Через тернии в Пустоту. Том 2 (СИ)

Чуть ли не прыгаю, настолько сильно оттолкнулся на полусогнутых ногах, я отчетливо слышал треск древесины. Влетаю с колена в живот охраннику, до этого, конечно же, облачившись в стильные черные сапоги, стилем смахивающим на перчатку. Мужик закряхтел и согнулся пополам. Перехватываю «Синфайн» и опускаю клинок прямо в открытое место на шее между курткой и шлемом. Замираю и прикрываю глаза. Шорохи, треск факела, топот охраны в отдалении, но он приближается. Рядом никого нет. Вытаскиваю клинок и окропляю стену алой кровью смахнутой с клинка.
— Теперь можно не ходить, словно воришки какие, а?
— А мы кто? — ухмыльнулся я. — Но вообще да, теперь можно не конспирироваться. Этих упавших тюленей, — кивнул на труп, — весь район слышал. Так что готовься, скоро и тебе придется тратить ману.
На мои слова Лили отреагировала на удивление спокойно, я бы даже сказал безразлично, лишь посох покрепче сжала. Уж странно это.
— Идут, справа, — махнул я рукой сторону Т-образного коридора и кинул девушке её магический дрын.
Словив посох, Лили тут же начала тараторить активатор заклинания, попутно делая пасы свободной рукой. Ради интереса подлил немного маны в глаза и увидел то о чем и думал. Магический каркас заклинания. Только он был настолько ярким, что я рефлекторно дернул головой в сторону и прикрыл глаза, а когда пересилил себя — заклинание уже полетело вперед.
— Инс Гол Дэ Сор!
Меня обдало жаром. Два шара размером чуть большие, чем баскетбольный мяч, разрезая полумрак коридора, за несколько секунд добрались до угла. Аккурат когда из-за него выходила охрана. Погремел взрыв, и стражники утонули в языках пламени. Ударной волной отбросило всякий хлам, — кувшины, картины, вазоны. А вопли горящих заживо людей было отчетливо слышно чуть ли не на весь особняк. Я быстро добил бедняг точными бросками кинжалов и повернулся к юному дарованию. Отряд из пяти охранников был уничтожен за несколько секунд.
— Слушай, а ты уверена, что запускать огненные шары в поместье с большим количеством деревянных элементов декора — хорошая идея? — спросил я, глядя на всё более расширяющийся пожар позади.
— Не молниями же мне их бить? — пожала плечами Лили. — А то, что мучились перед смертью, ну так знали ведь к кому шли на службу и что рано или поздно придется рискнуть шеей, — с нескрываемым злорадством в голосе произнесла она.
До этого девушка слишком уж негативно реагировала на какое-либо насилие в сторону людей, а тут предо мной стеклянное безразличие от моей до этого робкой спутницы. От такого поворота я немного опешил. Конечно, я не психолог или кто-то подобный, но не может же быть такая резкая перемена? Или это распространяется лишь на окружение графа?
— Ну, а насчет пожара, — продолжила девушка, — так нам это только на руку. Следы заметет, если что, отвлечет охрану и прислугу, развязывая нам руки еще больше. И если честно, — вздохнула Лили, не сбавляя скорости, — я уже давно хочу увидеть этот особняк в пламени Великого Аршея.
«Еб тыр-тыр, кажись, я породил монстра… или только снял с него кандалы?» — подумал я, но в слух говорил уже о другом.
— Кхем, я тебя понял. Толпа впереди, но какая-то странная.
Топот я слышал довольно отчетливо, и это учитывая огромное расстояние, так как мы стояли чуть ли не по разные стороны коридора. И вправду, из-за угла начали вываливаться облаченные в тяжелые доспехи, чем-то смахивающие на латы, стражи с листообразными обтекаемыми щитами и каким-то гербом на них. Всего было пять рыцарей, но вот опасностью веяло совсем не от них, а от хищных наконечников болтов заряженных в сраные арбалеты. Я услышал четкий звук активации спускового механизма.
Левая рука покрывается черной дымкой и тянется вперед, а правая хватает девушку за шкирку и словно котенка тянет назад. Арбалетный болт, вместо горла моей спутницы, пробивает монструозную лапу, но так там и остается. Тихо пискнув от неожиданности, Лили улетает обратно в коридор, а я следом. Еще четыре болта впиваются в противоположную стену от той, к которой мы прижались. Одним движением вытаскиваю болт и развеиваю дымку. Смотрю на сквозную дыру, понимаю, что не могу нормально двигать рукой. Пойти назад нельзя. За нами гонятся — это раз. Лестница аккурат за тем поворотом, у которого расположились арбалетчики — два.
 
— Старый хер, на кой ляд тебе арбалетчики в особняке?!
— Личный резерв, — ответила Лили протирающая лицо от моей крови.
— Подлечи, — услышав мои слова — бросила это дело и зашептала активатор заклинания. — Барьер?
— Был, но спасибо. Он бы выдержал болта два, может три.
— Понял, — кивнул я, теперь следующий вопрос.
— «Умбра, какого хера?»
— «Прочность второй кожи нестабильна первые секунды. Слаба. Да и я тоже не всесилен, ведь я не могу использовать свои силы на полную».
— «Так сделай так, чтобы смог».
— «Невозможно».
— «Сделай их хоть немного прочнее».
Рана зажила, а руки по локоть начали покрываться дымкой, затем перчатки уплотнились и стали темнее самой ночи. Казалось, перчатки просто поглощали весь немногочисленный свет. Я буквально чувствовал, как на эту поделку ушло процентов десять моей маны, учитывая, что до этого я вообще почти не ощущал оттока, больше страдать такой дичью я не буду. Так мало того, что эти перчатки мне стоили как хвост самолёта, так еще и на поддержание медленно утекала мана.
— Считай до десяти и начинай запускать молнии, — кинул я напоследок и рванул на стену щитов.
Два шага, перекат, выхожу на колено и снова бегу вперед, а болты проносятся над головой. Арбалетчики начинают перезаряжаться, а вот рыцари идут на меня, пытаясь задержать.
— Инс, — рывок влево, меч рыцаря разрезает пустоту. Затем парирую еще один клинок и начинаю крутиться волчком, оставляя за собой огненный след. — Илон!
Полукруг огня не зацепил лишь одного рыцаря. Всё стражи на кого попал огонь начали вопить в агонии. Их доспех раскалился и начал жечь кожу, у самого ближнего ко мне доспех вообще поплыл. И если стражей в доспехах мое заклинание полностью обезвредило, ближнего ко мне скорее всего вообще убило, то вот от арбалетчиков оно меня лишь закрыло. И эта секундная фора превратилась в полнейшее преимущество. Огонь жадными языками начал поглощать всё вокруг. А спустя пару секунд, когда веер огня от заклинания начал рассеиваться, из этого пламени, аки черт из табакерки, выпрыгиваю я.
Два кинжала застревают в шеях арбалетчиков, те мешками падают на пол. Вовремя выставляю свободную руку, в нее врезается болт, но, лишь жалобно стукнувшись — падает на ковер. Но вот руку пронзает боль, а потом еще одна, только уже в плечо. Это я еще головой дернул, а так бы в одно ухо влетело, из другого бы вылетело.
— В тень! — последний болт втыкается в стену позади меня.
Резко вылетаю обратно из теней. Выпад в сторону ближайшего арбалетчика, одним скользящим движением отрубаю ему сперва руку, которой он схватился за кинжал, а затем перерезаю горло, — он сделал шаг назад. Срать, и так сдохнет.
Перекидываю «Синфайн» из здоровой руки в раненую, беру обратным хватом. Подшаг, перехватываю ладонь с кинжалом, увожу её в сторону. Арбалетчик насаживается горлом на клинок. Переставляю ноги и дергаю рукой — «Синфайн» освобождается, а арбалетчик становится на голову короче.
Выхватываю из пространственного кармана «Ноктис» кидаю в последнего арбалетчика. Не глядя на результат ныряю перекатом за угол. В стенку напротив начинают бить молнии. Перчатки из дымки рассеиваются из-за ненадобности. И пока Лили развлекается — вытаскиваю застрявший болт.
 
— Сраные арбалетчики. Вы теперь в моем личном списке гандонов, аккурат за суккубами, — прошипел я, придерживаясь за ноющее плечо. — В тень.
Я провалился за грань, быстро прошелся вдоль стенки и засунул болт поперек шеи все еще живому арбалетчику. «Ноктис» попал ему в колено, его дорога приключений закончилась в этом горящем коридоре. Перевел взгляд на побоище, остался последний охранник несется на Лили, но ловит молнию в голову — мешком падает на ковер. Лили быстро перескакивает через огонь и бежит за мной.