я не был, видимо, богом убеждений, но дочка императора не отказалась рассказать мне что-то интересное.
Проблема была в том, что я отрубился и ничего не слышал.
Те, кто были в армии, знают, что такое сон за двадцать минут.
У меня, похоже, был сон за десять минут, ибо я почувствовал, как какой-то ублюдок тычет указкой в бочину.
Прежде чем я отрою глаза, хотелось сказать, что я увидел сон.
А может, это был не сон, а снова какое-то видение — остаток тех видений, которые я «лицезрел» в кабинете Шолохова, когда принял коллекционное расслабляющее зелье.
Мне снова пришёл во тьме голос, который говорил сперва «Ракс!», а потом перешёл на совсем новые слова: «Мельхиор», «Портал», «Сибирь», «Пещера».
А потом показалось женское лицо, но такое же невидимое, как и в лаве морда питомца, когда меня проглючило на вечеринке, всё в том же кабинете Шолохова.
То есть как бы и видно было лицо, а как бы и не видно.
Даже не знаю, как объяснить.
Но эта женщина с металлически тёмным, но при этом очень женственным голосом (снова дикое совмещение) громко прошептала:
— Срочно сюда, Женя!
  
Глава 23. Новый уровень астрала и подарок от Анны
 
Что это всё означало — я не знал.
Но точно знал и чувствовал, что это как-то было связано с Викторией Ракс. Будто эта девушка, которую я не знал, звала меня из другого мира, похоже, ментального.
Но если в ментальном мире такая стрёмная тишина, мерзлота и сырость, то ну его нахрен… этот ментальный мир.
Я открыл глаза и увидел препода. Раньше его не видел. Может, какой-то новый.
Мне было вообще пофиг на него.
Настолько пофиг, что я сказал:
— Сорян, дамочка, но мне нужно срочно свалить.
— Постой, ты куда?! — сразу же активировалась Анна. — Женя, подожди меня! — И девушка без объяснений помчалась за мной.
Когда мы выбежали на коридор, Анна спросила:
— Что с тобой происходит?! Почему ты ведёшь себя, как какой-то ненормальный?!
— Да потому что мне нужно кое-что сообщить одному своему другу, пока я не забыл слова, что увидел в голове, — решил не скрывать, потому что в целом даже Анна могла помочь в этом… ну или её отец, ведь мне просто нужно было знать правду.
— Какие слова?
— Мельхиор, Сибирь, Пещера, Портал — вот эти четыре слова всплыли в голове. И я не могу ничего делать. Даже не знаю, что со мной происходит, но внутренне чувствую, что это очень важно. Это как-то должно помочь мне, но я даже не знаю, в чём конкретно. Но точно знаю, что должно…
— Ты псих. Ты совершенно не поддаёшься нормальному поведению в обществе.
— Аня, мне плевать на общество! Не дури голову, хорошо?! — Вздохнув, решил добавить: — А ещё это всё я.
— Ты?! — недопоняла дочка императора. — Про что это ты?!
— Про новости, что ты показала. Это был я.
— В смысле?! — испуганно продолжала недопонимать дочка императора.
— Аня, это я был в поместье Генри Дайса и устроил мочилово, в котором убили Васю, моего деда и кучу Васиных бойцов.
— Господи, с кем я повелась?! — чуть ли не расплакалась Анна. — Какой же ты прид… нехороший всё-таки маг.
— А чё я сделал?.. они первые начали…
В общем, Анна никак не отреагировала на те четыре слова, которые я ей назвал, зато её сильно задело, что именно я влип в историю с Мозгендой и погромом вчерашним вечером.
И хоть никто бы из полицейских или Императорской гвардии не разбирался бы с этим, поскольку это дела́ сугубо магоедов и какой-то шайки местных хулиганов, но всё же Анна не хотела, чтобы где-то впоследствии всплыло и моё имя.
 
Пока что ничего не было. Но это только пока что.
Однако дочка императора ещё не знала, что я намеревался показать её отцу.
На базу лететь было глупо, ибо Анна решила направиться сразу же во дворец, чтобы заняться тренировками, куда в принципе нужно было и мне.
Учёбу пришлось оставить.
Я так понял, что девушке хотелось самой всё рассказать отцу, и чтобы тот что-то предпринял. Но ей также хотелось, чтобы и я был рядом с ней. Мало ли, вдруг нужно будет резкое действие, чтобы снова меня обезопасить или придумать железное алиби.
Короче, девушка волновалась больше моего. Намного больше моего, ибо я вообще не парился на этот счёт.
Мне лишь хотелось передать Максимке новые данные и узнать, как там продвигаются дела с архивами по Виктории Ракс. А то бедолага всю ночь что-то чудил, но утром так ничего и не сообщил.
И знаете, я нашёл способ, как связаться с Максимкой, даже учитывая тот факт, что у меня не было с собой линз с записью и наушников.
Анна предоставила свой зеркальный телефон, ну а я нашёл Максимку, потому что изначально запомнил его данные. Парнишка был мне нужен в качестве секретного работника, поэтому его-то данные я прекрасно знал.
Зеленоголовый ничем меня не обрадовал. Сказал, что архивы защищены настолько, что даже его знаний не хватает, чтобы их взломать.
И хоть был дополнительный способ сделать это, но проще было обратиться к императору.
В целом, я и так намеревался к нему обратиться, если вдруг Максимка не справился бы.
Анна ничем тоже не помогла, посему оставался только Малинов.
И вот императорский дилижанс доставил нас ко дворцу Александра Александровича.
Шатенка с золотыми глазами привела меня к своему отцу, где я не только рассказал про Викторию Ракс и четыре дополнительных слова, которые всплыли во время моего десятиминутного сна, но и показал запись, где Малинов чётко увидел, как я убил своего деда и Васю, а также, как Мозгенда сказал, что у него две тысячи магоедов и что этого хватит, чтобы начать войну с императором.
— Но этого можно избежать, я надеюсь, — повторил император последние слова Мозгенды. Он посмотрел на меня и спросил: — Что бы это могло значить?
— Без понятия, Саня… то есть это… Ваше… Высоч… Величество, — попытался красиво ответить, но вышло как обычно.
— Ваше Императорское Высочество, завтрак подан. Прошу к столу, — с поклоном обратился какой-то мужик в белом фраке.
— Что ж, нужно подумать над этим, — сказал император мне. — А пока что, друзья мои, с вашего позволения я удаляюсь. — И Малинов направился, видимо, пожрать.
— Что-то твоего батю не совсем удивил Генри Дайс с его планами, — прошептал Анне на ушко. — Ещё и про Викторию Ракс ничего не сказал.
— Он всегда так делает, — «успокоила» меня Анна. — Ему просто нужно немного больше времени, чтобы дать ответ. Отец не любит, когда приходится говорить о том, чего он не знает. А что касается Генри Дайса, то, думаю, он посчитал, что это не твоё и не моё дело, поэтому и не хочет вмешивать нас в эти дела. — Девушка хлопнула меня по плечу, чего раньше не делала. — Ну всё, пошли тренироваться, раз школу пропускаем. Нам ещё нужно много всего продумать, прежде чем наступит пятница.
Что же, это, может, и не моё с Анной дело, но этот пиздюк расфуфыренный мог бы и сказать хоть пару слов мне. Хотя бы даже: «Женя, мне нужно подумать и поднять архивы. А пока что можешь позавтракать вместе со мной и Анной».
 
Но нет, этот гад просто взял и свалил от нас, не предложив ни мне, ни своей дочке даже перекусить.
Лично я утром не жрал, поэтому с радостью бы скушал гроздь винограда и какой-нибудь вкусной каши. Всегда в своём мире любил утро начинать не с кофе, а с фруктов и каши.
— Итак, начнём с твоих способностей, — предложила дочка императора, когда мы вышли на тренировочную площадку.