Домашняя работа. Средневековая история
Эмма упала на колени:
– Ваше сиятельство, да я… вы…
По лицу женщины катились слезы.
Лиля только чертыхнулась про себя. Феодализм, чтоб его!
Пришлось поднять Эмму с колен, усадить на кровать и погладить по волосам.
– Эмма, милая, для начала размести всех, кто уже есть. И поговори с Иваром – это старший у вирман. Он тебе скажет, кого, куда и как. Сколько прибудет, что нужно…
– Ваше сиятельство, пастор говорит, что вирмане – дикари бездушные.
Лиля фыркнула.
– С пастором я поговорю. Кстати, когда у нас тут служба?
Оказалось, уже завтра. И Лиля решила, что надо сходить. И малявку с собой взять. При ней пастор определенно будет благодушнее… наверное. Или можно ее выпустить как средство отвлечения?
Лиля решила подумать об этом вечером. А пока…
– Воду, одеться и позови ко мне Марсию, хорошо?
Эмма закивала и помчалась исполнять приказания. Судя по ее глазам, за Лилю она готова была в огонь и в воду. И женщина подумала, что все сделала правильно.
С одной стороны, Эмма при деле. Управлять домом она точно сумеет. А вот поместье ей не под силу. Слушаться ее не будут. И приказы исполнят через пень-колоду. Ну кто она для крестьян? Вдова управляющего. И то – прошлого. И любить ее особо не за что…
Подумав об управляющем, Лиля покусала ноготь на большом пальце.
Дурная привычка, да. Но иногда прорезается.
Где-то она крупно лажанулась. Вот представьте себе – вы управляете поместьем. И вас на ночь глядя выставляют за ворота. Вы уходите, и ваш труп на рассвете находят в лесу.
При этом Эдор ведь не спорил, не пытался попросить повозку или что там… Он просто взвалил на плечи сколько влезло…
Что это может значить?
Да только одно: Ему было куда пойти. И к кому.
У него стопроцентно были сообщники. Но кто?
А черт его знает! Теперь уже не выяснишь, пока сами не вылезут. Секреты – они и в деревне бывают, хотя там их сберечь на порядок сложнее, чем в городе. Нет, ну кто?! Кто?!
Знать – надо. Лиля не собиралась пока что-то предпринимать. Но сильно подозревала, что сволочь, отлученная от кормушки, способна на гадости. Да еще как способна!
Так что надо быть осторожнее.
Убить могут?
А черт знает.
С одной стороны – графиня. Если тронешь – тут такое устроят…
С другой стороны – несчастный случай, он всегда проходил. Тем более, супругу она параллельна, отец… вот отец…
Так. Сегодня у нас кузнец, и обязательно надо перекопать все бумаги. Надо бы и раньше, но читала Лиля откровенно плохо. Да и…
Не подумала. Вот честно – не подумала. Хотя и знала, что бумаги – это основа миропорядка. Кстати, а тут она может бумагу сделать? Чтобы не на бересте или пергаменте каждый раз писать?
Та-ак.
Бумагу делают из целлюлозы. Целлюлоза – это дерево. А можно чем-то заменить деревья? Восполняемым ресурсом?
Надо бы подумать и вспомнить уроки химии. Потому что деревья жалко. Да, на дрова уходит много. Но на бюрократию будет уходить на порядок больше.
Нет, леса она вырубать не даст.
Надо сидеть и вспоминать.
На ярмарке Лиля купила несколько десятков свитков пергамента. Не говоря уже о прорве бересты. И намеревалась записывать все, что необходимо.
В первую очередь все, что она помнит из медицины. А потом – химия, биология, ботаника… Да уж найдется что вспомнить.
Как Лиля радовалась, что она – не блатная дура. Такие в вузах тоже были. И знания их стремились к нулю. А она учила в свое время не за страх, а за совесть. Потому и помнит что-то. Да и медицину она долбила как дятел. До автоматизма. Ночью разбуди – ответила бы. Все, от строения скелета до названий хирургических инструментов.
И сейчас собиралась все это записать. Мало ли что.
Да и та же химия. Кто знает, как она зубрила неорганику? Ей это как раз плохо давалось, и она пару лет не расставалась с учебниками. Вот анатомия – вопрос другой. Там все было просто, привычно и понятно. Зоология – хуже, хотя число шейных позвонков у попугая она до сих пор помнила. Зоолог хороший достался, даже летом водил их на пруд, на практику, пиявок ловить…
Ботаника… тьфу! Пестики и тычинки Лиля ненавидела. Ботанику она любила практическую. То есть – садово-огородную. Генетика… надо бы не забыть.
Столько всего предстояло… с ума сойти!
А время, время…
Лиля автоматически умывалась, поворачивала голову так, чтобы Марсии удобно было расчесывать ей волосы, слушала тихое перешептывание Лидии с Ирэной – и думала, что взваливает на себя неподъемную ношу. Ей бы в глушь и в тишь. Чтобы никого рядом не было.
Но выбора не предоставлялось. И надо сказать спасибо за то, что есть. Она ведь одна здесь не выживет.
А так….
Девочки отлично провели ночь на новом месте. Удобно устроились и были весьма благодарны. Лиля распорядилась выделить им две комнаты на троих. Больше никак. Все-таки вирмане еще….
Но девушки точно не возражали. Они удобно устроились в одной из комнат, а вторую решили отвести под мастерскую. Лиля только плечами пожала. Если хотят – пусть. Но она собиралась организовать мастерскую или в бальном зале, или в музыкальной комнате.
Девочки понятливо покивали. И предложили Лиле одеваться.
Белая кофта типа рубашки. Зеленый жилет. Зеленая юбка.
На ноги – те же чешки с лентами вокруг щиколотки. Ну ничего, она здесь наладит приличное производство обуви!
А пока позавтракать и заниматься делом. И начать с девочек.
Лиля быстро обрисовала им производство мягкой игрушки. Саму идею. И девушки захлопали глазами.
Куклы тут были. Но… не такие.
Шить мишек-зайчиков с набивкой никто не додумался. Лиля пообещала показать, что и как, и поглядела на Миранду.
Малявка спала как сурок. Оно и понятно. Умоталась за время дороги. Ехали-то в карете и прорву времени. Хорошо, что здесь захолустье.
Лиля посмотрела на Лидию:
– Приглядишь за ней? Вот, на пару с Ирэной? Хотите – поработайте тут, а как проснется, зовите меня. Хорошо?
Девочки не возражали. И Лиля отправилась завтракать.
А там ее ждал первый сюрприз. В гостиной, примыкающей к столовой, собрались шестеро человек. И все выжидающе смотрели на нее. Лиля подняла брови. Но начинать разговор не спешила. Разглядывала.
Один – явный военный. Темные волосы, серые глаза, крупное мускулистое тело, шрам на щеке. Темное платье и меч у пояса.
Вторая – женщина. Лицо лошади и выражение потомственной грымзы. Платье пышное, но шнуровка спереди. Не дворянка. Определенно.
Третий – смазливый блондинчик в голубом. Завитые локоны посыпаны чем-то белым, но аккуратно. На одежде следов нет. Смотрит томным взглядом… Бабы, наверное, млеют.
Конкуренцию ему составляет такой же смазливец, но темненький. Друг на друга они поглядывают без всякой приязни. Соперники?
И еще двое, тоже похожи друг на друга. Один – этакий боровичок в простом наряде. Серьезный взгляд, спокойная улыбка. Второй же… нет, они похожи только внешне. Уж больно у второго взгляд нехороший. Этакий калькулятор в человеческом облике. Будь это в той прошлой жизни, Лиля бы сказала: «бухгалтер». А здесь он кто?
Наконец она решила, что народ приведен в нужное состояние, и кивнула:
– Разрешаю представиться.
Первым заговорил вояка. Как она и ожидала.
– Госпожа, меня зовут Лейс Антрел. Я со своим отрядом сопровождал юную графиню до вашего замка. Если мы вам не нужны, мы готовы уехать в любой момент.
Лиля едва не фыркнула.
Не нужны?! Ребята, да вы – подарок небес!!!
Вы – противовес вирманам. Все-таки до конца я им доверять никогда не буду. Вам – тоже. Но люди мне нужны. А сделать вас моими людьми – дело техники.
Или…
С другой стороны – стоп машина! Это, дорогая моя, люди твоего мужа. Тебе нужно, чтобы он узнавал о каждом твоем шаге? Или чтобы ему по приезде отчитались в красках?
Надо подумать.
– Сколько у вас людей?
– Пятнадцать человек.
– Уважаемый Лейс, после завтрака прошу ко мне в кабинет. Вы останетесь в Иртоне?