Искусство взрывать (СИ)
И вот тут меня ждало новое, самое неожиданное за сегодня открытие, хотя, казалось бы, куда еще… В груди Мак горела звездочка неизвестного артефакта, и горела черным цветом. Это было жутко, это было неправильно, и я, Кингу меня побери, хотел понять, что это такое!
— Эй, Пустой! — Комар вскочил на ноги. — Ты чего?
Я сам не заметил, как среагировал на странность нашей гости, вытащив пистолет и направив его ей прямо между глаз.
— Что у тебя в груди? — я проигнорировал парня. Надеюсь, ему хватит ума не натворить глупостей.
— Что ты имеешь в виду? — Мак делала вид, будто не замечает пистолет.
— У тебя в груди артефакт, очень необычный… Что это?
— На мне нет артефактов. Тем более внутри меня, — голос девушки дрогнул.
— Ты о чем-то подумала! Говори!
— Это не твое дело! — Мак тоже повысила голос и поднялась с дивана, теперь мы втроем стояли на ногах, и ситуация могла вспыхнуть в любой момент.
— Если ты хочешь участвовать в моей операции, то это дело — моё! — я видел, что Курильщик почему-то очень важен для красноволосой девушки. Вот и проверим ее приоритеты.
— Внутри меня нет артефактов, только… — девушка замолчала. — Один препарат. Его делают на черном рынке на основе смолы из осколка, помогает временно усилить способности. Я рассчитывала, что это поможет мне ощутить учителя, но Урусов постарался… Что бы он ни использовал, сколько бы я ни ездила по городу, я не почувствовала ни одной знакомой мысли.
Я оценил план девушки. Действительно, если ты слышишь чужой разум, то даже на расстоянии можно заметить нужного человека. Теперь еще и это надо будет учитывать в работе с игигами-врагами… Но сейчас не это важно! Смола и черная звездочка!
— Ты разрешишь? — я медленно протянул руку к груди девушки.
Та могла отодвинуться, остановить меня, но ждала. Словно сама осознала находящуюся внутри нее опасность и теперь искала выход.
Я коснулся черной звездочки, она сопротивлялась. Я сжал ее, как когда работал с сердцем Черномора — Мак вскрикнула.
— Потерпи… — бросил я. — Буквально пару секунд.
Удерживая черную звездочку, я погрузился в ее описание, рассчитывая хотя бы через открывшиеся свойства, которые я могу менять, что-то о ней узнать. Но не сработало! Впервые в этом мире я не сумел ничего сделать! Черная звездочка была у меня в руке, я держал ее, но моя искра оказалась против нее бессильна.
Я толкнул руку вперед, прижимая ее к груди Мак. Держать звездочку стало легче, но и все…
— Больше не могу, — девушка отстранилась.
Она тяжело дышала, лицо побледнело — это было видно даже за маской.
— Что это? — Комар тоже был растерян и одновременно напряжен.
— Артефакт тьмы. Смола осколков — это не просто субстанция с заложенными свойствами, это что-то большее, — я поделился своими открытиями. — Поэтому и государства, и корпорации уделяют ей столько внимания. Правда, я не думал, что из нее уже делают усилители для игигов, продающиеся на открытом рынке.
— Не на открытом, я достала ее через знакомого, — ответила Мак, но я почувствовал недосказанность.
— Ее тебе дал Курильщик? — спросил я.
Девушка не ответила, но ее молчание было красноречивее тысячи слов. Мой учитель из снов стал казаться еще менее приятной личностью, чем я раньше думал.
— Так что с этой штукой в груди? Она мне угрожает? — Мак вернулась к тому, что было важно для нее.
— Не знаю, — честно ответил я. — Она принципиально отличается от любых других артефактов — у этой гадости как будто есть разум. Все, что я могу сказать сейчас.
— Я разрешу тебе наблюдать за собой и отслеживать развитие артефакта во мне в течение операции, — неожиданно предложила Мак.
Как тонко она чувствует момент. Только я задумался о том, что неизвестная опасность под боком — это лишнее, как она подкинула аргумент все же заключить соглашение.
— Хорошо. Сделка, — я протянул руку девушке, и та мгновенно пожала ее.
У нее были тонкие, но очень крепкие пальцы. Мой взгляд скользнул к экрану, куда были выведены показатели моего тела — все в норме, значит, воздействия на мой разум скорее всего нет.
— Тогда чаю и обсудим, кто и что будет делать? — предложил Комар и, не дожидаясь ответа, пошел к небольшому столику, стоящему у окна. Из него открывался красивый вид — самое то, чтобы думать и мечтать о чем-то хорошем.
Сейчас
— Летит, — доложил Комар, постаравшись незаметно для меня сделать себе какой-то укол.
Стимуляторы? Учитывая, что нас ждет — его выбор.
Мы неспешно ехали по проселочной дороге прямо к Мелкову. Именно над этой деревней Мак, по нашему плану, должна была выйти в салон к Дмитрию.
Добавить девушку в команду дирижабля с ее способностями было совсем не сложно. Рассчитать точку, когда молодому Урусову повезут завтрак — тоже. Вот потом была развилка. Либо Дмитрий не узнает Мак, и та спокойно считает его мысли и сбросится с дирижабля. Либо ее прикроет взятый под контроль член команды… Пару секунд девушка точно продержится: уровень младшего Урусова и его возможности она знала и была полностью уверена в себе. А потом выстрел из гранатомета и дыра в боку дирижабля — останется только через нее выпрыгнуть.
Звучало несложно.
В реальности, как это обычно и бывает, что-то пошло не так. Мак вывалилась слишком неудачно, поздно раскрыла парашют и сильно приложилась о поверхность. К счастью, мы с Комаром были рядом — закинули ее в машину и сорвались в ближайший лес. Достаточно густой, чтобы сверху нас не смогли выследить.
— Как она? — спросил я, продолжая гнать машину прямо по лесным корягам.
— Дышит, жива… — ответил Комар. Последний час он себе места не находил и только сейчас расслабился. Кажется, он на самом деле волновался за Мак. — Кстати, дирижабль за нами не полетел.
— Сильно повредили его? — я не мог повернуть голову, все внимание занимала дорога.
— Нет… Он потерял не больше двадцати процентов скорости. Скелет конструкции тоже цел — как мы и планировали, помощник Мак пробивал ей проход, а не старался разрушить дирижабль.
— Стоп! — я притормозил и плавно остановился. — Он что, вообще за нами не полетел?
По плану, если дошло до силового варианта, начинался этап гонки. Дмитрий старался нас опередить на пути к Курильщику, мы делали вид, что соревнуемся, но на самом деле выпускали Комара, и именно он по-тихому вытаскивал учителя Мак из заточения… И вот младший Урусов как будто разом отказался от всех своих старых планов.
То ли мы чего-то не знаем, то ли кто-то неожиданно повзрослел.
Глава 4
Мы продолжали отлеживать маршрут дирижабля, ожидая каких-то сюрпризов, но он действительно двигался в сторону Санкт-Петербурга. И ничего больше.
— Приводи Мак в порядок, и тогда возвращаемся к первому плану. Поедем за Курильщиком вместе, — сказал я Комару.
Он вытащил шприцы с сывороткой и адреналином, а я, неловко развернувшись на тесном переднем сиденье, положил девушке руку на грудь и принялся отслеживать поведение черной звездочки. За те сутки, что прошли с нашей встречи у Речного вокзала, та стала тусклее. Похоже, вариант препарата, который ввела себе Мак, потихоньку выходил из организма.
Так было раньше, но сейчас, когда девушка была ослаблена и без сознания, черная клякса у нее в груди словно приободрилась. Она резко прибавила в активности и даже стала расти в размере…
— Что-то не так с пульсом, — до меня донесся встревоженный голос Комара. — Она уже должна была прийти в сознание, но…
— А если так? — я решил помочь Мак тем единственным способом, что был мне доступен.
Коснулся черной звездочки, а потом крепко сжал ее. Что бы она сейчас ни пыталась сделать, в моей хватке ей это будет гораздо сложнее провернуть. И сработало. Мне сильно жгло ладонь, но клякса перестала бунтовать, успокоилась, а потом и вовсе затихла.
— Мак? — я понял, что могло стоять за таким поведением черной звездочки.
— Голова болит, — девушка застонала.