Отпусти меня (СИ)

— Не паясничай. Лучше скажи, как ты?
Я раскинула руки в стороны, криво улыбнувшись:
— По мне не видно? Радуюсь, сука, жизни. Разве что не свечусь от счастья.
— Да уж…и что произошло? Какую причину твой дружок придумал на этот раз?
Хмыкнув, я присела на табуретку и, пожав плечами, отозвалась:
— В том то и дело, что ничего. Он хотел остаться. Это я решила, что нам не по пути.
Денис смерил меня чуть удивлённым взглядом. Таким, словно искал что-то. Надеюсь, не мозг. Хотя, если он пытался обнаружить его где-то, вне моей головушки, значит, наконец-то начал сомневаться в том, что я — умный человек. Эх, а ведь он держался до последнего, верил в меня, зараза. Зато я могла гордиться собой — за несколько дней умудрилась разочаровать не одного, а целых двух мужчин. К успеху шла.
— То есть ты прогнала его — и теперь убиваешься из-за этого? Я правильно тебя понял? — уточнил мужчина.
Чуть подумав, я кивнула. Ведь, по сути, так и было. Но меня можно было понять! В конце концов, как там говорится? Обжегшись на молоке — дуем на воду. А Миша был не какой-то там водичкой — он был самыми настоящими сливками. Вредными, жирными, вызывающими такое адское привыкание, какое никакая наркота не переплюнет. Так что меня нельзя ругать лишь за то, что я подумала о себе и своей безопасности.
— Я, конечно, более чем уверен, что у тебя были причины так поступить, — продолжил тем временем Денис, — Но всё же, порадуй мою душу, и расскажи, нахрена ты это сделала?
— Удивлена, что тебя это беспокоит, — приподняла я бровь, — Ты ведь должен радоваться. Сам знаешь — я не изменяю, а останься я с ним — и всё, тебе доступ к моему телу был бы закрыт.
— Как будто сейчас он у меня есть! Ты меня, конечно, извини, но у тебя сейчас такой вид, что от лягушки будет проще получить какую-то эмоциональную отдачу, чем от тебя. А трахать, прости, просто тело, мне не интересно. Да, и давай будем откровенны — наша с тобой интересная и насыщенная удовольствием история уже какое-то время как подошла к концу. Правда, я думал, что ты просто нашла кого-то нового, но нет — ты решила вернуться к старому.
— Ни к кому я не возвращалась, — буркнула, отведя взгляд, — Он сам нарисовался. Свалился, блин, на мою голову.
— Но ты была этому рада, — отметил Денис, — Ты можешь отрицать, но это заметили все.
— О чем ты? — нахмурилась я.
— Ты светилась, — просто ответил мужчина, — Изнутри, словно в тебя снова вдохнули жизнь. И это даже не мои слова — Настя, — назвал он имя нашего главреда, — Сказала мне это на одной из последних планёрок. Она — да и все остальные — были рады, что ты, судя по всему, снова влюбилась.
Я покачала головой, не зная, что ответить на это. Получается, все вокруг что-то видели, и только я упорно говорила, что это так, развлечение? Это со всем миром что-то не так, или со мной? А, быть может, и с тем, и с другим?
— Я не хочу его любить, — наконец, произнесла я тихо, — Я боюсь его любить, — добавила, чуть подумав.
— Боишься, что снова обманет?
Я кивнула, поднимая взгляд на Дениса. Я мечтала, чтобы он сказал что-то — подтвердил мои мысли или же, наоборот, опроверг их. Потому что сама я уже ни черта не соображала. Я запуталась в этой реальности, и мой нифига не отдохнувший мозг никак не помогал сосредоточиться.
Мужчина, кажется, прочитал мои мысли. Потому что, чуть улыбнувшись, он отрицательно покачал головой и сказал:
— Тебе не нужен от меня совет. На самом деле ты для себя уже давно всё решила, и ты просто ждёшь, что я скажу тебе, будто ты права. Или же нет. Но этого не будет. Не мне давать тебе такие советы. Прости, милая.
— Но я ничего не решила, — пробормотала я, потирая наверняка красные глаза.
— Решила, — упрямо повторил Денис, — Просто пока боишься принять это. Но ничего — это придёт к тебе. А сейчас — просто успокойся и ляг спать. Если что — в одном из пакетов я припас для тебя бутылочку вишневой настойки. Она поможет уснуть. А я пойду.
С этими словами мой начальник-тире-друг мягко обнял меня, чмокнул в макушку и вышел из кухни. Через минуту я услышала, как негромко хлопнула входная дверь. Вздохнув, встала и закрыла её на ключ. Только незваных гостей в виде не всегда адекватных соседей мне не хватало.
 
Разложив продукты по полкам (Денис, щедрая душа, набрал моих самых любимых деликатесов, и даже про красную рыбу не забыл!) и убрав в аптечку лекарства, я чуть подумала, а после всё же замахнула стопку настойки. Приятное тепло разлилось по организму, ошпарило пустой желудок, и я захмелела, кажется, через минуту. Убрав бутылку в холодильник, я добрела до дивана и, не раздеваясь, упала на него, проваливаясь в такой необходимый мне сон.
Проснулась утром, я как ни странно, в более чем адекватном состоянии. Голова не болела совершенно, и я чувствовала себя более чем отдохнувшей. Но, что самое главное — я понимала, что проголодалась. Причем — просто до жути.
Приготовив себе богатырский завтрак — сендвичи, омлет с авокадо и литровое ведро чая, я уничтожила его за секунду. После чего, кажется, в первый раз взглянула на себя в зеркало — и ужаснулась. Это что за бомжиха смотрела на меня?! Откуда эти нечесаные лохмы, круги под глазами, да и сама кожа почему такая серая и отвратительная на вид? Это что, я? Нет! Быть того не могло!
Скривившись от одного своего вида и заодно вспомнив, что был за день, я бросила быстрый взгляд на телефон, отмечая, что времени еще у меня было полно. Так что, тряхнув спутанными волосами, я поспешила в душ. Моему тельцу определённо требовался абгрейд.
Пока я намыливала волосы, свою тушку, скребла кожу, делала массаж головы и вообще — шуршала, как только можно, пытаясь сделать из себя человека, мой мозг лихорадочно работал. Ещё бы — он отдохнул, и я напитала его под завязку! Мысли были самые разные, но главным образом — я ругала себя. Потому что посмела себе впасть в это уныние. «К чёрту!» — подумала я, яростно взмахивая мыльной мочалкой.
Ишь, что удумал! Захотел вернуться! Правильно я поступила, что послала его! Не нужен он мне! Решено! Я буду другой! Смелой, улыбчивой, живой. И обязательно счастливой — такой, какой меня вообще никто никогда не видел! Я буду регулярно выходить в свет — вечеринки, много вечеринок! Никакого затворничества — нет, хватит, я итак слишком долго вечера проводила либо дома с книгами, либо с Денисом или вообще с Мишей. Хватит, будем учиться жить заново. И это будет хорошая жизнь.
«И я обязательно заведу мужчину», — подумала я с усмешкой, вытирая капли воды полотенцем и проходя в комнату. А лучше — сразу двух! На случай, если один окажется мудаком. Хм, а если и второй тоже будет из этой категории? Эх, была не была — заведу женщину! С ней мы точно будем понимать друг друга. Хотя, бабы иногда бывают хуже мужиков. Блин, что же делать? Точно! Заведу кошку! Её нужно будет всего лишь кормить, да убирать горшок. Я справлюсь.
Кивнув самой себе, я высушила волосы и, чуть завив их на концах, оделась в узкие джинсы и клетчатую рубашку. А что — одновременно мило и просто. Самое то для того места, которое я собиралась посетить. Немного косметики, чтобы скрыть бледность — и вуаля! Конфетка снова была в красивой упаковке.
Когда я уже была готова обуваться и выходить из дома навстречу своей новой жизни, в дверь неожиданно позвонили. Странно, мы с Кариной вроде не договаривались, что поедем вместе, а больше никто прийти и не мог. Ну да ладно, значит, сэкономлю на дороге. С этими мыслями я распахнула дверь — слова приветствия застряли у меня в горле. Вместо этого послышалось бульканье, а после сдавленное:
 
— Ты?
Так, кажется, новой жизни придётся подождать. Например, того момента, когда я обзаведусь новым сердцем. Ибо старое уже нахрен ничего не выдерживало. Особенно — вида Михаила Олеговича Павлова на пороге моей квартиры.
— Привет, — негромко произнёс он, делая шаг и бесцеремонно проникая в моё жилище.
— Ага, — выдавила я, глядя на него с некоторой долей опаски.