Две луны (СИ)

— Не думайте за хозяев, вы черви перед ними. Перерабатывайте свой гумус, может, найдете что-нибудь полезное для себя. И не никогда не забывайте, откуда вас взяли. — раздраженно выдали динамики. — Вам дали шанс вновь обрести свободу! Если вам этого много, сидите тихо в своей конуре, жрите пайки и не рыпайтесь, тогда за одежду и все прочее платить не придется. Если хотите большего, сами изворачивайтесь, как можете, никто вам не запрещает. Но оплата этого будет соответствовать вашим действиям.
Закончив эту милую беседу с элементами легких наездов, пошли смотреть карту. Без Муни, оставшимся в лагере, Петр с трудом понял, как тут все переключается и едва вывел желаемое на экран. Посмотрев пещеру, убедились, что она точно должна выйти в нижний лагерь, хотя до него было еще идти и идти. Потом осмотрели общий план.
— Петь, я не понял, они местностью совсем не занимаются? Смотри, у нас нормальный кусман добавился, а вокруг поселка совсем чуток. За рекой, правда местность появилась, видать первые смельчаки ее переплыли, в предгорье еще немного, ну еще ниже по течению реки малек добавилось, охотятся там, значит.
— Наверно, у них проблемы с хвостатыми опять, на оборону много людей тратят, а местность простые охотники исследуют, а не специальные отряды. Верно молвит куратор, что у нас почти шоколад по сравнению с поселком.
— Только горький. — отметил Игорь. Два убитых и трое раненых за две недели из пятнадцати человек на шоколад не смахивает.
— Это с поселком надо сравнить. Пошли за плюшками, скоро налобники подзарядятся.
Сдав в приемные ящики оружие, обратно забрали бинты и небольшой контейнер мази. С рангами было веселее. У Петра теперь стало сразу на три ранга больше — добавились ранги «торговца» и «искателя». «Охотник» и «военачальник» выросли до второго и до третьего — «подземный исследователь». Планка нашивок рангов стала напоминать ветерана- людоеда на параде в праздничные дни, особенно с учетом волчьей жилетки. Или разбойника с тесаком, ограбившего того ветерана. Колониальный заработок тоже вырос в два с половиной раза, уже в день выходило достойных семь серебряных, о чем месяц назад он просто и не мечтал. Система то ли сломалась, то ли сказалась набитая яркими событиями неделя, но сегодня была щедра до невозможности. Хунг со своим луком сразу получил «воина» и третьего «охотника», а Выживальщик — вторые ранги по пещере и географии, сработала задумка Петра держать его впереди, чтоб быстрее прокачиваться. Остальных фортовцев система тоже не обделила, многие заработали свои первые ранги, а некоторые уже красовались со вторыми. Но, как оно часто бывает, радость была недолгой. Это когда подошли к окну колониальных закупок и нашли цены на лекарства, бинты и одежду.
— Если прикинуть навскидку, сколько мы рвем и изнашиваем, то без торговли тот же шиш получается. Одежда и обувь, конечно, у них добротные, ничего не скажешь, но наши прогулки и горячие встречи с другими обитателями весь заработок под корень режут. — ругался Игорь. — Как были нищими оборванцами, так и останемся вечно драной элитой. На это все плюшки и рассчитаны, думаешь, ты — бог, а на самом деле такой же засранец, как остальные вокруг, только медалек больше вместе с полученными шрамами.
— Не скули, Игорек, не так уж все и плохо. В самом начале по сравнению с нынешним нашим положением вообще беда была. Сейчас покупать ничего не будем, металки на рынке сбросим и рванем к Ляо. Посидим, как белые люди, за соль с ним поговорим, отметим окончание трудных будней. Выходить из поселка все равно нельзя, так что отдохнем по полной.
— Кайфуй, пока кайфуется, страдать всегда успеешь. — добавил немногословный Хунг.
На рынке, как и думал Петр, копьеметалки уже появились в продаже, делать то их было просто. Так что пришлось сдать оптом и идти к Ляо. Он уже привел все в порядок после вторжения ящеров и, как всегда, хлопотал над приготовлением еды. Посмотрев на фортовцев, он приглашающе махнул рукой на веранду, и сполоснув руки, направился к Петру. Петр показал глазами на мешок, и Ляо, все поняв, пригласил его в свое жилище. Там Петр вытащил из мешка другой, поменьше размером и распаковал его, объявив цену за вытащенную соль в полуимпериал за килограмм. Цене Ляо не удивился, хотя эмоции на его лице всегда трудно читались. Он бережно высыпал слегка грязноватые крупицы соли на ладонь, лизнул их и удовлетворенно кивнув, отдал деньги. После чего, наконец, сам завел беседу.
 
— Соль хорошая, но немного дорого, хотя товар для этих мест новый. Попробую ею поторговать, скажу, что получилось. Вы ведь тут на несколько дней? Зова будете ждать?
— Именно так. — ответил Петр. — Хотелось бы узнать результат до нашего отхода. Но учти, товар я от стражников скрыл, ведь не знал, согласишься ли ты на эту цену. И скажешь потом, сколько в следующий раз приносить, если торговля пойдет.
— Хорошо, я подумаю. А если покупать будут, придется к вам ходить, после уплаты пошлины совсем дорого выходит. Скажи мне, насколько это опасно, добраться до вас?
— Не знаю, по дороге пока зверье не нападало, ящерицы в нашу сторону тоже пока не ходят. Пока безопасно, думаю вдвоем- втроем можно пока ходить. Два или три килограмма в неделю мы сможем пока выпаривать, больше навряд-ли.
— Много не заработаешь, — подумав, произнес китаец.
— Зато, если спрос будет постоянный, то и деньги тоже.
— А с травой что? Если и ее брать, расходы на переноску сразу уменьшатся. — вопросительно взглянул Ляо на собеседника.
— Я попробую поговорить с Сэмом. До этого я только ему приносил, но обстоятельства вынуждают нас торговать ими из лагеря. Сколько ты хочешь брать?
— У нас мало любителей, а с белыми я пока дел не имею, кроме вас. Кафе — это само собой. Думаю, больше двадцати штук за раз не возьму. А в первый раз десять только.
— Думаю, Сэм согласится на такое количество. И еще, часть товара можете рыбой отдавать, у нас ее нет. А лучше будем обменивать рыбу на мясо или наконечники для дротиков, у наших мастеров они хорошо получаются. Подумай и над этим, Ляо.
— А что вы еще можете делать?
— Глину обжигаем, копьеметалки ты уже видел, оптом по два медяка готовы сдавать. Пока все, пожалуй. Забыл, шкуры еще учимся выделывать.
— Твоя плохая, воняет и жесткая.
— Знаю, просто торопились. Технологии точной не знаем, учимся только. Но все равно с ней удобней, по вечерам не так холодно, и защита дополнительная от звериных клыков. Видел, комбинезоны по полуимпериалу хозяева толкать начали. А норма теперь три комбеза в год. С нашими делами я сегодня уже третий взял, а ведь меньше двух месяцев здесь.
— Видел, — подтвердил китаец. — Наши охотники тоже жалуются, что трех комбинезонов на год не хватит, а третий ранг трудно заработать, он после боя с хищниками обычно дается. Не каждый может такое осилить. Скажи, русский, откуда ваш такой хороший лук взял?
— Наградили хозяева за находку их погибшего соплеменника. — не задумываюсь соврал Петр, не желая распространяться про пещеру.
— Хороший лук, — повторил Ляо. — с ним много птицы и зверя набить можно.
— Хороший, только наконечников для его стрел в продаже нет, а с костяными хуже будет. Полагаю, наш разговор окончен, Ляо, пошел я к своим, а вас жду в гости. Если точно скажешь, когда будете, можем встретить на подъеме.
С этими словами он вскинул на плечо слегка отощавший мешок, попросил китайца вернуть ему мешочек из- под соли и вышел на улицу. И сразу попал в гущу разборки. На их Моджахеда наехали другие арабы и сейчас с ним выясняли отношения.
— В чем дело? — громко спросил Петр.
— Оно не твое, шурави, не вмешивайся. — бросил в ответ один из арабов.
— Неправильный ответ! Это мой боец, и я за него отвечаю! Еще раз, в чем дело?
Выживальщик, находившийся тут же, впрочем, как и все остальные фортовцы, подошел к Петру и негромко сказал:
— Да цирк на ровном месте устроили. Этим явно не понравилось, что мы всю веранду заняли, но их, к счастью только пятеро. Двое ровно себя начали вести, а эта троица прицепилась к нашему муслиму. Говорят, сильно хвастлив стал.