Тэлон (ЛП)

Сам Тэлон для меня тоже загадка. Быть рядом с ним — все равно что кататься на американских горках. Только что он вел себя так, словно я ему совсем не нравлюсь, а потом вдруг начинает приставать. Затем и вовсе заявляет, что больше не позволит мне жить в гетто, что бы ни случилось, и это совершенно точно самые добрые слова, самый щедрый поступок за всю мою жизнь.
— Почти на месте, — сообщает он, нарушая тишину.
Мы доехали до потрясающе красивого района Уайт-Маунтинс. Я бывала здесь только несколько раз, да и то проездом, несмотря на то, что прожила в Нью-Гемпшире всю свою жизнь.
— Мы ведь сейчас где-то недалеко от водопадов? — интересуюсь я. Никогда не была у водопадов, хотя всегда хотела туда попасть.
— Ага, это не так далеко отсюда, — отвечает он, сворачивая с главной дороги на узкую — посреди леса. — Тебе нравятся водопады?
— Я всегда хотела туда съездить, но так и не выбралась. — Сложновато выбраться куда-то, если нет машины.
— Значит, мы как-нибудь поедем туда вместе. Лучше всего осенью, когда листва на деревьях пожелтеет.
— Я бы с удовольствием. Обожаю осенние краски в природе.
— Возьмем мою камеру и наснимаем красивых видов. Можно будет сделать рамки и развесить фото в доме.
— Хм, было бы здорово, — улыбаюсь я ему. Мне нравится эта идея.
— Я тоже так подумал. С твоими дизайнерскими способностями, не в пример моим. Думаю, вопросы по части украшения дома лучше оставить тебе.
— Нет, мы вместе этим займемся.
Он кивает, заезжая на подъездную аллею, ведущую к дому, и паркует машину.
— Ладно, договорились. Но креативную часть лучше возьми на себя. Мы, кстати, приехали.
Ни фига себе! Место выглядит великолепно: вокруг потрясающий пейзаж, на лужайке перед домом огромная плакучая ива в окружении идеально подстриженного кустарника и пестрых цветов. Главный дом представляет собой огромное здание из красного кирпича, выстроенное в форме буквы L. Оно похоже на ранчо, а гостевой домик, который стоит немного поодаль, судя по тому, что видно снаружи, совсем не маленький.
— Подожди, я подойду, помогу тебе спуститься, — говорит молодой человек, выпрыгивая из машины, и обходит ее вокруг, чтобы открыть мне дверь. Я передаю ему Пикси в переноске, а потом спрыгиваю, держась за его руку. Выбираться из этой махины гораздо проще, чем забираться внутрь.
— Может быть, и правда лучше поменять машину, чтобы не приходилось усаживать меня вручную и постоянно помогать выйти, — предлагаю я, забирая у него кошачью переноску. Хотя, признаться, мне нравится, что он все время поднимает меня на руки, когда нужно куда-то ехать. Нравится смотреть, как напрягаются мышцы на его плечах.
— Давай занесем вещи, устроим на месте животинку, а потом прогуляемся до бабушки, поздороваемся.
— Не называй ее «животинкой». Тебе следует обращаться к ней «Принцесса Пикси», а не то она очень рассердится, — поддразниваю я, заглядывая в окошко маленькой переноски. Пикси выглядит не особенно радостно. Наверное, все эти передвижения немного выбили ее из колеи. Обычно в это время она предпочитает вздремнуть.
Тэлон одаривает меня очередным насмешливым взглядом и вытаскивает мои вещи с заднего сидения машины.
— Никакой принцессой я ее называть не буду, и не проси. Хотя, если честно, мне по душе эта идея. Можешь называть меня Господином или Повелителем.
Я, смеясь, следую за ним в гостевой домик, расставляю по местам еду, воду, лоток, корзинку-кровать и когтеточку для кошки, пока Тэлон заносит в дом остальные мои сумки. Я не стала брать много вещей, только то, что может понадобиться в течение недели, как он и попросил. Несколько заказов на мыло ждут отправки, поэтому пришлось привезти с собой необходимые для его изготовления материалы. Не хочу растерять клиентов из-за своей небрежности. Сейчас большинство клиентов узнают обо мне от своих знакомых, поэтому расстраивать кого-то опоздавшим заказом не стоит.
— Она не выходит из дома, — рассказываю я, пока Принцесса Пикси робко изучает новую обстановку. — Поэтому, пожалуйста, будь аккуратен, когда открываешь и закрываешь двери. Не хочу, чтобы с ней что-то случилось.
 
— На улицу нельзя. Следить за дверью. Все понял, — отвечает он. — Пойдем к бабушке. Умираю от голода.
Мы проходим к главному дому по каменной дорожке, с двух сторон обрамленной яркими цветами. Повинуясь внезапному импульсу, примерно на полпути я беру его за руку, тайно надеясь, что этот жест не вызовет очередную эскападу с сексуальным подтекстом, но он удивляет меня. Тэлон просто бросает на меня ласковый взгляд, подмигивает и нежно сжимает мою ладонь.
Как только мы подходим к дому, входная дверь распахивается, и на пороге, широко улыбаясь, появляется его бабушка. Я помню ее со свадьбы, потому что она очень крепко обняла меня, а потом, пока мы разговаривали, держала мою руку в своих ладонях. Эта женщина — именно такая бабушка, о какой все мы мечтаем: ласковая, любящая и просто очаровательная.
— Ну наконец-таки! — восклицает она. Тэлон наклоняется и крепко ее обнимает, а мое сердце едва ли не тает от умиления, когда этот высокий, длинноволосый парень в татуировках заключает в объятия такую крошечную, пожилую женщину.
Когда он ее отпускает, я подхожу поближе и тоже ее обнимаю.
— Заходите, заходите! У меня для вас уже обед готов.
— Слава Богу! — выдыхает Тэлон, когда мы заходим в дом. — Умираю с голоду, Ба. Азия меня совсем не кормит.
Я открываю было рот, чтобы запротестовать, но она меня опережает:
— Тэлли, не начинай ее тут же дразнить, а не то отпугнешь.
— К счастью, меня не так просто напугать, — улыбаюсь я им обоим.
— Этот у нас в семье самый избалованный, — говорит Ба, провожая нас к кухонному столу. — Садитесь, а я все принесу.
— Можно я помогу? — предлагаю я, поскольку не хочу, чтобы его бабушка убивалась, обслуживая нас.
— Нет, нет! — протестует она. — Просто посиди, я сама.
Тэлон выдвигает для меня стул и помогает присесть.
— Она обожает готовить и всех кормить, — рассказывает он. — А я совсем не избалованный.
Он шлепается на стул рядом со мной и вытягивает длинные ноги под деревянным столом.
— Он самый младший мальчик, и его все всегда баловали, — объясняет Ба, когда возвращается к столу от невероятных размеров холодильника с тарелкой сэндвичей с разными начинками. Затем она приносит огромную чашку свежего салата из сезонных овощей. — Он сказал, ты не ешь мясо. Надеюсь, такой салат и вегетарианские сэндвичи тебе понравятся?
— Все замечательно. Вам не стоило так беспокоиться! — восклицаю я, не привыкшая к таким семейным радостям. — Спасибо большое. Надеюсь, от меня не слишком много хлопот.
— Я люблю кормить народ, — отмахивается она от моих извинений и осторожно садится в одно из кресел напротив нас за столом. — Налетайте.
Тэлон именно так и поступает: накладывает себе в тарелку горку сэндвичей.
— Не представляю, как ты можешь уже проголодаться после того огромного завтрака, — с усмешкой замечаю я.
— Он ест почти без перерыва. Всегда таким был, — говорит Ба.
— Да уж, по части еды я ненасытный. Да и по части других вещей тоже, — намекает он, глядя на меня искоса.
— Тэлон! — Поверить не могу, он намекнул на секс прямо перед своей бабушкой. Я буквально чувствую, как мои щеки горят от стыда.
— Кстати, насчет этого, — сложив руки перед собой на столе, продолжает Ба. — Вижу, вы решили отложить медовый месяц. Вы двое смогли поладить? Все в порядке?
 
Я едва не давлюсь своим сэндвичем. Мы что, серьезно сидим здесь и обсуждаем с его бабушкой нашу несуществующую сексуальную жизнь?
— Ба, это просто невероятно странная ситуация. Понятия не имею, почему они решили составить из нас пару. У нас нет ни хрена общего, и мы друг другу даже внешне не нравимся. Посмотри на нее. Как считаешь, она чем-то похожа на мой типаж? — Он откусывает кусок сэндвича и продолжает с набитым ртом: — И я тоже совсем не в ее вкусе.