Дракон (ЛП)

— Ага, — я ещё более неловко скрестила руки на груди, потом осознала, что это странно, и опустила их вдоль боков. — Я не удивлена. Насчёт отхода ко сну, имею в виду.
Когда я посмотрела на него в этот раз, Даледжем наблюдал за мной испытующим взглядом изумрудных глаз. Я видела, как он поколебался, словно хотел что-то сказать, затем передумал.
Он ждал.
Проведя ладонью по лицу, я потёрла свою голую руку, осознавая тонкость надетой на мне белой рубашки. Я гадала, стоит ли попросить его, и как это сделать, и был ли какой-то официальный способ, которым я никогда не пользовалась.
Мне не приходило в голову пустить в ход штучки наложницы, и наверное, не пришло бы до того, как я осознала, что он может оскорбиться.
Поколебавшись ещё несколько секунд, я наконец выдохнула, потянулась к пуговицам рубашки и начала их расстёгивать. Я делала это не особенно соблазнительным образом. Я не могла даже посмотреть на него, пока не расправилась с половиной пуговиц.
Когда я всё же подняла взгляд, я напряглась и остановилась.
Он уставился на меня.
Сказать, что его выражение было… шокированным — это ещё мягко сказано. Он выглядел так, будто находился на грани панической реакции.
Внезапно я осознала, что, возможно, я ошиблась. Может, я совершила большую ошибку.
Когда я помедлила, его взгляд скользнул от моих пальцев к моим глазам.
Этот шок постепенно превратился в нечто иное, что поначалу я даже не могла осознать.
А потом его свет взорвался яростью.
Холодной, безудержной яростью.
— Убирайся отсюда нах*й, — сказал он. — Сейчас же, Высокочтимый Мост.
Его голос звучал низко, но эмоции в его словах ни с чем нельзя было спутать. Я чувствовала его злость, но там жило и нечто иное. Я с некоторым шоком осознала, что он на грани слёз.
Когда я не пошевелилась, та ярость ещё жарче вспыхнула в его глазах.
— Убирайся нах*й! — он показал на дверь. — Сейчас же, мать твою!
Прежде чем я успела пошевелиться или хоть оторвать глаза от его лица, Даледжем сбросил с себя одеяло. Затем он встал на ноги и направился ко мне быстрыми целенаправленными шагами, источая своим светом угрозу, ярость и жестокость.
Я невольно заметила, что всё его тело, прикрытое лишь зелёной футболкой и чёрными боксёрами-брифами, состояло из сплошных жилистых мышц. Когда он схватил меня за руку, я вздрогнула и встревоженно сделала шаг назад, но он лишь крепче стиснул меня.
На самом деле я его не боялась.
И всё же интенсивность эмоций почти затмила мой разум.
Я смотрела ему в глаза, почти видя там слёзы и эмоции, исходившие из его света, пока он отказывался смотреть на меня.
Он не встречался со мной взглядом, а продолжал идти, грубо таща меня за руку к двери. Когда мы добрались до неё, он наклонился и схватил ручку свободной ладонью. Даже не глянув на меня, он повернул её и распахнул дверь.
Не успела я даже перевести дыхание, как он уже грубо вытолкнул меня за порог.
Я споткнулась, потеряв равновесие. Я едва не упала, врезавшись в стену.
Но сомневаюсь, что он это видел.
Он уже закрывал дверь.
Я просто стояла в коридоре, согнувшись в наполовину расстёгнутой рубашке и тяжело дыша от адреналина, курсировавшего по венам…
Когда дверь захлопнулась перед моим лицом.
Я всё ещё стояла там, когда он щёлкнул замком.
Глава 37. Кто следующий?
«Кое-что случилось. Тебе надо выбираться оттуда, детка…»
«Я знаю, — мягко посылает он. — Дракон».
Молчание сгущается.
Я стараюсь не впускать остальное в свой свет, не желая знать, что известно ему.
Но я отвлекаюсь на другие мысли, извивающиеся и изменяющиеся в верхних частях его света. Где-то там я чувствую то, что заставляет меня заскрежетать зубами, но уже в другом отношении.
«Боги, — посылаю я. — Ты думаешь, что Фигран прав. Ты думаешь, что он часть этого. Того, что они сделали с тобой, триггер…»
 
«Мы не можем обсуждать это. Даже вот так».
Свинцовая тишина повисает между нами как задержанное дыхание.
«Думаю, ты права, наверное», — посылает он потом.
Почувствовав отголосок его света, я выдыхаю в этом высоком месте.
«Чандрэ?»
«Да, — это слово падает, шепоток растягивается в тишине. — Детка, из-за этого? Из-за этого ты её поцеловала?»
«Да».
Я чувствую в нём жар, больше боли, чем я могу вынести. Это ускользает от его контроля, и я отстраняюсь, стараясь сдерживать свой свет, оставаться в том месте.
«Элли… то, другое…»
«Я работаю над этим. Я работаю над этим, хорошо? Это непросто, — я стараюсь скрыть от него остальное, поддерживать всё простым и деловым. — Возникли… осложнения. Я не могу использовать того, кого мы изначально планировали».
В его свете шепчет смятение, потом тревога.
«Почему нет?»
«Я разберусь. Не беспокойся об этом, Ревик, я разберусь».
Молчание затягивается.
«Я знаю, это сложно, — мягко посылает он. — Я знаю, боги. Но поспеши, жена. Пожалуйста».
Боль пронизывает меня, становясь лишь хуже в том пространстве.
«Я хочу вернуться домой, — тихонько посылает он. — Я хочу домой…»
Я старалась вернуть разум в рабочее русло, потирая глаза пальцами.
Я сидела во главе длинного стола в тускло освещённом зале для совещаний в Лэнгли.
Я чувствовала на себе взгляды, но это продолжалось уже много дней.
И всё же сложнее было игнорировать взгляды, которые то возвращались ко мне, то снова ускользали. Большинство из них принадлежало моим собственным людям, конечно же — тем, с которыми я приехала сюда из Мумбая, а потом из Денвера.
Несмотря на мою паранойю, ни один из этих взглядов на самом деле не был поводом для тревоги.
Я знала, что они не реагируют на что-то значимое. Скорее, они чувствовали ту другую вещь — остаточное затяжное напряжение в конструкции, которую мы все делили.
И ещё ситуация с Драконом.
Меня несколько раз припирали к стенке и вызывали на разговор. Чандрэ и Ниила. Талей, которая по какой-то причине восприняла случившееся близко к сердцу. Даже Джораг пробовал поговорить со мной. Его абсолютно неумелые попытки тронули меня не меньше того, что говорили другие.
Я не знала, кто в наших других лагерях теперь в курсе.
Некоторые из тех видящих сейчас находились в комнате, соединённые с конструкцией посредством виртуальной связи. К счастью, большинство из них в данный момент отвлеклось — слишком отвлеклось, чтобы заметить напряжение с нашей стороны или награждать меня доброжелательными, но такими удушающими обеспокоенными взглядами, которые я до сих пор получала от большинства разведчиков, физически сидевших за столом в Лэнгли.
Откинувшись на спинку, я оценила виртуальное пространство светом и заняла свой разум поисками дыр в конструкции, которую мы собрали для этой встречи.
Выглядела она вполне солидной, несмотря на нашу спешку.
Мы использовали в качестве основы старую конструкцию в Лэнгли, которая до сих пор поддерживалась местными видящими из ЦРУ, и это помогло, но по очевидным причинам мне было нужно, чтобы она была отделена и защищена от основного разведывательного комплекса, так что это заняло большую часть нескольких последних дней.
Я до сих пор не разобралась, можем ли мы подключить Брукс к некой части этих обсуждений, и как это сделать. Я встречалась с ней наедине, но эти разговоры до сих пор происходили на довольно повышенных тонах. В результате я решила повременить с более крупными и общими стратегическими собраниями, пока отношения между нами не станут более стабильными.
 
В данный момент называть наш союз «робким» — это ещё преуменьшение.